Вторая фаза

Жрать хотелось безумно. Всё-таки любые операции — это хирургическое вмешательство, и оно требует регенерации и восстановления. И пусть меня и пичкали стимуляторами и питательным раствором, сейчас лучше есть как можно больше, потому что это даёт материал для постройки новых клеток организма.

А это и нейронные связи и все прочее.

Именно поэтому я собирался умять суточный сухой паек за раз. А вовсе не из-за своей жадности.

Когда содержимое пакета стало теплым, я взял толстую пластиковую вилку-ложку и принялся есть. Закинул в рот пару горстей искусственного риса с мясом и услышал за спиной звук открывающейся капсулы. Ну, кто там, Чех или Ника?

Первой из капсулы вышла Ника, выбралась наружу. Она была полностью голой, а ее тело все ещё было покрыто тонким слоем белого порошка, антисептика, которым капсулы периодически обдают пациентов внутри, чтобы не допустить заражения ран.

Девушка встала на ноги, сделала несколько неуверенных шагов и после этого полностью выпрямилась. От холода у нее встали соски, да и небольшая грудь сама по себе задорно торчала вперёд. Мне даже захотелось снова уединиться с ней. Давно ведь не было, почитай с того самого дня, как отправились станцию метро взрывать.

Да только вот не время для этого. Ну и не при Чехе же это делать, хоть он и в капсуле. Не хочу, чтобы он чувствовал себя третьим лишним, но приглашать его я не готов, потому что считаю, что член в сексуальном контакте должен быть один. Нет, я бы не отказался и от того, чтобы их было два, но при условии, что оба мои.

Шутка.

— Ты как? — спросил я.

Девушка преодолела расстояние между нами, взяла у меня из рук пакет с едой и высыпала ее себе в рот, после чего принялась жевать.

— Нормально, — наконец, проговорила она с набитым ртом. — Ты?

— Пойдет, — ответил я. — Хорошо закупилась?

— Порядком, — сказала она, схватила со стола пакет с обедом и дернула за нить. Уселась прямо на столешницу, свесив ноги. Нагота ее ни капли не смущала.

— А ты чего взял? — спросила Ника. — Вижу, ты будто окреп. И ногти у тебя на протезах теперь прикольные. Мне такие без надобности у меня клинки, конечно.

— Если хакер твою кибердеку под контроль возьмёт, то ты их выпустить не сможешь, — проговорил я, взял пакет с ужином и тоже активировал систему подогрева.

— Если хакер возьмёт под контроль твои «базуки», то он тебе ими же шею свернёт, — ответила девушка. — И ты ничего не сможешь сделать. Ну так, много закупил?

— Под завязку, — ответил я. — Больше лимит не позволяет. Система угрожает приступом киберфрении.

— А, знакомая фигня, — кивнула Ника. — У нас была девчонка одна, Инга. Ну у нас, это у «Кровавых» в смысле. Так вот, ее одного человека убить отправили. Работу она сделала, но попалась. И знаешь, что с ней сделали?

— Понятия не имею, — я вскрыл упаковку и принялся перемешивать содержимое. Тут было рагу, даже из чего-то похожего на овощи. И неизменного синтетического мяса

И действительно, откуда мне знать? Она ж только сейчас рассказывает мне эту историю.

— Ладно бы ее просто убили, — сказала она. — Ее отвезли в Квартал и сдали «Резакам». Но не для того, чтобы они ее на железо и органы порезали, нет. Совсем наоборот, ее набили имплантами под завязку, потом держали в клетке, пока она с катушек не слетела, а потом выбросили возле нашего клуба. Думали, что она на нас набросится.

— Подозреваю, так оно и получилось.

Я закинул в рот первую ложку рагу. Нет, не наемся. Но дорогого пайка больше открывать не буду, обойдусь брикетами из белковой массы. В конце-концов в нынешнем состоянии мне вообще без разницы, что жрать.

— Сперва да. Потом она поняла, где находится. В общем, мы ее успокоили, как смогли, и отправили в клинику. Там сняли все железо, держали почти полгода в палате. До сих пор в себя так и не пришла. Нет, живёт, конечно, уже нормально, вот только имплантов боится, как огня. Любых. Даже биомонитор сняла. Даже кибердеку выключает, почти никогда не на связи.

— Хреново, что тут сказать.

Обновление, наконец, установилось. Через секунду слева снизу моего поля зрения появилось окошко с приблизительным изображением комнаты, в которой мы находились. Скорее это даже не миникарта, а радар, но контуры помещений отрисовываются ровно так, как я их вижу. А рядом с моей меткой ещё одна — Ники. Подсвечена серым, но видно.

Понятное дело, экранчик этот слева, чтобы целиться мне не мешать. А если я оружие иначе перехвачу? Я ведь обоерукий, могу автомат и так, и эдак держать. Ещё одна способность, полученная в наследство от «отца».

— Что это за писк? — спросила Ника и осмотрелась по сторонам.

Я открыл меню управления имплантами и отрубил сонар. Метка не исчезла. Ну, это потому что девушка находится в поле моего зрения, я ее вижу и слышу. Вот ассистент и рисует метку.

— Ты что-нибудь слышишь? — спросила она. — О, пропало.

— Это мой новый имплант, — сказал я. — Не обращай внимания.

Так, что с остальным железом?

Я быстро перекидал содержимое пакета себе в рот, прожевал и проглотил. Встал, подошёл к стоявшему возле стены автомату, схватил, вскинул, прицелившись в стену. В поле зрения появилась тонкая красная линия, похожая на лазерный целеуказатель. Правда, там обычно видно просто точку, а тут вся траектория пули высвечивается. Да ещё и траектория рикошета, что само по себе интересно.

Нормально. А реально рассчитает траекторию выстрела оружия в чужих руках? Надо бы дать Нике автомат, проверить.

За спиной послышался звук открывающейся капсулы. Чех выбрался из нее, наемник выглядел посвежевшим, несмотря на то, что на груди у него появилось несколько тонких линий шрамов. Скоро они потемнеют, и их будет совсем не видно.

— О, а вы уже тут, — сказал он. — Все удачно?

Он хищно повел носом, видимо, почувствовал запах еды и, не дожидаясь ответа на предыдущий вопрос, спросил:

— А есть чего пожрать?

Глава 19

Внимание! Содержимое лаборатории будет стерилизовано через один час! Немедленно покиньте помещение!

Внимание! Содержимое лаборатории будет стерилизовано через один час! Немедленно…

Механический синтезированный женский голос вырвал меня из сна. Я огляделся и поймал взгляд Ники, которая тоже встрепенулась, словно воробей, которых мы иногда видели на улицах мертвого города, стала осматриваться по сторонам.

Чех, сидевший в кресле за столом, развернулся в нашу сторону. Наемник в отличие от нас не спал.

Мы провели в бункере ещё сутки. В первую очередь потому что моим товарищам нужно было время, чтобы раскидать характеристики. Которых, правда, оказалось не так уж и много, они безнадежно отставали от меня по уровням.