Вторжение

— У меня? — переспросила я, подумав вдруг, какой прогресс от девицы, которая пачкалась в туалете до жены наследника… И слезы снова градом полились из моих глаз.

— Алёнушка, — ласково позвал Кейн. — Не надо, милая, не плачь… Мы все делаем ошибки. Знаешь, когда порт не перенёс тебя ко мне на корабль, я бросил все свои дела и помчался в Денвер. Уже зная, что случилось что-то нехорошее, как идиот летел к тебе в общагу, когда надо было перекрывать все входы и выходы. И не успел. Кто же мог знать, что тебя с твоими дружками поберет патруль из Юты… Я проверил всё, что только можно, но… я чувствовал: ты удаляешься, как обычно удаляется поле кого — то из родных после смерти… Я разрушил до основания Денвер, когда не нашёл тебя ни в больницах, ни в моргах… И только когда отец, обнаружив меня, дерущимся с кузеном, посоветовал включить голову и поискать не только в Денвере, я немного очнулся. Идиот! Я был уверен, что город был закрыт раньше, чем кто — либо его покинул… но ты оказался очень прыткой и деятельной… Благодаря отцу, я нашёл тебя. Благодаря тебе, я всё ещё живой…

Кейн губами раскрыл мои губы, чтобы его захватчик — язык без труда проник внутрь. Долгий поцелуй прервал наши объяснения.

— Знаешь, пока я тебя искал, я тоже совсем не думал ни об отце, ни об империи… — ни о чем. Только о тебе. Не убегай от меня больше, хорошо?

— Никогда, — пообещала я, вытирая оставшиеся на щеках слезы.

Кейн улыбнулся.

— Никогда — меня вполне устаивает.

Мы долго, не произнося ни слова, смотрели друг на друга.

Перебирая пальцами мои волосы, Кейн, казалось, думал о чем — то своём… Его глаза, сверкающие в приглушённом свете кабины, притягивали, завораживая…

Почувствовав теплую ладонь на своём затылке, я громко вздохнула, неожиданно для себя решив раз и навсегда позабыть о том, что было на корабле. Кейн прав — у пришельцев просто нет выхода, поэтому не всегда всё получается как надо…Со временем, когда новая реальность войдёт в колею; когда человечество окончательно примет новый для себя мир — тогда можно будет поменять детали операции… Но делать это сейчас, когда всё только началось, было бы просто вредно.

Мне же стоит больше думать о том, как занять подобающее моему положению место в империи.

Рука Кейна, дрогнув, опустилась вниз… схватив мои волосы где — то возле шеи, он перекинул их со спины вперед, проехавшись ладонью по ставшей вдруг чувствительной груди.

Внезапно отстранившись и даже убрав от меня руки, Кейн спросил:

— Что ты сейчас чувствуешь?

Покраснев, я отвела взгляд.

То, о чем я думала, хорошие девочки не говорят вслух.

Я мечтала о губах Кейна. О его поцелуях, его ласковых прикосновениях…И о многом чём ещё.

Тогда, в тот момент, всё остальное было где — то очень далеко: в другой вселенной, в другой жизни. Я точно знала: мужчина, которого я люблю, не садист, и он не наслаждается страданиями других людей. А потому, всё можно ещё изменить.

Стыдно признаваться, но тогда, находясь на коленях Кейна, я меньше всего думала о людях, отобранных для переселения на другую планету.

Я смотрела в прищуренные глаза Кейна и наслаждалась его обжигающими взглядами. Близость его тела настолько меня опьяняла, что, забыв обо всех правилах приличия, я думала только о том, как унять внезапно возникший зуд между ног… ужасное чувство, между прочим. Зуд постепенно перерастал в боль, заставляя меня елозить на его твёрдом, ставшим вдруг необычайно горячем теле, в поисках…

Когда мужская рука, задрав длинную юбку платья, проникнула под подол и оказалась ТАМ, я зашипела от наслаждения. Забыв всякий стыд, я принялась вертеть бедрами, чтобы сильнее вдавить руку Кейна в своё тело…

По- мужски довольно рассмеявшись, Кейн пообещал:

— Скоро, милая… Скоро мы насладимся друг другом.

И принялся атаковать мой рот.

Мы целовались до самого прибытия на корабль: лишь, когда датчики, пискнув, сообщили что-то на языке инопланетян, Кейн, с неохотой оторвавшись о от меня, принялся поправлять нашу одежду.

А через пару минут мы прибыли на место казни.

На самом деле, я не испытала большого шока от того, как это происходило. Может быть, слишком долго фантасты готовили нас к чему — то подобному: может, всему виной моё тогдашнее состояние — я плыла как в тумане, ни на что не обращая внимание, ничему не удивляясь.

Стоило нам только выйти из небольшого челнока в отсек космического корабля, как нас сразу же со всех сторон обступили люди (конечно же, нелюди} в черных костюмах с оружием наизготовке: телохранители Кейна.

Разумеется, они отличались одеждой и тем, что больше уже не скрывали своё иноземное происхождение — но, так или иначе, всё это уже было во время моего знакомства с отцом Кейна, а потому я просто шла рядом со своим мужчиной, ни чувствуя никакого страха или дискомфорта.

Немного обернувшись — и, таким образом, поймав мой взгляд, Кейн весело мне подмигнул, прошептав, что гордится своей девочкой. Я улыбнулась в ответ, следуя за ним по коридорам корабля, которые я уже начинала немного узнавать. Дорога вела…

В зал для случек.

Именно там пришельцы устраивали сегодня показательную казнь для тех. кто посмел ослушаться приказа Наследника.

Мне было нелегко войти в то помещение…

По правде сказать, я боялась, что воспоминания окажутся ещё слишком сильными — и я не смогу через всё это пройти. Однако мои чувства, мои воспоминания были как — будто припорошены собственной правотой и законной яростью.

Я знала, что имею моральное право присутствовать на казни тех, кто издевался над землянами — а потому хватило лишь доли секунды, чтобы подавить слабый внутренний протест…

В зале оказалось многолюдно. В центре, где ещё несколько дней назад жались друг к другу обнажённые девушки, теперь на коленях стояли сразу около двадцати пришельцев. Среди них я узнала и «начальника лагеря».

После нашего прибытия в зале наступила мёртвая тишина.

Скривив губы. Кейн рыкнул что-то на весь зал. впрочем, тут же перейдя на английский.

— Оскорбление, нанесённое правящему роду, должно быть смыто кровью, — оповестил о своём решении Кейн. — Приступайте.

«Начальник лагеря», стоявший на коленях, принялся что-то жалобно причитать. но никто не обратил на него внимания

— Он просит пощадить его дочь, — прошептал неподалёку от меня знакомый голос.

Обернувшись, я увидела за своей спиной Джессику. — Его дочь будет отдана выходцу из нижних родов, тому, кто успел проявить себя в сражениях на благо империи.

Вспомнив, как легко эта женщина убивала наших военных, я вздрогнула… но мачеха Кейна(если она на самом деле была его мачехой) мягко улыбнувшись. пояснила:

— Я буду помогать тебе на первых порах, — сказала она. — Наследник определил меня в твой двор.