Все бури

— Откуда вы знаете? — оторопел Джилрой.

— Мы выступаем утром. А сейчас мы с лордом Фордгаллом покинем вас. Лианне нужны вы, именно вы, — советник расстегнул фибулу и замотал руку серебристым шарфом.

— Вы знаете, эта гостиная… — обвел ее взглядом Джилрой.

— Когда-то подарила вам замечательную ночь и вашу дочку. Я очень надеюсь, что старые боги сотворят еще одно чудо, — мягко произнес Джаред. — Если не сегодня, то очень и очень скоро. Да будут благословенны к вам небеса.

— Да, нам и правда пора, — вскочил с кресла лорд Фордгалл.

Но, выйдя из зала, повернул в сторону, противоположную той, куда двинулся советник.

— Так что там с Домом Камня? — спросил неожиданно появившийся Алан.

— Там Мэллин, он все успокоит, — отмахнулся Джаред.

— Ну, если вы, советник, настолько в нем уверены… — без особой радости произнес Алан.

— Больше, чем когда бы то ни было. Мэллин из тех, кто вредничает и создает проблемы обычной жизни, но готов на подвиги, когда это нужно. Он сможет.

— Хм… — Алан критически оглядел Джареда и подхватил его под руку. — А как там Лианна?

— Примерно так же, как и твоя Дженни. Может, поговорим о ней? — оперся советник о руку Алана.

— Лучше помолчим.

— Да-да, давай помолчим о наших любимых женщинах… хм… — прокашлялся советник. Зараза лесного лорда определенно все еще бродила в крови. — Давай помолчим о тех, кого мы так любим, о тех, для кого мы были и останемся лишь самыми лучшими друзьями. Давай помолчим об этом, Алан.

— Давай, Джаред, — привычно согласился начальник замковой стражи. — Но сегодня ты поспишь у меня.

— Конечно, Алан. Я сплю только у тебя и твоего камина, — заплетающимся языком доложил советник, вырвав руку. — Ты последи там, чтобы Лианне и Джилрою никто не мешал. Или я сам проверю!

— Уже, Джаред. Уймись, — вновь подхватил его под руку Алан. — Весь мир подождет, пока пройдет эта ночь, и за это время не перевернется вверх тормашками.

— Но он будет, Алан. Он опять будет стараться, — привычно закончил Джаред.

Глава 18. Искра или смерть

Мэренн никогда не задумывалась, каково это — жить под землёй, не видя света, не чувствуя тока свежего ветра, забыв, как выглядит небо над головой. Пусть ее родной дом был настоящим укрытием, выстроенным-прорытым в подножье широкого круга гор, но там всегда находилось место свету и воздуху. Оно было открыто солнцу и ни к чему не принуждало своих обитателей.

Дом Камня довлел, он был враждебен ко всем, а особенно — к незваным гостям. Дети Камня крайне редко выбирались в Светлые земли, только показать детей. А раз не появлялись очень долго, значит, дела в подземном Доме обстояли совсем плохо.

Сила, с которой горы опирались на своё подножие, кажется, растекалась вдобавок по плечам каждого незваного гостя камнеедов. Волчий отряд, с которым они путешествовали и прошли столь многое, нервно поджимал уши, скалился и озирался, выискивая явные приметы разлитой в подземном доме угрозы.

Бессознательный Майлгуир в личине Мэллина легко качался на их руках, и Мэренн страшнее всего было не услышать в напряжённой тишине его дыхания.

Сам Мэллин шел впереди, надо сказать, держась неплохим подобием настоящего короля. Мэренн задумалась на мгновение, что отличает его в манерах, и поняла — ничего. Самым отличительным для нее было простое знание, что высокий волк впереди с лицом Майлгуира, повадками Майлгуира, в одежде Майлгуира — не Майлгуир. Знание это было подспудным, очень ясным и не требующим доказательств. Оттого ещё странные смотрелось всеобщее внимание к явному для нее самозванцу.

— Как же так вышло, что в округе свирепствуют ваши каменные стражи? — глубокий голос Майлгуира тоже казался насквозь фальшивым. — Моё лугнасадное путешествие было прервано самым бестолковым образом!

Мэллин сказал с явной угрозой, и тут королева усомнилась на секунду — Мэллин ли? До того получилось похоже.

— Мы приносим глубочайшие извинения, владыка земель и морей, истинный король глубин, — голос камнееда шуршал щебнем. — Хранитель нашего Дома совсем плох, а смена ему не подросла, все, что может помочь, мы испробовали, не помогает. Каменные стражи сейчас нападают даже на нас.

Как и своего настоящего мужа, Мэренн чувствовала ложь безошибочно. Этот ши из Камня не боялся лгать им, безнаказанный в мире угасающей магии. На грани слуха порвалась струна, музыкально тренькая, Мэренн вздрогнула и Мэллин в личине брата тоже шевельнулся невпопад.

Магии в мире, может быть, и нет, а наказание за нарушение ее законов — в полном объеме. Теперь откровенный лгун не сможет колдовать, даже упади Проклятье ему под ноги сию минуту.

— Отчего же вы не зовете помощь? — высокомерная скука в голосе мужа резала без ножа. — Лугнасад Лугнасадом, а забывать добрые традиции обращения к Дому Волка не стоит!

— Наш правящий Дом и истинный владыка бесконечных глубин, золотых недр и бескрайней земли всегда в наших сердцах, о король! — щебёнка зашуршала веселее, а ритуальная формула вдруг показалась оскорбительной.

— Как ты смеешь обращаться к владыке всех Благих земель с такими глупыми словами?! — зарычал Мэллин весьма убедительно, а их провожатый странно расслабился. — Я могу потребовать с вас виру за глупость, леность и высокомерие, но в честь Лугнасада, так и быть, не стану. По-жи-ви-те пока!

Мэренн вздрогнула опять, ещё натуральнее, чем прежде: она вполне могла представить подобную ситуацию или своего неподдельного супруга с такими же словами.

— Дом Камня услышал вас и ваше эхо! — шелестящий камнеед, наконец, остановился перед очень высокими и наверняка тяжелейшими дверьми. — Принцесса желает видеть столь высоких гостей! Ее высочество лично распределит страждущим помощь.

— Долговатая работа не для нежных рук ее высочества, да и грязноватая, — Мэллин усмехнулся губами Майлгуира невыносимо гадко.

— Дом Камня рад принять вас, это пустое эхо, это отзвук со смыслом! — и уставился в лицо Мэллина с выжидающим выражением. — Разумеется, если вы, в невероятной прозорливости своей и при недюжинном уме, тоже способны принимать четкие приказы от мира и природы…

— Это, например, какие? — Мэллин не дрогнул, а вот настоящий Майлгуир очень даже. Муж вздрогнул на носилках, будто слова брата под личиной имели какое-то отношение к нему.

— Это такие, что снимите с глаз — и станет понятно, кто из ши достоин жизни, а кого впереди поджидают испытания!