Вторжение. Том 2

— Почему нет? — она склонила голову набок. — Зато ты почти что свой.

— Ключевое слово «почти».

— Чего такой хмурый, Тсукико? Никто здесь не собирается идти против тебя.

— Ты прости, но вряд ли это у кого-то из вас получится.

— Не стоит недооценивать противника, — она прищурилась. — Помнишь, что произошло на тракте? Сын богов так легко попал в плен к обычным ванам.

— Не напоминай, — опустил взор в чашку. — Просто поспешил.

— Вот именно. Сперва надо всё разведать, составить план и только потом идти, размахивая огромным мечом. И для этого я должна тебя показать ей.

— Кому?

— Нашей старейшине. Она давно ждёт тебя. Но жутко не любит, когда её разговор прерывается посторонними шумами, по типу урчания желудка.

— Бабушка, которая не любит, когда внуки голодные? — ухмыльнулся я.

— Можно сказать и так, — с улыбкой ответила Этти и, встав, протянула мне руку. — Идём?

— Разве у меня есть выбор?

* * *

Поворот за поворотом. Туннель казался бесконечным. Порой думал, что ещё шаг и к тебе навстречу выползет огромный муравей. Конечно, этого не случилось. Зато я заметил, что освещение идёт прямиком из стен, будто они были фосфоресцирующими. Вспомнил, что в своей комнате не видел никаких пылающих сфер, значит, и там освещено таким же образом.

И почему не заметил сразу? Устал ты, Тсукико. Может, стоит передохнуть?

Нет, пока Акума разгуливает на свободе, я не смогу спокойно уснуть.

— Что это? — обратился к кицуне, прикоснувшись к стене.

— Магия старейшины, — ответила та. — Впрочем, сейчас сам всё поймёшь.

Мы брели по бесчисленным туннелям ещё довольно долго. Изредка они пересекались или вовсе расширялись, превращаясь в залы, наподобие столовой. Только там ничего подобного не было, ни столов, ни лавок. Просто высокие стены, подпираемые толстыми балками. Зачем это, я так и не понял, но был уверен, что всё придумано не просто так.

Но последний проход оказался самым узким. Пришлось наклониться. Однако в этом были и свои плюсы. Теперь передо мной маячила упругая попка Этти.

Чёрт, соберись, Тсукико. Сейчас точно нет времени для любовных утех.

— Почти пришли, — послышался ей голосок, и я облегчённо вздохнул, так как красться в таком положении было крайне неудобно.

Через пару минут потолок поднялся, и мне удалось выпрямиться. Прохрустев позвоночником, довольно пробормотал:

— Это сделано специально, да? — мы оказались в тупике. Ни двери, ни какого-либо прохода. — Перед старейшиной надо обязательно кланяться?

— Верно, — кивнула Этти, явно довольствуясь моей сообразительностью.

— И куда теперь?

— Сюда.

Кицуне приложила ладонь к земляной стене, и её пальцы слегка засветились оранжевым. В тот же миг стена дрогнула и моментально осыпалась под ноги, открыв взгляду просторный зал.

В центре небольшой пруд, в котором плавали кувшинки. Их корни сияли голубым светом под водой, отчего вокруг бегали тени. Вокруг пруда горели свечи. А у противоположной стены на невысоком постаменте, похожим на низкий трон, расположилась седая старушка, укутанная красной шалью. А вот сияющей земли не было, лишь свечи, да свет кувшинок. Поэтому сложно было что-то рассмотреть в такой темени.

Естественно, для обычных ванов. Я же отчётливо видел хозяйку зала.

— Лунный мальчик, — проскрипела она хриплым голосом. — Я давно жду тебя.

Отлично, почему все меня куда-то ждут, но ничего не спешат объяснить? Я для них игрушка какая-то?

— Идём, — Этти потянула меня вперёд.

И стоило нам войти в зал, как стена за нашими спинами вновь собралась воедино.

Получается, что сюда никто просто так не попадёт? Логично. Если не знать, что делать и куда идти, то старейшину не разыщешь.

— Сюда могут войти только свои? — шёпотом спросил у кицуне.

— Верно, мальчик, — за неё ответила старушка, посмотрев на меня. — Но не всем членам нашего «Общества» доступна такая возможность. Я сама выбираю тех, кого хочу видеть. Этти одна из них.

«Ого, кто это здесь? — в голове послышался удивлённый голос Канон. — Сама Хаку-таку! Дрянная старушенция! Будь с ней осторожен, Тсукико, она не та, за кого себя выдаёт».

Как и все вы.

«Не надо мне грубить. За всё время я тебе ещё ни разу не солгала».

Хотелось в это верить. Но постарался спрятать свои мысли поглубже, так как даже в собственной голове я был не одинок.

Мне показалось, что старушка что-то заподозрила. Прищурившись, ткнула в меня крючковатым пальцем.

— Снова говоришь с богами, мальчик?

— С богиней, — я поклонился, как и Этти.

— Интересно, — пробормотала старейшина. — А с кем именно?

— Это так важно? — разговор уже с самого начала напрягал.

— Конечно, — та всплеснула руками. — Ты ведь умный мальчик, почему задаёшь такие глупые вопросы?

Что за мания называть меня мальчиком? Имя дала мне бабушка Ясу. Возможно, ей кто-то нашептал его, что скорее всего. Но это никому не даёт права постоянно ко мне так обращаться. Хотя… Канон сказала, что передо мной Хаку-таку. И что же это за создание такое?

Старушка усмехнулась. Видимо, поняла, что я её раскрыл, но говорить на эту тему не собиралась. Пока рядом находилась Этти, старейшина не желала посвящать в свои тайны.

— Итак, для чего ты здесь? — вновь обратилась ко мне.

От подобного вопроса я оторопел.

— Я думал, вы мне расскажите.

— И что же я могу тебе рассказать, чего ты сам не знаешь? — снисходительно поинтересовалась та.

Встала и медленно направилась ко мне. Старушка оказалась довольно низкой, примерно мне по пояс, и красная шаль полностью её скрывала. Послышались тихие шлепки, видимо, старейшина была босой.

— Скажи мне, Лунный мальчик. Что тебя беспокоит больше всего? — поравнялась со мной и пристально посмотрела мне в глаза.

— Странные вопросы, — неуверенно произнёс я, так как не знал, что ещё ей сказать.

— Почему же? — переспросила та, внимательно меня осматривая. — Чем они тебе не нравятся? Ведь если ты сможешь их задать, то будешь на полпути к ответу.

Верная мысль.

— Простите, — я чуть отступил. — Но вы притащили меня сюда без моего желания. Так что объясните, чего именно хотите?

— Тсукико… — начала было Этти, но старушка заставила её замолчать взмахом руки.

— Ты прекрасно знаешь, чего мы добиваемся, мальчик. Хотим мира в Империи, и ты нам в этом поможешь.