Вредители

– Что за хэнтайгана?

– Это очень сложная штука - но к счастью, изучать вам её не потребуется. Я всё переведу.

– Но я бы хотел это изучить. Это полезно, когда тут живёшь.

– Не надо беспокоиться. Пока нормирование не ввели, в Токио будут делать лапшу и делать всё, чтобы её продать. Даже иностранцу. Даже если он вообще на нашем языке не говорит.

– Да, вы, японцы, даже не представляете, насколько вы превзошли европейцев в некоторых областях. До тех пор, пока я не увидел Токио, я даже представить себе не мог, что такой большой город может быть таким чистым.

– Это просто потому, что мы всегда следуем правилам,- отозвался Кимитакэ,- Таков наш обычай с самых древних времён. У нас в стране всё устроено, как в армии - есть устав, есть приказ, есть старший по званию, есть младший. Незанятый чем-то младший по званию - может что-нибудь устроить, поэтому всех загружают работой. Поэтому у нас такие грозные армия и флот и поэтому они настолько непобедимы.

– С этим придётся согласится. Порядок, который у вас установился, просто поразителен. Государство с невероятной лёгкостью контролирует своих подданных и не нуждается даже в арестах. Если кто-то провинился, его просто называют “антинародным элементом”, Ассоциация соседей отчитывает его - и этого достаточно, чтобы человек раскаялся и исправил свои мысли... Настолько вы, японцы, боитесь потерять своё лицо. Это может показаться глупым - но любой европейский правитель был бы счастлив руководить именно вашим, а не своим бестолковым народом… Существует тайный отчёт министерства внутренних дел. За всю войну арестован и казнён за измену всего один человек на всех Внутренних Территориях! Всего один!

– И кто этот человек?- спросил Кимитакэ. А про себя отметил, что слово “антинародный элемент” - «хикокумин», можно было бы заменить на тот самый ёмкий значок, который уже обсуждали на днях: “вредитель”.

– Казнили Хоцуми Одзаки, информатора советского шпиона Зорге. У шпиона были и другие информаторы, но этот слишком часто завтракал с тогдашним премьер-министром. Поэтому те, другие, отделались каторгой.

– Получается, в наше время лучше держаться от премьер-министра подальше?- предположил Кимитакэ.

– Именно так. Был бы этот шпион сошкой поменьше - отделался бы каторгой на Хоккайдо. Но я думаю, большинство людей и так от него достаточно далеко.

– Для нашей школы это совет актуальный,- напомнил Кимитакэ,- У нас же много кто учится. Если вам интересно: родители наших ребят рассказывали, что теперешний ещё хуже. Не просто так его Бритвой прозвали. Если пытаешься с ним спорить, может наорать и прямо из кабинета отправить рядовым инспектором в Бирму или Индонезию.

– А что плохого в работе инспектора?

– Потому что придётся морем добираться,- пояснил Кимитакэ,- А караваны часто бомбят. Иногда из десятка кораблей доходит два-три. И невозможно угадать, которому из них повезёт.

– А ты не боишься, что если окажется, что вы были неправы, могут обвинить весь народ?

– Поражение совершенно невозможно,- отчеканил Кимитакэ,- За все 2600 лет своей истории наша страна ни разу не проигрывала войну.

– Я тебя спрашиваю,- сказал Леви,- потому что это произошло с моим народом.

– Если всех обвинят - тоже не так уж страшно.

– Почему?

– Потому что всех всё равно не накажут! Вы же учились в школе, знаете, как это бывает. Если все виноваты - то это всё равно, что никто не виноват. Всех и сразу - не накажут. Ну отстранят весь класс от занятий - но очень скоро вернут обратно, тоже всех. Нельзя же остановить всю систему образования из-за одного хулигана!

– Я понял. Жаль, с моим народом это не сработало. Нас решили истребить всех.

На этом месте Кимитакэ догадался, что речь идёт о евреях. Он что-то слышал, что немцы относятся к ним плохо - хуже, чем к корейцам и считают поголовно вредителями. И что знаменитый мыслитель Окава Сюмэй предлагал японцам дружить с евреями, раз немцы не хотят - и добавив в союз арабов и индусов, сокрушить колониальную систему европейцев в Азии.

– Я слышал, был проект переселения евреев в пострадавшие от войны области Китая,- вспомнил Кимитакэ,- раз уж немцы настолько не хотят вас видеть. Евреи могли бы привести там в порядок торговлю и сельское хозяйство. Вы переезжали по этой программе?

– Для немцев это оказалось слишком сложно. Поэтому я сбежал раньше, чем начались какие-то проекты.

Кимитакэ решил на всякий случай больше про это не спрашивать.

О евреях он знал мало - про них не упоминалось в курсе европейской истории. Но до него доносились отголоски слухов, что они народ хоть и по-европейский культурный, но опасный и мстительный. Например, еврейские банкиры из Америки очень разозлились на русского царя за погромы и давали японскому правительств много кредитов во время войны в Маньчжурии.

А если учителю захочется что-то у него спросить - то он спросит и так.

Внезапно учитель свернул вбок. Кимитакэ подумал, что он собирается нырнуть в один из переулков - но вместо этого они вдруг оказались под навесом уличной раменной.

Это было одно из тех заведений, что состоят только из навеса, прилавка и перевёрнутых корзинок вокруг, что служили вместо стульев. От кастрюли с водой тянулся влажный пар, овощей в лотках было оставалось только на дне. Здесь харчевались разносчики и прочая городская мелюзга.

– Вы просто искали, где поесть?- спросил Кимитакэ.

– Нет. Видишь, даже твоего совета не спрашивал. Но поесть - это нам тоже надо. Сперва надо поесть.

Как всегда, лапша была сытной, а вот бульон получился не очень вкусным, даже слабеньким, а жёсткое мясо так и хрустело на зубах.

Очевидно, пухлый и флегматичный хозяин готовил для совсем непритязательной публики. Даже Кимитакэ здесь толком не наелся.

Впрочем, он уже догадался, что на сегодня это не последнее место, куда они сегодня будут заходить - пока не найдут то, что ищут.

Следующим местом была китайская лавочка возле университета, где, судя по вывеске, можно попробовать сорок сортов чая. В мирное время - китайского, но сейчас, когда с поставками проблемы, появились и местные сорта.

В тесном зальчике висел влажный пар, но не такой, как в лапшичной. За прилавком суетился толстый китаец, а на скамейке за столиком в углу что-то обсуждали студенты.

– Интересное у вас место,- заметил, как мог, по-японски, Леви.

– Можете не беспокоиться,- заулыбался китаец,- мы всегда рады гостям.

– У вас тут, наверное, китайские бандиты бывают.

– Нет. У них есть предубеждение.

– Я о том, что непросто китайцу открыть заведение в Токио.

– Я вырос в Шанхае, как раз возле фактории. И долго работал переводчиком в подпольном отряде одного китайского национального героя!- заявил китаец, совершенно не смущаясь присутствием Кимитакэ.

– А почему переехали в Токио?- спросил Леви.

– Благодаря мне имперской военной полиции удалось изловить этого китайского национального героя!