Выстрел
Шрифт:
– Мам, привет! Да… Как дела, мам?.. Всё нормально, говоришь? Как давление у тебя?... Понятно… Хорошо… Мам, я не приеду… Да… В следующую субботу приеду… Да расскажу, расскажу!.. Что говоришь?.. Надя. Надежда!.. Да.. Ну познакомлю, конечно!.. Мам, я с Юркой тебе деньги передам, он к тебе зайдет. Да, он поедет… А я - на следующие выходные. Да хорошо я ем! Тепло у нас!.. Да!.. Всё, не волнуйся…
… Ну конечно, все скучают. Но зачем так, как с маленьким-то? Ой, мама… Сквозь раздражение от неусыпной маминой заботы он чувствовал тревогу за неё. Как она там одна? Этот год она маялась высоким давлением и не могла даже приехать к нему. Хорошо ещё, что его
Народ в автобусе засуетился к выходу. Что такое? Денис посмотрел в окно – до метро ещё не доехали… Снял наушники, подошёл к водителю.
– Почему не едем?
– Авария там. Можешь сидеть, но когда поедем – не знаю… Дойти быстрее.
Вот подстава! Вот чего ему ещё не хватало – так это топать по слякоти, да ещё и когда времени уже впритык. Кажется, сегодня опоздает не Надя…
Денис натянул повыше воротник свитера, сунул руки в карманы. И быстро зашагал по лужам за остальными недовольными пассажирами…
… Конечно, он опоздал. Возле красно-синей колонны в центре зала, где обычно собираются встречающиеся, он увидел её. Она стояла, опустив свою волшебную сумку, с которой не расставалась, и что-то внимательно разглядывала в телефоне.
– Надя! – позвал он.
Надя подняла голову, заулыбалась. Денис облегчённо выдохнул:
– Прости. Там авария была, пришлось пешком идти.
– Какая авария? – забеспокоилась она.
– Да ну как обычно… «Жигули» и «тойота»… Стоят там выясняют…
– Понятно, - Надя снова заулыбалась, - а сегодня я первая приехала! Хотя я тоже опоздала…
– Угу... Что, вчера ночью опять анатомию зубрила?
Надя кивнула. Грустно завздыхала:
– У нас зачёт в понедельник. А я ничего не знаю! Вообще…
– Да ладно тебе, сдашь! Куда ты денешься… С подводной лодки.
– Ага, знаешь там какая преподша? У-у-у… Она всех отправляет, если хоть слово не то скажешь!
– Ну ты –то сдашь! Я знаю… - он взял её за руку. Аккуратная нежная ладошка была почему-то холодной, - ты замёрзла, что ли?
– Немножко… Я с погодой погорячилась. Всё не могу привыкнуть, что осень. Так лета хочется…
Лета… А кому его не хочется-то? Горячий асфальт, свободные мысли… Можно целый день бродить по интернету или гонять на велосипеде… Или смотреть фильмы. Или даже почитать… Да всё равно, что делать, главное – что можно спать сколько хочешь и знать, что сейчас ты никому ничего не должен… Хотя учиться Денис любил – это была заветная мечта. Её воплощение… Не любил лишь рано вставать и унылые предметы, вроде экономики или политологии…
– Денис, мы куда сейчас?
– Не знаю. Ты куда хочешь?
– Я - как ты… Я же здесь ничего не знаю ещё…
– Поехали тогда на ВДНХ. Там есть парк до Тимирязевской… Там здорово, тихо так. Погуляем, а потом к Юрке зайдем. Ладно? Я ему денег должен передать, он сегодня к матери поедет.
– Давай! А Юра - это твой брат?
Ох, ну надо же! За месяц знакомства ни разу не рассказать о своем друге! Нет, наверное, это только он так может…
– Друг. Ой, Надя, наш поезд, пойдем быстрее!
Они забежали в вагон. Двери грохнули, едва не прищемив Дениса. Он засмеялся, плюхнулся на сиденье. Надя тихо задышала рядом. Вот кто ему скажет, почему девчонки всегда так вкусно пахнут?..
– А что за друг? – услышал он сквозь звенящий шум скоростного поезда.
– Ну… Мы выросли вместе. Потом Юрка пошёл в армию, а меня не взяли, я сюда поехал. А он вот год отслужил и поступил
в академию водного транспорта. Тоже на первом курсе учится… Брат… Наверное, уже как брат. Столько лет вместе, всё тайны общие…– Понятно, - вздохнула Надя, - а почему тебя в армию не взяли?
– Из-за сердца. Нашли там что-то… Да я не знаю, я уже про него давно забыл! – быстро сказал Денис, заметив встревоженный взгляд девушки.
– Постой, а как же ты тогда в лётное поступил? – удивилась она.
– Ну… - совсем неуютно стало Денису в этом грохочущем вагоне, - ну там долгая история… Я сначала на один факультет поступил, потом перевёлся… Там спокойно берут. Про здоровье в справке ведь пишут, а так не спрашивают… В комиссии там был один доктор, очень настойчивый… Пришлось его просить… Тем более, что анализы хорошие все.
Надя молчала. Ну вот, зачем он ей рассказал, поселил в зелёных глазах искорки тревоги? Не хватало ещё, чтобы она грустила из-за него!
– Надюшка, - тихо позвал он, - не волнуйся! Я с тобой!
– Ох, Динька, - едва слышно вздохнула та, - ну ты даёшь!
Чего он даёт? Денис не понял. Как объяснить ей, какими словами, что не может он жить без неба? Что оно такое же нужное, как воздух. Что с детства не представлял он иной жизни… Что всё замирало в нём от волнующего предчувствия полёта, сколько раз он мечтал подняться ввысь! И как от скорости захватывает дух, но только тогда ты понимаешь – вот она жизнь! Ты живешь здесь и для этого! А остальное – декорации… Поэтому он не находил в себе места, когда пришла повестка в военкомат. И тогда эти злосчастные сбои в сердце, которые порой мешали ему дышать, сделали для него доброе дело, и его не взяли! Как после этого он мог не поступить в институт, в который собирался всегда?.. Тем более, что дотошный врач оказался понимающим человеком: он долго тогда слушал Дениса, кивал, качал головой. Пока не посмотрел в его глаза. Видимо они были очень тоскливыми и очень умоляющими, потому что он отвёл свой глубокий внимательный взгляд и крякнул своё скупое «иди»… И сердце тогда не капризничало, будто тоже слушалось его… Да вообще, всё сложилось так, будто все одобрили его решение стать лётчиком…
…Какое же замечательное московское метро в выходные! Людей мало, поезда ходят хоть и реже, но полупустые. И нет очередей на эскалаторы… Можно идти вдвоём, взявшись за руки и знать, что тебя никто не толкнёт, ни скажет что-нибудь противное, как сегодняшняя бабулька… Хотя, они, бабули, никуда не делись, вот одна переваливает по ступенькам неудобную тележку с громоздкой клетчатой сумкой. Тяжёлая, наверное…
– Надь, подожди. – Он взялся за жёсткую ручку, - давайте…
Что же делать, если в наш современный век ещё не придумали пандусов для тележек?
Надя улыбалась. Кудряшки выбились из-под полосатого беретика, сумка сползла с плеча… Да всё на свете готов он был сделать ради этой улыбки!
– Давай свою сумку. Что ты там такое носишь? – охнул он.
– Секрет… Да ладно, ладно, - поспешно сказала она, увидев как Денис нахмурился, - пирожки тебе. Весь вечер вчера жарила.
Глава 2
«У тебя глаза, как небо…»
Оно было чистым и таким прозрачным, каким бывает только осенью. Казалось, щелкнешь пальцами, и зазвенит эта насыщенная глубокая синева. Маленькими искорками горели робкие звёзды. Морозило. В воздухе уже не было этой противной сырости - казалось, будто он пахнет снегом.