Вторжение

— И что? Почему то выбрали меня, для своего бесчеловечного эксперимента?

— Не знаю. Но зачем то они прожигали тебя.

— Может деньги искали? И смотались, когда ничего не нашли — пытаясь соскочить с опасной темы, схохмил я.

Радость, от благополучно закончившейся встречи с инопланетянами, быстро улетучилась и мы снова тронулись в путь. Снег начал валить с ещё большей силой и вероятность полного заноса дороги увеличивалась прямо на глазах. На прощание мне отбили все плечи и спину, дали сделать из фляжки, два огромных глотка и на полном серьёзе пытались потребовать, чтобы теперь я ехал в голове каравана, мощных советских машин. Спасибо другу, заступился. Объяснил непонятливым, что я немного ни в себе. Правда обещание, что если вдруг нам снова, ещё чего то странное попадётся, то он обязательно вызовет на разборки меня, ему всё же пришлось дать и ни кому нибудь, а непосредственному руководству, должно быть с перепуга решившему, что после встречи с «шаровыми молниями» у меня к ним непременно появится вечный и очень стойкий иммунитет. Ну что за люди, всё у них через одно место. Нет, чтобы прямо сказать: — «Антон. Теперь одна надежда, на тебя родного». Так нет, всегда стараются какую то хрень, к делу пришить.

Заслуженную награду, за своё небывалое упорство, в борьбе с инопланетными захватчиками, я всё же получил. В машине, избившая меня до «полусмерти» девушка, повинилась и зацеловала так, что мы даже задержали старт основной части нашей колонны, впрочем, воспринявшей эту небольшую заминку спокойно и с пониманием.

Карта дорог Советского Союза говорила о том, что в ближайшее время мы снова будем ехать вдоль лесов, болот, мелких озёр и нешироких речушек, при полном отсутствии поселений людей. Удостоверившись в «простоте», последующих километров маршрута, предложил и Лиле успокоиться, забыть обо всём и попытаться заснуть, хотя бы на время. Послушалась, но получалось это у неё плохо. Ворочалась с одного бока на другой, ноги туда сюда совала, пыталась голову мне на плечо положить, всё безуспешно, сон не приходил. Я не сторонник, применять свою внутреннюю силу к дорогим моему сердцу людям, без особой на то надобности, но данный случай под эту теорию не подходил. Слишком много накопилось у Лилии негативных впечатлений, за последние сорок минут. Пришлось подкрепить устную просьбу, мысленным пожеланием, заставившим двушку моментально уснуть. Вот и хорошо. Это и мне даст возможность, лишний раз не отвлекаться на её моральное состояние. Пока дорога позволяет, попробую сосредоточиться, подумать и разобраться с тем, чего со мной произошло и, как нам всем выходить из только что возникшей ситуации. Не мне, а именно нам, всем членам стихийно образовавшегося коллектива. Если я правильно оценил недавно произошедший инцидент, то времени на размышление, осталось немного, его можно легко на пальцах сосчитать. Пару десятков минут назад нас обнаружили странного вида, летательные аппараты. Быстренько зафиксировали всех, кто на дороге стоял, осмотрели, подсчитали и передали данные, ну скажем, для простоты восприятия, куда то туда. Там тоже, кто то неизвестный, всё это будет изучать, сверять, с каким нибудь доморощенным уставом и думать. Сколько времени на этот бред уйдёт? Наверняка, немного. Они же не такие простачки, как мы. И, что потом? А потом шары опять сюда вернутся, они просто не могут не вернуться, если эта радость действительно патрулирует данный район. Среди нас всего пять человек с необходимой отметкой и я, такой важный — «посланец небес», устроивший весь этот бардак и нарушение всевозможных инструкций, и протоколов. В одной из них, между прочим, ясно говорится, что обработку особей, в обязательном порядке, необходимо проводить до начала перемещения их на дальние расстояния. Населённых пунктов, где бы я мог с таким количеством людей находиться, поблизости нет, периметры нам по дороге не попадались, а стало быть я, подручный этих гадов, имеющий где то на спине симпатичную, трёхзначную цифру, занимаюсь ни чем иным, как переброской живого материала, не поставив на него своё собственное клеймо. Может это всё и паранойя, и эти размышления не имеют ничего общего с действительностью, но в нашем случае лучше перебдеть, чем оказаться на обочине, в растерзанном состоянии. Рано или поздно мне, так или иначе, пришлось бы всем этим заниматься, как бы я этого и не хотел. Так почему бы не проделать «приручение» прямо сейчас, когда в этом возникла жизненная необходимость? Давлю на газ, одним движением и резко, обгоняю ЗИЛ с УРАЛом, увеличиваю расстояние от них метров на сто и начинаю тормозить. Следом за мной останавливается головная машина, а за ней, наверняка, и Урал. Из ЗИЛа мне что то орут, но я не обращаю на крик никакого внимания, время не ждёт. Быстро усыпляю, сидевшего слева Аркашу, чтобы вопросами мне не мешал, улыбаюсь водителю, мысленно заставляя его заткнуться, стучусь в черепную коробку ещё одного пассажира, похоже только что продравшего глаза и бегу дальше, проводить свой изуверский обряд.

Петру Сергеевичу, мягко предложил ни о чём не волноваться, Жора и его старший друг сами не проявляли ко мне особого интереса, мимо них я ещё быстрее пробежал, а на остальных мне хватило минут тридцать, чтобы узнать о состоянии их машин и мысленно потребовать чего нибудь исполнить, простое и незамысловатое. Успел вовремя. Как и предполагал, второе пришествие состоялось. Не знаю, те же самые шары к нам вернулись или другие, но было их снова, ровно три и действовали они по той же самой схеме, правда на этот раз не трогали меня. Ну и на этом спасибо, не нужна мне дополнительная реклама. На меня и после первого случая смотрят, как на полубога. Ещё бы. Я, от беспрецедентного воздействия каких то сверхъестественных сил, не то что не умер, а даже внешне, нисколько не пострадал.

Очередной прилёт объектов, обсуждали с не меньшим интересом, но больше всех, он заинтересовал моих друзей. Аркадий, понятно, проспал всё на свете, но Пётр Сергеевич в живую их наблюдал. А сопоставить факты, ему не сложно было, он этим занимается всю жизнь.

— Ты что, почувствовал их приближение? — потребовал он отчёт, по незапланированной остановке, впопыхах организованной мной.

— С чего вы взяли? — ответил я, вопросом на вопрос.

— Ну а колонну, почему остановил? Я узнавал, твоя инициатива. Аркаша подтверди — спросил майор и перевёл глаза на друга.

— Да, было дело. Вроде — ответил капитан. — Машину видел. Помню, как водила тормознул. А потом, как отрубило. А что ты хочешь, я сутки не спал.

— Ну, что ответишь? — посчитав, что половинчатого признания нашего общего знакомого вполне достаточно, снова обратился ко мне глава нашей охраны.

— Да ничего. Показалось, что нам грозит опасность. Вот и выехал вперёд — легко ушёл я от ответа. — А с вами что, так не бывает?

— Почему не бывает? Со всеми бывает. Это интуицией называется, если ты ещё не в курсе. Но одно дело, когда она срабатывает в мелочах, а другое, вот так, как у тебя. Остановил машины и пошёл вдруг интересоваться, как у остальных дела обстоят. Хотя никогда раньше, этого не делал. Тебе не кажется странным, такой внезапный поворот? — продолжил расспросы, майор КГБ.

— Я же говорю, почувствовал что то. Чего тут странного?

— Вот! — радостно воскликнул Пётр Сергеевич. — Почувствовал. Это ключевое слово в нашем разговоре. Ты почувствовал приближение красных шаров после того, как они тебя шандарахнули. Стало быть у тебя с ними образовалась какая то связь. И нечего мне тут улыбаться. Ни у кого из нас нет и ни малейшего понятия, на что эти твари способны. Это ты хотя бы понимаешь? Пока ты там им мило улыбался, они могли тебе, чего нибудь в голову подсадить.

Близко и даже очень горячо, но ни в чём признаваться, всё равно не буду. Не хватало ещё, чтобы держали за уродца, из цирка лилипутов. Уж лучше сам начну изображать из себя простого, доверчивого парня, чем пальцем будут тыкать.

— Интересно, как это они могли сделать, если у меня на теле ничего такого нет?

— А ты проверял? — спросил Аркаша.

— Конечно — отозвался я, нисколько не смущаясь.

— И сзади? — поддержал его товарищ.

— Не сомневайся. Осмотрели. Лиля помогла.

— Хм — не унимался майор. — А может они в голову тебе, чего нибудь воткнули?

— Ага, прямо через глаз — хохотнул я брезгливо и постучал себя по голове. — Если бы чего то там было, я бы, наверняка, это чувствовал.

— Ладно. Допустим. Ну тогда объясни нам, как ты почувствовал опасность и главное скажи, от кого она пришла? — потребовал Пётр Сергеевич.

— Да я и сам толком, ничего не понял. Ехал, никого не трогал, а потом вдруг раз и накатило.

— Петя — вступился за меня Аркадий. — Вот зачем ты парня пытаешь? Он откуда может знать, чего у него внутри произошло. Ты же сам не раз был свидетелем того, как действовали люди в экстремальных ситуациях. Пережитый стресс пробудил в организме Антона, какие то невостребованные ранее возможности и всё, чуйка стала на пределе работать. Такое сплошь и рядом бывает. Радоваться надо, что рядом с нами появился такой человек. А как, почему и зачем, какая разница. Парень чувствует опасность и это главное. Надо пользоваться даром, а не вопросы задавать, в результате чего он у него образовался. Сейчас не до этого.

— Товарищи командиры, вам конечно решать, что и как делать, но раз разговор у нас зашёл откровенный, то я хотел бы ещё и про жрачку напомнить — затронул я, давно мучивший меня вопрос.

— А с ней то, что не так? — поинтересовался Пётр Сергеевич.

— Да, сам не пойму. Только как её, после этого… Ну… После встречи с шарами, увидел в машине. Сразу внутри, чего то задребезжало.

— В смысле — насторожился Аркаша.

— Да ощущение такое, что еды скоро не станет.

— Как это? — усмехнулся друг. — Совсем?

— Да нет. Жратва будет, как таковая. Надеюсь. Только найти её, мы не сможем. Нигде.

— Это ты, на что намекаешь? — сделав серьёзное лицо, спросил Пётр Сергеевич. — На то, что инопланетяне её всю вывезут с планеты?

— Не знаю. Повторю, это вам решать и думать. А я только собственные ощущения оглашаю.

— Это правильно. Таить в себе, последнее дело — продолжая усердно шевелить извилинами, одобрил мои действия майор. — Может ещё что то, у тебя там, внутри, созрело? Так ты не стесняйся, откровенно говори. Мы же люди тебе не чужие.

— Пока всё. Остальное, как прежде. Будет что, обязательно скажу, можете во мне не сомневаться.

— Да уж будь любезен, просвети — попросил Аркаша. — Ты у нас один такой — предсказатель. А про еду мы подумаем. Непременно. Что скажешь, Петя, есть в этом смысл?

— Да да. Конечно. Обязательно подумаем. А сейчас ты мне вот что скажи, зачем они к нам два раза прилетали и почему не тронули никого? Сколько над этим не думаю, в толк никак не возьму, почему они с нами так поступили?