Время совы

Танцевать Киара не умела, потому дурачилась. Это было одновременно умилительно и комично. Девушка прыгала, бегала, махала руками. В завершении танца, скокнула через костёр. Её волосы словно язычки костра летели по ветру. Рубаха пропиталась потом, глаза кричали о вызове. Она смогла! Сделала это! Сумела перепрыгнуть через костёр!

Но вся радость вмиг улетучилась. Стоило ножке девушки приземлится в снег, послышался громкий хлопок. В небе, как кисть художника оставляющая белую линию на тёмном полотне, летели несколько снарядов. Через пару мгновений, они спикируют вниз стирая с лица земли ещё одно селение.

Мумей накинула шубу на подругу, и отащила к экипажу.

Лошади заржали, сорвались с места. Царица спешила в Цыпоград.

Змей кусающий свой хвост

Таканаши Киара и её верная советница вбежали в зал собраний. Это была большая комната, с широким столом, где располагалась карта Гиката. Военные министры, в том числе и Птиценот проводили громкие диспуты. Стоило девушкам зайти, они замолкли, но лишь для того, чтобы сильнее взорваться.

— На нас напали!

— Прорвали границу! Злыдни идут со стороны Уничтоженных земель!

— Западные селения уничтожены, беженцы рассказывают о железных демонах.

Киара подошла к столу, глянула на карту: половину Гиката сожрали красные полосы краски. Мумей заставляла себя быть хладнокровной. В отличие от Таканаши, совушка преодолевала волнение. Ей казалось, словно всё это страшный кошмар. Она ждала звона колокола, чтобы открыть глаза и сказать себе: <<Ужасный, противный сон!>> Но всё было наяву. На яву горели фермы, на яву проливалась кровь.

— Кто они?

— Ваше величество, у нападающих нет знамён, — отвечал Птиценот, тяжёлым как булава взглядом заставляя других замолкнуть, — По данным разведчиков, мы имеем дело с неопознанной расой.

— Пошлите запрос о помощи Аме, впускайте беженцев в город и готовьте войска. Все наши войска.

Военные министры побежали исполнять приказы. Оставшиеся наедине девушки, тупо глядели на карту.

Перед глазами Мумей проносились события шестилетней давности. Осада храма Кукукуку, огонь, крики, кровь. Всё это повторяется. Змей снова кусает свой хвост. Она давала обещания, что Гикат, её отчизна пусть и под другим стягом, будет процветать. Ради этого, совушка была готова на всё.

***

С момента вторжения прошло несколько часов. Мумей руководила силами беженцев. Те, кто мог держать оружия в руках, отправлялись в арьергард, остальные помогали по мере сил. Женщины и дети трудились в госпиталях, старики раздавали провиант и разжигали костры.

В зале совещаний, Киара принимала гонцов и отдавала приказы. Ей то и дело докладывали, об очередном сгоревшем селении, разрушенном заводе или разбитом полке. Жертвы были невообразимые.

— Ваше величество, мы потеряли отряд героев.

— Ваше величество, я из Сгорбунки. Сгорело всё, ох сгорело…

— Ваше величество, войска вступили в открытое столкновение. Держат противника у Крошрильда, но боюсь долго не протянут.

— Ваше величество, госпожи Аме нет на месте, но доверенные ей люди готовы помочь нам.

— Ваше величество, подтянулись резервы из Флайма.

— Ваше величество…

Ваше величество. Ваше величество. Ваше величество. Киара была готова кричать от отчаяния. Ей хотелось разорвать на куски очередного гонца, закрыть рот спорящим военным министрам. Она была не готова к этому, она была не готова к поражению. Царица привыкла побеждать, привыкла быть первой и никогда не встречать сопротивления. Таканаши паниковала, словно маленький ребёнок встретившись с неизведанным.

— Мы справимся, — Мумей подкралась незаметно, положила ладонь на плечо, наклонилась к уху — Ты справишься Киара. Будь сильной.

***

Они вышли на балкон дворца. Ночной горизонт пылал алыми точками — это горели селения, фермы и заводы. Внизу кипел Цыпоград, а где-то вдалеке земля содрогалась при столкновении двух войск. В воздухе витал пепел, пахло гарью.

Киара приказала выпускать фениксов. Это была последняя надежда царицы. Советники разбежались, девушки остались одни.

— Я хочу защитить Гикат, — призналась Киара — Хочу, чтобы твоя земля прекратила питаться кровью.

— Это и твоя земля тоже, — совушка возложила ладони на плечи царицы, — И мы вместе её защитим.

На небе сияла полная луна. Издали доносился стук колокола. Дул ледяной ветер. Тени гуляли на свободе. Одна из них притаилась на дворцовом шпиле, подслушивая разговор девушек.

— Ради защиты своего народа, я готова на всё, — в глазах Киара блеснула холодная решимость, — Идём Мумей. Гикат должен устоять.

***

— Выходи, — потребовала Киара, поджигая потухшие канделябры; на непонимающий взгляд Мумей, ответила — Полнолуние. Время когда гуляют тени, время когда Смерть выходит на бал. Выходи Каллиопа Мори, владычица мёртвых, кошмар живых. Выходи и предстань перед нами. Выходи же!

Она появилась из темноты. Нагая, костлявая, с гривой белоснежных волосы, Каллиопа Мори явилась на зов царицы.

— Таканаши Киара.

— Прошу тебя без сцен. Перейдем к делу.

***

— Не позволю! — взревела Мумей, цепляясь за ладони Киары.

Царица ответила ей улыбкой, говорящей: <<Мой милый друг, я вас так люблю, но всё уже решено.>> Всё и правда было решено. Осознавая бедственное положение, Таканаши решила обменять свою душу на защиту Гиката. Она знала, что у Каллиопы были бессчётные (по крайней мере неизмеримые) войска, готовые при одном слове вступить в бой. Ей была необходима эта поддержка.

— Мумей, моя дорогая Мумей, это единственный шанс защитить твою родину. Нет, молчи, не перебивай. Когда ты рассказала мне про свою любовь к Матушке-природе, когда я поняла, как ты любишь свою отчизну, мне… — девушка силилась подобрать слова, крутила в воздухе ладошками — Я поняла, что жить можно не только ради себя. Поняла, что жизнь ради кого-то наполненная смыслом может сделать меня счастливой. Не мешай мне быть счастливой Мумей, это единственное о чём я тебя прошу.

Тени скалили клыки, пускали слюни. Калли бродила где-то в темноте, сверкая лезвием косы.

— Мумей, я люблю тебя.

***

— И я тебя, моя дорогая подруга, — совушка благоговейно целовала ладонь Киары — И я тебя люблю. Ты совершила много поступков, но пусть в истории останется лишь этот. Лишь этот миг…

Киара лежала на столе, как лежат мёртвые в гробу. Её хмурое личико разгладилось, зарумянилось. Она сжала ладонь Мумей, не открывая глаз произнесла:

— Я доверяю Гикат тебе. И ещё кое-что. Наклонись, — совушка послушно прильнула ухом к губам Киары — …Я буду ждать тебя там.