Все будет хорошо...

— Вы пришли ко мне для того, чтобы спасти семью друга и ещё много разумных, страдающих от семейки садистов? Так? — охотник холодно смотрел на гостей. Мужчины мрачно кивнули, — Тогда я кое-что объясню… Эля — непроявленная альфа. У её Пары — амнезия… и он живет с девушкой, которая, как он думает, его спасла… но, это не наше дело… Сердце дочери Главы нашего клана больше не будет биться ни для кого из мужчин. А дети… Воспитанники Эли успели побывать рабами в борделях и им уже ничего не страшно… Если Эля провалится, то всегда можно всё свалить на ПРОЯВЛЕНИЕ альфы. Даже если её будут допрашивать, она ничего не скажет. Её воспитанники — тоже. Я понятно объяснил?

Мужчины снова молча кивнули.

— Через месяц, в одной из галактических корпораций будет траур и назначение опекуна над малолетним Наследником. Никому и дела не будет до непутевого раздолбая-вдовца, его родных и друзей. А он, я думаю, впредь будет осмотрительнее со связями…

***

Ну, что сказать… Примерно такого развития событий я и ожидала всё это время. Что я, что мои сыновья — мы никому не нужные отбросы. "Пушечное мясо". "Разменные монеты"! И вполне естественно, что нас будут использовать как разовых киллеров. Которых не жалко ликвидировать. Справимся с этим заданием — найдут другое. Так устроено — всегда кто-то кому-то мешает жить. Киллеры всегда востребованы. Вот только живут они недолго. И зачастую — умирают страшно…

Пока шла в каюту — обдумала разговор с сыновьями.

И решила честно рассказать всё старшим.

Честно? Я не ожидала, что меня поймут и поддержат так яростно и жестко! Так, что в душе я просто размокла от благодарности и искренней любви, светящейся в детских глазках.

Собрались мы за четверть часа и потом ещё долго ждали в транспортном отсеке. Нэр Дэлис и его "гости" с нечитаемыми лицами, стояли и смотрели за тем, как мы грузимся в потрепанный неповоротливый транспортный шаттл, который обычно использовали для хозяйственных нужд эскадры.

Нам вслед смотрели непонимающие ничего парни из моего штурмового отряда. Да и все присутствующие в отсеке — тоже.

— Нэра Эля покидает нас? — спросил замкомотряда у Дэлиса.

— Ненадолго… и Эле и детям надо развлечься и отдохнуть — не моргнув и глазом солгал зам "папы".

Вот только ему никто не поверил.

— А если она сорвётся? — уточнил осторожный пилот шаттла-матки.

— Это приграничье… Военным она не страшна, а гражданским нечего делать в районе возможных боестлкновений, — криво ухмыльнулся Дэлис.

Шлюз закрылся. Я привычно заняла место пилота.

Разрешение на взлет получено.

Поехали!

Вперёд! В новую жизнь, где я и мои мальчишки — подневольные киллеры, без права выбора. Без права на свободную жизнь.

***

Думы, думами, но жизнь продолжается. Целую неделю мы догоняли звездолет. Как только он появился в зоне "видимости" радаров, я отправила просьбу о помощи.

А что? Все в рамках "обыденной" жизни приграничья.

Многодетной матери, не помнящей отцов своих прижитых детей, надоело рисковать жизнью в опасном секторе и она, на стареньком транспортном шаттле, на свой страх и риск отправилась в сторону торговых путей. В надежде на новую жизнь в мирных секторах.

Мою просьбу услышали. Выслали два боевых шаттла с десантниками, которые обследовали и перетряхнулисврху до низу наш старенький кораблик. Но ничего крамольного не нашли. Только продукты, шмотки и испуганных детей вместе с их непутёвой мамашей.

Нэр Дэлис всё продумал.

И хорошо, что экипаж и охрана у этого звездолета состояла не из наагатов! А из карианцев.

Шаттл загнали в транспортный отсек, а нас поселили в каюте для семейных пассажиров среднего класса с детьми.

Наверное, мы выглядели столь жалко, что нас даже не допрашивали. Пожалели…

Когда мы в первый раз пошли в столовую, шеф-повар сердобольно попытался всех нас подкормить. Может быть это было ещё и потому, что он сам был пторхом. А двое из моих мальчишек тоже принадлежали к этой расе.

Вот там, прямо сразу, я и вступила в первый контакт с заказанными "объектами".

— Я не понимаю, почему мы должны обедать в одном помещении с нищебродами? Да ещё и имеющими шлюху-мать? — гневно возопила крупная женщина, обводя взглядом притихший, в ожидании скадала зал.

Что ж… не приятного знакомства, Эля, с объектом ликвидации.

Зал, видимо уже умудрённый опытом, просто наблюдал.

— Эй… кто-нибудь… — сидевший за одним столом с "оскорблённой" дамой, второй объект на ликвидацию, щелкнул пальцами, — Немедленно позовите сюда капитана этого корыта!

Официант, кивнув, скрылся — наверное звать капитана.

— Ма, у нас будут неприятности? — уточнил осторожный Оффар.

— Нет. Эта нэра хочет скандала. Но его не будет. — пояснила я.

К этому времени, в столовой появился…видимо капитан пассажирского судна с тремя сопровождающими:

— В чем дело, нэр Акустин? Если вы не поняли в предыдущие разы — напоминаю вам в последний раз… Мне совершенно безразлично — кто или что задевает мучительно-нежные струны души у вас и вашей дочери. Это — военный транспортник. И я не хочу более выслушивать бесконечные претензии вашего семейства. Тут все гражданские равны! И никого не интересует личная жизнь другого разумного… до тех пор, пока эта самая личная жизнь не начинает угрожать безопасности вверенного мне корабля и его экипажа и пассажиров! Я ПОНЯТНО ОБЪЯСНИЛ?

— Но я заплатил… Тут не должно быть посторонних!

— Да! Вы заплатили! — прервал возмущенного олигарха карианец, — И не соизволили изучить дополнительные условия фрахта пограничного тренспортника… Я не далее как третьего дня объяснил вам ваше заблуждение. Но всё начинается сначала… — капитан явно злился. — Эта нэра имеет такие же права находиться здесь, как и вы… как и все остальные пассажиры. Даже более того — она многодетная мать. И каковыми бы ни были причины, приведшие к тому, что у её детей разные отцы… она никого из них не бросила! А значит — она отличная мать!

— Но… всё же… дети от разных отцов! Это аморально! — выдвинула уже побитый "козырь" дочь олигарха.

— И что? Это приграничная зона. Женщин мало. Мужчин много. И эти самые мужчины часто гибнут, не успев связать себя узами брака с женщинами, носящими их детей. Таких семей, к сожалению, много…

— Но…

— Я ВСЁ сказал! Ещё раз потребуете встречи со мной из-за подобной ерунды — высажу вас на любой близлежащей планете! — капитан с достоинством удалился, напоследок скользнув зорким взглядом но мне и детям. От чего у меня по коже пробежали мурашки ожидания неприятностей.