Вторая ступень

***

Оставив Майю у компьютера, Таня ужинала с отцом. Егор Иванович был молчаливее обычного. Тане очень хотелось поделиться невероятной историей подруги, но усталый и подавленный вид отца не давал ей раскрыть рта. Молчаливый ужин казался бесконечным. Зная своего родителя, Таня не нарушала тишины, а спокойно подливала чай, убирала грязные тарелки. Часы пробили девять. Отец поднялся, с намерением вымыть посуду, но его отвлёк странный звук, донёсшийся из комнаты.

– Это ещё что?
– первые слова за вечер получились ворчливо-недовольные.

– Не знаю. Упало что-то...

Таня тут же направилась в комнату. Но под колёса кресла чуть не попал рванувшийся из коридора Тяпка. Таня ещё не въехала в комнату, как услышала скулёж. Она изо всех сил толкнула обода, но в спицы правого колёса попал обронённый щенком зонт. Но из коридора она уже видела, что Майя лежит на полу, а рядом Тяпка надрывается воем. Ещё не осознанный ужас произошедшего мигом затопил сознание, и Танин крик разорвал спокойствие вечера. Замешкавшийся отец остолбенело глядел, как Таня выскочила из инвалидного кресла и в два прыжка подбежала к Майе.

Глава 11. Ин-спейсы

8 ноября 2068

Анна Григорьевна смотрела на стальные контейнеры плазмокристаллов. Три черных сферы размером к кокосовый орех были до половины утоплены в коммуникационный стенд. Проводя уже четвёртые сутки на ногах, ведущий специалист НИИ по биообразцам устала до такой степени, что перестала что-либо ощущать. Она молча смотрела на запаянные несколько минут назад контейнеры. Вялотекущие мысли пытались донести до её сознания простую информацию, что всё, что можно сделать, сделано, и надо идти домой. Непослушные ноги, видимо, решили посоревноваться с мыслями - кто быстрее достигнет состояния ваты. Но какие-то крупицы воли заставили Анну Григорьевну повернуться и выйти из бокса. Она брела по коридору, автоматически прикасаясь к стенам, дабы датчики охранной системы пропускали её дальше. За ней сразу же захлопывались и запечатывались створки стальных дверей. Раньше этот звук, напоминающий поцелуй неопытного подростка, всегда веселил её. Но теперь она просто его не слышала. Распахнулась очередная пара створок и она нос к носу столкнулась с директором НИИ.

– Анна Григорьевна, что это за самодеятельность? Что вы напридумывали с ин-спейсами? Почему объекты не обеспечены пространствами пребывания, подогнанными под их индивидуальности? Как это понимать?
– произнося это, Цапин не смог скрыть за плохо наигранным раздражением самодовольную ухмылку.

– В числе допущенных к операции не было специалистов по генерации ин-спейсов, - Анне Григорьевне приходилось прилагать огромные усилия чтобы язык не заплетался, - Мне пришлось делать это самой. К тому же, сегмент канала, выделенный для анализа сознаний был предельно узок...

– Но вы должны знать, что у объектов может запросто случиться расстройство психики! Они понятия не имеют об ин-спейсах!

– Не беспокойтесь. У них максимальный уровень погружения в составляющую сна. И их ин-спейсы снабжены самоподстраивающимся модулем. Им ничего не нужно знать. Комфорт для их психики будет обеспечен.

– Ну, ну. Посмотрим, - протянул Цапин и фамильярно похлопал её по щеке, а потом ухватил пятернёй тонкую шею, подался назад и полюбовался на вытянувшуюся перепуганную женщину. “Надо же, стройная как статуэтка... И почему я тебя раньше не замечал?” - подумал Цапин, а вслух добавил:

– Пожалуй, вы действительно заслуживаете похвалы. И отдыха. Да, ступайте и пару дней отоспитесь.

Анна Григорьевна ошалело хлопала ресницами, пытаясь разогнать плывущие перед глазами круги. Голова, словно залитая чугуном, никак не желала адекватно воспринять произошедший разговор. Бессмертнова ещё несколько секунд смотрела на поворот коридора, за которым скрылся насвистывающий директор, а потом усилием воли заставила себя сделать еще несколько шагов до входа в лифтовую капсулу. Касание панели, и через несколько секунд за ней прибудет лифт. Но из прибывшей капсулы неожиданно пахнуло крепчайшим кофе, и в коридор вышел Феликс Николаевич. Выглядел он не лучше, но бодрился изо всех сил.

– Анна Григорьевна! Куда вы направляетесь?
– даже старческий хрипловатый голос казался перенасыщенным кофейными ароматами.

– Домой. Куда ж мне ещё?
– Бессмертнова, уже на всё наплевав, неуклюже плюхнулась на жёсткое сидение лифта.

– Домой? Вы на себя посмотрите! Вы на ногах не держитесь! К тому же, сейчас четвёртый час ночи. Пойдёмте, пойдёмте! Я вас устрою с максимальным комфортом, - и сказав это, профессор обнаружил, что ведущий специалист НИИ в области биообразцов уже спала, привалившись к гладкому пластику стены.

***

Как Ромка ненавидел четверги! В четверг в школу нужно было идти. Сама по себе учёба радости в жизни не прибавляла, но когда для этого нужно выходить на улицу, и переться аж четыре квартала, то это было просто невыносимо. То ли дело вторник! Во вторник рисование и музыка! Не учёба, а сплошной кайф! И даже нелюбимая логика не убивала прелесть вторничного очарования. Ромка втайне любил этот предмет, хотя частенько заковыристые задачки учителя просто бесили. Именно в таком порыве он и плеснул в экранную стену красками, что остались после рисования. Он хорошо запомнил тот день. Мама тогда очень огорчилась. Такое нарушение дисциплины каралось значительным штрафом родителей. Влетело тогда ему по полной программе. И в довесок - лишение сертификата права. Временное, конечно. Он тогда ещё не осознавал, каково быть бесправным. Но мама постарела прямо на глазах. У Ромки тогда заныло в груди с такой силой, что он сам себе дал страшную клятву, больше мать не огорчать.

Но сегодня был четверг и Ромка обязан тащиться в школу, в такую даль да еще и пешком. Как мама не понимает, что он запросто может простудиться и умереть? Конечно, она много раз ему рассказывала, как ещё её родители ходили в школу каждый день... Ну, как она не понимает, что это было так давно! Тогда и термобетона не было. Люди вынуждены были с детства привыкать жить в холодине... Конечно, это было преувеличение. И он это понимал. Даже в виртуальной экскурсии по музею истории видел это уродливое создание - отопительная батарея 20-го века. “Ну и времена были! Не жизнь, а сплошное выживание. Видимо люди тогда были значительно глупее нынешних. Ну, вот зачем бабушки и дедушки ходили в школу каждый день? У них же уже была мировая сеть. Она тогда называлась Интернет. Убогость, конечно, но удаленное обучение запросто можно было организовать. И его внедряли. Но почему так медленно? Видимо, люди боялись новизны...” - решил Ромка, входя в кухонный блок. Наскоро разогрев обед и наполнив тарелку горячей смесью колбасных кубиков, картофельных брикетов и овощной заливкой, он плюхнулся в кресло пси-интерфейса.

В этот раз оно не обволокло полностью, а повинуясь желанию, лишь вырастило охвативший затылок подголовник. Перед глазами мгновенно возникла полупрозрачная пелена. Ромка был голоден и решил полностью не уходить, а воспользоваться фоновым соединением, дабы спокойно поглотить горячее месиво и бегло просмотреть игровые новости. Первое, что он сделал - заскочил проверить, что хозяева игровых порталов пишут по поводу самоуправства игровых ботов. Как он и ожидал, ничего кроме вежливых сообщений о кратковременных технических неполадках, ограничений доступа в некоторые локации и издевательских обещаний всё наладить в кратчайшее время он не обнаружил. Ромка педантично прошёлся по всем любимым игровым порталам. И даже не поленился просмотреть списки доступных локаций. Ну, конечно! Все самые интересные места блокированы.

И тут он вспомнил о Павле - нагловатом знакомце, персу которого месяц назад Гархакн Роул отрезал голову. Павел был единственный из игроков, которого Ромка знал лично. В общении парень был неприятен, но воин - что надо! Старательно раскачал своего лучника до чемпионских показателей и начал прививать ему навыки мечника. Ноэрами он уже свистел очень достойно. Ромку очень сильно беспокоил вопрос, сохранилась ли в системе информация об убийстве Пашкиного перса? Если нет, то на наборе дальнейшего опыта это не скажется, и их клан будет продолжать наращивать боеспособность. Но Павел не отвечал. Скорее всего, раз доступа нет, то и в сеть ему лезть нет желания, решил Ромка. Тем более, это же сообщение говорило о том, что Павел не посещал свой домен с того самого дня. Ромка отправился было на форум игры, но тот тоже не работал. Но тут он вспомнил, что “горит” сдача реферата. И это ещё сильнее испортило настроение. Пришлось забежать на школьный портал, найти тему, а после, выгрузив список нужной литературы, окончательно впасть в уныние от его длины. Но это было не впервой. Ромка решил просмотреть, что писали по сходной тематике в других школах. Хотя делиться доступом к внутренним ресурсам школьных доменов было запрещено, но Ромка частенько плевал на запрет. И как многие сверстники беззастенчиво пользовался чужими паролями. Безуспешно проверив четыре школьных хранилища, он погрузился в тоску.