Вынос дела

Проплакавшись, Таня решила съездить к незнакомой родственнице. Может, все, что рассказывал о Федоре следователь, – вранье?

Козлов предупреждал ее, что правоохранительные органы хитры и коварны. «Небось обманули, а я, дура, поверила, – тешила себя успокоительными мыслями Таня, покачиваясь в салоне троллейбуса, – бедный Феденька!»

Алла оказалась дома и встретила новоявленную невестку крайне настороженно, пришлось даже демонстрировать паспорт с печатью загса. И вновь состоялся весьма неприятный разговор.

– Родители из-за него раньше времени умерли, – тихо рассказывала Аллочка, – стыд-то какой, во двор не выйти. Хорошо хоть в этот раз, когда вышел, дома не поселился, по друзьям терся, потом какую-то дуру нашел и к ней съехал… ой!

Алла испуганно глянула на Таню и захлопнула рот. Но та только махнула рукой – правильно все.

– Дура я, совершенно точно, а теперь еще ребенок будет!

Аллочка с удивлением оглядела почти не располневшую Танину складную фигурку:

– Когда?

– В конце июля, – тихо ответила невестка.

Но мальчик родился в начале августа – крупный, крикливый, судя по всему, здоровый. В родильный дом к Тане пришла Алла. Разговаривали на черной лестнице у грязного ведра с окурками.

– Ну зачем тебе ребенок? – прямиком заявила Алла. – Давай заберу мальчишку. Мы с мужем давно о ребенке мечтали, да никак не получается, думали из детдома взять, а тут все-таки своя кровь.

Татьяна не долго колебалась. О ее беременности не знал никто. Сессию сдала досрочно и в мае в институте не показывалась; матери наврала, будто уехала на практику и вернется лишь в сентябре… Таня боялась признаться самой себе, что у нее была мысль – может, лучше оставить младенца в роддоме? А тут такой шанс!

Дело решили полюбовно, не ввязывая в процедуру государственные органы. Мальчика записали на Таню и Федора.

– Подрастет, скажу, что родители умерли, – пробормотала Алла, забирая сопящий кулек, – я ему родная тетка, считай, что мать. Может, Федька и прям сдохнет, ты, Таняшка, никому о замужестве не говори, вроде его и не было. И я молчать стану, а подрастет дитя, что-нибудь придумаю, другие документы выправлю. Неужели не выкручусь?!

Так и получилось. Федор писал письма, жалобил жену рассказами о непростой лагерной жизни, голодных днях и жестоких охранниках. Но Таня оставалась непоколебима – ни посылок, ни передач она не передавала. Отправила всего лишь одно послание: «Ребенок отдан на воспитание, я вышла замуж, забудь этот адрес».

Как ни странно, но тайну удалось сохранить. В сентябре она вернулась в институт и как ни в чем не бывало приступила к занятиям.

Побежали годы, с Аллой она больше не встречалась, Федор тоже испарился из ее жизни. А в 1985-м произошло знакомство с Харитоновым, в 1986-м родилась Варя. Увидав уродливое лицо девочки, Таня в ужасе вскрикнула. Потом Олег Андреевич не раз повторял:

– Ну за что нам это испытание?

– Да, за что? – эхом вторила любовница, в глубине души точно зная ответ на этот вопрос – за Петю, мальчика, отданного в чужие руки.

Связь с Харитоновым не принесла ей радости. Олег Андреевич часто приезжал в гости, изредка оставался ночевать, был щедр, добр, ласков, но разводиться не собирался. Его жена Валентина чем-то болела, и мужчина не хотел, как он говорил, «обижать умирающую». Впрочем, Таню он, казалось, любил, а к Варе относился очень нежно. В браке у него детей не было.

И менно в эти годы Танюша вновь сблизилась с Соней и Артемом. Зять, классный психиатр, консультировал ее по поводу Вари, неоднократно подчеркивая, что девочка при всем своем внешнем уродстве абсолютно нормальна. Но Таня все равно безумно переживала и старалась лишний раз не выводить ребенка на улицу.

В середине 90-х Валентина неожиданно попала в больницу. Танечка, потерявшая всякую надежду стать мужней женой, крайне оживилась. Олег Андреевич заметался в поисках нужных врачей, сиделок… И тут Соня, незнакомая с Харитоновым, предложила сестре:

– Давай, предложи ему меня в качестве платной медсестры.

– Зачем тебе это? – изумилась Таня.

Артем к тому времени владел частной клиникой, отлично зарабатывал, Соня давно бросила службу. – Это тебе надо, – парировала сестра, – узнаю все из первых рук: чем больна, сколько протянет… Может, милейший Олег тебя дурит…

Харитонов радостно принял предложение пригласить к жене высококвалифицированную сиделку. Сонечке открылась весьма неприятная истина – у Валентины инсульт. Но женщина благополучно выбирается из болячки, скорей всего протянет инвалидом долгие годы. Значит, Тане не на что надеяться. Сонины мозги бешено закрутились в поисках выхода. Может, подлить чего больной в капельницу? Но пойти на откровенное убийство было страшно. И тут на помощь пришел случай. В палате умерла Елена Костина. У Сони моментально оформился план. Денежные затруднения врача Надежды Викторовны Яковлевой, мечтающей избавить любимого сына Васеньку от армии, не были секретом ни от кого в отделении. А в морге работал санитаром спившийся брат Артема – Павел Филонов.

Дело устроилось сразу. Докторица дрогнула, когда ей предложили огромную сумму, мать Костиной Олимпиада Евгеньевна за царское вознаграждение согласилась на спектакль. Павел изменил до неузнаваемости внешность несчастной Костиной… Олег Андреевич не заметил подмены. Валентину отвезли в клинику к Артему и надежно упрятали за семью замками.

Сонечка позаботилась обо всем. Она же велела Павлу стащить с Вали все обожаемые дамой драгоценности. Что гример и проделал, когда убитого горем адвоката в полуобморочном состоянии выволокли на улицу.

Все получилось, как задумала Сонечка. Не прошло и месяца после похорон, как безутешный вдовец предложил любовнице руку и сердце. Танюша праздновала победу. Из женщины с сомнительной репутацией она сразу превратилась в уважаемую даму, жену депутата… Откровенное счастье сияло на лице Танюши в день бракосочетания. Потом она затеяла строительство дома, переезжать в старую квартиру Харитоновых, где витала тень Валентины, ей не хотелось. Танечка летала по стройплощадке, швыряя направо и налево доллары, требуя от фирмы, взявшей подряд, быстро и четко выполнять работу.

Когда дом был подведен под крышу, приехала Соня. Поглядела на хоромы, одобрительно поцокала языком и сказала:

– Небось Олег Андреевич счастлив!

Таня радостно засмеялась. Она так и не познакомила сестру с мужем.

– Кстати, – небрежно уронила Соня, – я тут затеяла одно дельце, деньги нужны, не одолжишь?

Таня покачала головой:

– И звини, сейчас напряженка, дом отделывать надо.

Соня хмыкнула:

– Продай драгоценности.

– Какие? – искренне удивилась сестра.