Встречи

Каждое утро мне приносят газету «Пти дофинуа» и кладут возле двери, вернее, между открытой летней дверью с металлической сеткой от мух и моей дверью, запертой на ключ. Ее подбирает моя квартирная хозяйка и приносит мне вместе с завтраком. Теперь газета стала совсем маленькой и выходит только три раза в неделю, а в те дни, когда были беспорядки в Гренобле, ее несколько раз и вовсе не приносили. Тогда там убили двух журналистов. Так как я теперь не слушаю радио или слушаю нерегулярно, то по утрам с некоторым любопытством просматриваю этот нелепый листок с его вишистским враньем.

Когда я глотал свой так называемый кофе, мне бросилось в глаза большое объявление. Опять, черт побери! Коммюнике германского военного коменданта Южной Франции. Предупреждение. Три смертных казни… Вооруженное нападение на вермахт и урон, нанесенный вермахту… они обучали бунтовщиков, как обращаться с оружием и применять его против вермахта… а когда вермахт их окружил, они оказали сопротивление вермахту. Три террориста, сказали господа из вермахта. Три террориста, и они назвали их имена: один был студент с веселым, солнечным именем, второй тоже студент, а третий – рабочий-металлист Эмиль Дорен из Парижа…

Эмиль… Эмиль Дорен… из Парижа…

Оружие… оружие… пусть мне дадут оружие. Ведь я был лейтенантом. Великий боже, лейтенантом французской армии. Я тоже могу обучать бунтовщиков, как обращаться с оружием. И пускать его в ход против вермахта. Против вермахта. Здешний доктор связан с вернувшимся на днях лагерем, говорят, он в пяти километрах от нашего городка. Доктор мне скажет… Эмиль… Нанести урон вермахту… и его проклятым полицаям. Я лейтенант Вандермелен, а не этот слизняк Жак Дени и не эгоист Жюлеп. Эмиль… Лейтенанту Вандермелену наплевать, кто такие франтиреры, он примкнет к ним сегодня или завтра на холмах, что скоро покроются снегом.

Пусть какой-нибудь маршал Тито верит в бога или в черта, лишь бы он боролся против Гитлера, против Гитлера – вот и все.

Дорогой мой Эмиль. Именно сегодня. Я встретил тебя навсегда, Эмиль.

Сегодня лейтенант Пьер Вандермелен вновь начинает жить. Нельзя предавать товарищей.

И когда один падает, десять других должны стать на его место.