Выбор принцессы

– Я изолирую его вос-с-спитателя до прибытия вашего эс-с-скорта и прос-с-слежу за тем, чтобы за мальчиком внимательно приглядывали днём и ночью.

– Спасибо. – Таакеш слегка склонил голову в благодарном поклоне, принятом в царстве Hyp, и, не попрощавшись, отключился. Императрица ещё несколько мгновений смотрела на погасший экран, размышляя о своём и восхищаясь выдержкой своего собеседника. Даже внезапная новость о том, что его тайна раскрыта, не заставила его потерять присутствие духа и чем-либо выдать себя. Таакеш ни единым словом не подтвердил догадку Эфы о значительном дефиците наследников трона царства Hyp, видимо опасаясь, что в случае полной уверенности в этом вопросе Её Величество может передумать и задержать его внука в своей стране. Нет, можно было, конечно, воспользоваться самоуверенностью своего коллеги, который в попытке как можно лучше спрятать свою тайну и поддержать легенду о том, что Цаакеш только один из дальних наследников, отправил его в другое государство. Несомненно, царь был в курсе договорённости между Империей и Объединением свободных планет и решил, что ничем не рискует, поскольку его внука всё равно никогда не выберут принцем-консортом, но просто не учёл возможности раскрытия самого охраняемого секрета царства. Однако сиюминутная выгода от возможности шантажировать какое-то время очень могущественного правителя далеко не маленького государства не стоила более чем вероятных последствий.

Эфа фыркнула и выбралась из кресла. Она, конечно, славилась своей непредсказуемостью и агрессивностью, но из ума пока ещё не выжила и не желала вести в недалёком будущем дела с помешанным на власти ничтожеством, которым, к её сожалению, являлся последний из наследников династии Hyp. И уж тем более не хотела иметь ничего общего с теми, кто составил за него этот отвратительный план. Императрица передёрнула плечами, любые пытки и убийства вполне допустимы для достижения поставленной цели, но методичное превращение человека в живую куклу – это для неё уже было за гранью. Такое можно применять только в самом крайнем случае, когда на карту поставлена её жизнь и жизнь её близких, но никак не в банальной схватке за трон. Она пока ещё ни разу не использовала в своих интригах психокодирование в любой форме и по возможности не собиралась делать этого впредь. Есть слишком много более приемлемых способов воздействия на ситуацию, чтобы опускаться до подобного непотребства. Например, благодарность человека, который ожидал серьёзных неприятностей, а в результате отделался лёгким испугом. Нет, конечно, полагаться на такое непостоянное чувство, как благодарность, не стоит, но ведь кроме него есть ещё и много других чувств и эмоций, на которых в будущем можно будет неплохо сыграть. Да и этот недолгий разговор дал ей достаточно информации, чтобы планировать следующий ход…

Однако беспокойство, не дававшее ей расслабиться уже несколько дней, вернулось после разговора с царём царства Hyp с новой силой. Что-то было не так, слишком много в последнее время случилось событий, так или иначе угрожающих благополучию Империи и, как следствие, её семьи. Ситуация начинала выходить из-под контроля, а ей никак не удавалось определить источник опасности. Можно было, конечно, списать всё на сбои нервной системы, расшатанной постоянной необходимостью общения с людьми, которых даже их соплеменники считали крайне неприятными субъектами, но попытки расслабиться и не думать о плохом проваливались с завидной регулярностью, наводившей на мысль, что подсознание с подобной трактовкой ситуации категорически не согласно. Оставалось единственное решение проблемы – выяснить, откуда исходит угроза для неё и её близких. Следовало серьёзно поговорить с Хизой.

Тенран устало потёр глаза и с ненавистью покосился на огромную гору электронных папок, блокнотов и коробок с вещами, которые были признаны имеющими отношение к узурпатору и подлежащими хранению в спецхране. Он уже несколько дней перебирал всё это бесполезное барахло в тщетной попытке найти хоть какое-нибудь упоминание о доверенных людях Норома и возможной причастности этих самых людей в прошлом к созданию странной и пока неуловимой организации, доставляющей столько проблем императорской Службе безопасности в настоящее время. Но пока не нашёл ничего, что хотя бы косвенно указывало на возможность контакта между покойным узурпатором и таинственными заговорщиками. Оперативник отставил в сторону очередной металлический ящик, в котором причудливо смешались детские игрушки, пара парадных костюмов и почему-то ларчик с набором синтетических наркотиков, и тихо выругался.

Он не сомневался в том, что Хиза направила его на это издевательство в наказание за его глупую сентиментальность. Действительно, за каким демоном ему понадобилось вызывать этим придуркам медицинскую помощь?! Ну собрались они совершить коллективное самоубийство, ну не хватило ума у взрослых провериться перед этим в больнице на предмет наличия опасного яда в организме, а он-то зачем влез? В его задачу входило только наблюдать, вот и нужно было наблюдать, зафиксировал бы смерть всех, кто, возможно, контактировал с разыскиваемым субъектом, доложил бы об этом и забыл. (Всё равно никто из них заговорщика описать не смог бы лучше, чем это сделал во время допроса Хизы слуга, совершивший покушение, и, следовательно, особой ценности они не представляли.) Так нет же, потянуло его поиграть в спасителя, вот теперь и расхлёбывает! Тенран окинул безнадёжным взглядом ещё не перебранные вещи и документы и тоскливо заключил, что работы ему хватит как минимум дней на десять. Эта мысль окончательно привела его в уныние, и оперативник решил сделать небольшой перерыв, справедливо полагая, что несколько минут в этом деле погоду не сделают.

Встав из-за стола, Тенран с удовольствием потянулся, разминая закаменевшие от многочасового сидения мышцы, и решительным шагом двинулся к выходу из помещения спецхрана. Прежде всего следовало перекусить, а затем уже можно было снова с должным смирением претерпевать возложенное на него наказание. Поймав себя на последней мысли, оперативник поёжился и суеверно помянул Саана вместе с его демонами, не хватало ещё незаметно для себя превратиться в проповедника! Его мать в последнее время пристрастилась к религиозным передачам, и Тенрану приходилось в те редкие часы, когда находился дома, слушать всевозможную чушь, которую несли с умным видом эти мошенники по голопроектору. Он думал, что никаких последствий, кроме непреходящего раздражения и желания выбросить ни в чём не повинный прибор в окно, от этих передач нет. А они, оказывается, здорово действуют на мозг, если человек и так безнадёжно заморочен практически бессмысленным заданием! Оперативник тяжело вздохнул, окончательно расстроенный своим открытием, и внезапно споткнулся об одну из коробок, оставленную кем-то в проходе…

Сдавленно ругнувшись, Тенран бросил на ящик яростный взгляд, словно именно он был виновником всех обрушившихся на него в последнее время неприятностей, и от души пнул его ногой. В следующую секунду оперативник понял, что зря пошёл на поводу у своих эмоций. Коробка отлетела от удара в сторону, врезалась в штабель ящиков с электронными папками и нарушила шаткое равновесие, в котором они находились.

Отскочив от разлетевшихся во все стороны папок, блокнотов, игрушек и собственно ящиков, служивших всему этому барахлу вместилищем, Тенран тоскливо обозрел масштабы разрушений, вызванных его необдуманным поступком, и принялся эмоционально перечислять всех предков безрукого идиота, додумавшегося до светлой идеи воздвигнуть столь неустойчивое сооружение, какое представляла собой безвременно разрушенная пирамида, и вдобавок умудрившегося воплотить эту самую идею в жизнь. Заодно он красочно описывал весьма непростые, а подчас и вовсе экзотические отношения, в которых состояли эти, без всякого сомнения, уважаемые персоны между собой, со всевозможными представителями фауны Тронного мира и близлежащих планет, различными приборами, агрегатами, материалами, применяемыми для упаковки вещдоков, а также демонами, ангелами и прочей мистической нечистью.

Немного успокоившись, оперативник предпринял попытку перебраться через завалы к двери и всё-таки покинуть помещение спецхрана, но, добравшись почти до верха, внезапно наткнулся на пару старых коробок, из которых во все стороны торчали дешёвые электронные папки, и мгновенно забыл о своём намерении. Застыв в неустойчивом равновесии, Тенран удивлённо разглядывал не применяемые ни одной дворцовой службой под страхом расформирования электронные носители. Поскольку информация на подобных шедеврах кустарного производства сохранялась более двух лет только в пятидесяти процентах случаев, пользовались ими исключительно для бытовых нужд небогатые горожане, для которых потеря всех данных в самый неподходящий момент не могла стать серьёзным поводом для беспокойства, ведь ничего действительно ценного и важного у них всё равно не было.

Оперативник мгновенно припомнил все особенности найденных им папок, а также вероятность случайного их помещения в спецхран и сделал соответствующие выводы – он нашёл что-то интересное. Одной рукой подхватив ближайший заинтересовавший его ящик, Тенран стал осторожно спускаться вниз, стараясь не вызвать очередной обвал и не оказаться похороненным под горой вещдоков, последствия такого происшествия были непредсказуемы. А что, если в одной из этих коробок окажется что-нибудь острое или ядовитое? Маловероятно, но всё-таки.

Благополучно завершив спуск и оказавшись вместе со своей добычей на устойчивом пластиковом полу хранилища, оперативник не стал тратить время на то, чтобы вернуться к выделенному ему, а точнее, вытребованному и со скандалом принесённому в помещение спецхрана столу (старший хранитель сопротивлялся до последнего, и только угроза Тенрана сообщить главе Службы безопасности о том, что его сотрудникам препятствуют в выполнении их прямых обязанностей, заставила этого упрямого чиновника пожертвовать одним из предметов мебели, расставленных по огромной комнате, заменяющей служащим спецхрана все кабинеты разом), а устроился прямо на полу, прислонившись к ближайшему из многочисленных стеллажей.

Не заботясь о том, в каком состоянии будет его одежда после столь близкого знакомства с поверхностью, вообще-то предназначенной для того, чтобы по ней ходили, оперативник пристроил на колени покрытую пылью и паутиной коробку и принялся за изучение её содержимого, по ходу дела высказывая всё, что он думает об ответственном хранителе, который позволяет себе содержать вверенное ему помещение в таком состоянии, что потом к находящимся в нём на сохранении вещам прикоснуться страшно. Хотя вопрос: как в полностью изолированном от внешней среды хранилище могли оказаться пауки, и не просто оказаться, но ещё и просуществовать каким-то образом достаточно долго для того, чтобы оставить такое количество всевозможной паутины, заинтересовал Тенрана всерьёз, уж очень это смахивало на мистику. Пообещав себе разобраться с занимательной задачей попозже, оперативник включил первую исправную папку и погрузился в чтение.