Второй шанс
Шрифт:
«Дениска заболел. Температура!»
Светлана еще несколько минут только слушала, кивая и жалобно ойкая, наконец, она убрала телефон и повернулась к Тане:
– Мне надо к ним, срочно. Бабушки в панике, вмиг забыли, как лечить детей. А он еще не болел у меня ни разу. Видимо, сказалось, что мальчик вырос в стерильных условиях, иммунитет не приспособлен к вашим вирусам.
– Не отчаивайся так, Светик! Ты же сама знаешь, дети иногда болеют. Сейчас заедем к нам, возьмем твои вещи и я отвезу тебя на вокзал.
– Танюш, к вам долго. Сумка с документами
– Ну, как скажешь! – вздохнула Татьяна. – Опять я одна остаюсь. Ни тебя, ни Василиски. Может, мне действительно на работу пойти?
– Иди, конечно! Хоть не будешь о всякой ерунде думать. А, может, поедем сейчас со мной в Великие Луки? Детей моих посмотришь, Павла. Он таким красавцем стал. Дикая жизнь ему только на пользу пошла. Уже не похож на мальчика – ромашку, хотя, волосы стали еще белее, выгорели.
– Нет, Светик, с тобой сейчас точно не поеду. Куда? Там Денис болеет, ему сейчас больше всего мама нужна. Не буду отвлекать внимание. Лечитесь.
Таня во время разговора постоянно смотрела в зеркало заднего вида. Наконец, она не выдержала, и круто обойдя, впереди идущую машину, нажала на педаль газа.
– Тань, ты это что? – подозрительно спросила Света.
– Да не нравится мне машина, которая за нами сегодня целый день катается.
– Это какая? Я что – то ничего не заметила.
– А вон тот серый «Опель». Мы в поселок и она, постояла в кустиках, и снова за нами развернулась. Не может быть таких совпадений. Вот сейчас и проверим.
Татьяна уверенно держала руль, время от времени перестраиваясь из ряда в ряд. Несколько раз она, показав поворотником, что собирается повернуть налево, проезжала прямо, чем вызывала недовольные гудки соседних машин.
«Опель» ехал за ними, как приклеенный.
– Прямо триллер, какой – то, – испуганно покачала головой Светлана. – И что теперь делать? Может, Мише позвонить?
– Зачем Мише? Сами оторвемся.
Таня свернула в последнюю секунду в тихий переулок и, проехав несколько метров, как заправский гонщик, встроилась между двумя автомобилями.
– Шпионский прием, – довольно проговорила она. – Я как – то в кино такое видела. Думала, уж мне – то не понадобится никогда, хотя понравилось. Лихо так было. Их полиция ищет, мимо пролетает, а они стоят припаркованные и все, словно невидимыми стали.
Они постояли какое – то время в переулке, заметили проезжающий серый «Опель» с затемненными стеклами, а потом спокойно двинулись дальше.
– И как тебя одну оставлять с такими шпионскими играми? Ты мне обязательно позвони, расскажи, как домой добралась, ладно?
Света хотела еще что – то добавить, но взглянув на подругу, передумала.
На Московском вокзале, расставались тяжело, со слезами. Понимая, что встреча может быть не скоро. Долго обнимались, обещали звонить или писать, просили беречь друг друга.
– Свет, ты, может, со своими рабочими будешь мне письма передавать?
Они же прилетают на большую землю и пусть письма твои в почтовые ящики бросают. А то совсем без связи то как?– Точно, Танюшка, я как то об этом не думала. Обязательно буду писать. Да мы скоро и сами к вам переедем. Жалко, что дом так и не присмотрели.
– А я сама могу тебе варианты подбирать. Вкус то у нас с тобой похожий, – обрадовалась Таня. – Да, и дай наши номера телефонов своей маме. Вдруг, у них что – то случится, помощь, может, понадобится, а вы далеко. Я и приехать смогу. Вот, держи, – и Таня смущенно вытащила из сумочки белый прямоугольник с номерами телефонов. – Тут мой и Мишин. Сделала визитки как – то, дурачась.
– Спасибо, Танечка. Я обязательно передам маме.
Но пришло время прощаться…
Света зашла в вагон и еще долго махала рукой, стоя у окна, а Таня шла рядом с медленно отходящим поездом. Слезы застилали ей глаза, и она почти ничего не видела, только расплывавшиеся силуэты таких же провожающих и тяжело проплывающие, серебристые вагоны поезда. Который вышел из пункта «А» и прибудет по расписанию в пункт «Б», если Коля Сорокин правильно решит свою задачу, вспомнился Татьяне любимый мультик из детства.
Слезы высохли, и она даже улыбнулась. Навстречу ей шел высокий статный красавец в светлом плаще. «На артиста похож, какого – то», – задумалась Таня, вспоминая, где же она могла видеть этого мужчину. Но долго раздумывать ей не дали, красавец, заметив ее, расплылся в широкой улыбке, раскинул объятья и тут, же заключил в них ошеломленную Татьяну.
– Душа моя, как я рад нашей встречи! – искренне засмеялся незнакомец, слегка оторвав Татьяну от земли.
– Мужчина, вы меня с кем – то спутали. В последнее время это уже входит у многих в привычку. Поставьте меня на место, – отбивалась Татьяна.
Но объятия оставались крепкими, взгляд карих глаз любящим, а Таня продолжала висеть в воздухе.
– Я не ваша знакомая, – шипела она, чувствуя, что на них обращают внимание. Ей даже показалось, что их кто – то сфотографировал.
– Вы разве не Алена Шоколадная?
– Какая еще Шоколадная? Нет такой фамилии! – возмутилась Таня, опустившись, наконец, на землю.
– Фамилии нет, а сценический псевдоним может быть любым. Никто не запрещает, – немного обиженно проговорил красавец. – Простите, сейчас я и сам вижу, что ошибся.
«Может, у меня какое – то лицо особенное, что меня стали часто путать с другими? Наверное, надо сменить цвет волос или сделать короткую стрижку. А то хожу со школы с одной длинной. Завтра и пойду в парикмахерскую. И, вообще, надо собой заняться. А то что – то запустила себя – ем, все, что не приколочено, зарядку перестала делать, а абонемент в спортзал даже забыла когда видела в последний раз. А ведь собирались с Мишей вместе ходить с утра, перед его работой; планы строили, мечтали, как будем плавать в бассейне. Но каждый раз придумывали себе новые отговорки, находя оправдания собственной лени.