Взлёт

– Мистер и миссис Ларсон? – Офицер Мёрфи постучался, прежде чем войти на террасу. – Мы всё закончили. Вот моя визитка, если у вас появятся какие-либо вопросы. – Он вложил карточку в мамину руку и обвел нас троих таким взглядом, словно семейка Ларсонов – самое печальное, что ему довелось увидеть этой ночью. Очень может быть, что он не ошибся. – Но я в любом случае буду держать вас в курсе. Люси, – коп перевел глаза на меня, – с утра тебе нужно первым делом прийти к нам в участок и дать показания. За тобой прислать патрульную машину, или на своей доедешь?

– На своей доеду, – ответила я. Мои руки не переставая наглаживали Рэмбо – пес свернулся калачиком у меня на коленях и явно намеревался остаться тут надолго.

Легко улыбнувшись мне, офицер присел рядом.

– Ты в порядке, Люси? – Он накрыл мою руку ладонью. – Может, тебе чего-нибудь принести? – Мёрфи изучающе разглядывал родителей, словно не понимал и не мог смириться, почему они держатся от меня в отдалении.

– Да. – Я старалась не оглядываться на патрульные машины – в окне одной из них виднелась голова в вязаной шапке. – Я в порядке.

– Хорошо. – Коп поднялся. – Тогда увидимся утром.

– Офицер? – Мама скрипуче прокашлялась – должно быть, побочка от снотворного. – Просто чтобы внести ясность: мистер Райдер не живет в соседнем доме?

– Нет, миссис Ларсон. Если не считать нескольких ночей незаконного проживания в лодочном сарае.

– Незаконного проживания? – переспросила она, словно никогда не слышала ничего подобного.

– На моем профессиональном языке это называется взлом и проникновение, – объяснил Мёрфи. – В случае с Джудом Райдером – неоднократное.

– Так его не в первый раз арестовывают? – Мама не сводила с меня глаз.

Коп хмыкнул.

– Далеко не в первый. Джуда и остальных троих мы знаем еще с тех пор, как они в школу ходили. Паршивые отморозки, все четверо. Родители молятся, чтобы их дочерям никогда не довелось повстречаться с такими парнями. Потому что потом эти парни вырастают в мужчин, которые всю свою жизнь проводят в тюрьме.

Мама вздыхала, качала головой, слушая офицера, а папа, как всегда, наслаждался красотами своей придуманной страны.

– Но Джуд спас меня от тех троих, – возразила я сама не зная зачем. Меня предали, мне лгали, меня обвели вокруг пальца. Но, хотя все было против Джуда, отчего-то я чувствовала, что должна за него вступиться. – Страшно подумать, что бы они со мной сделали, если бы он не вмешался.

Я попыталась перехватить мамин взгляд, убедить ее глазами, что Джуд – единственный, кто вступился за меня, пока родители безмятежно дрыхли, одуренные каждый своим снотворным.

– Не стану спорить с тобой, Люси, но за все годы общения с Джудом Райдером я ни разу не видел, чтобы он заботился о ком-то еще, кроме себя. – Мёрфи сочувствующе мне улыбнулся. – Такие парни, как он, в принципе способны думать только о себе.

– Я в это не верю.

– Знаю, Люси. Знаю, что не веришь. – Офицер поднялся, открыл дверь. – При всех его способностях Джуд никогда не стал бы таким успешным рецидивистом, если б не был таким очаровательным манипулятором. И вот что я тебе скажу. Когда его снова выпустят – в ближайшие три недели, но, скорее всего, через несколько дней, – дай мне знать, если снова о нем услышишь или увидишь его, хорошо? Если он позвонит и будет извиняться или просить прощения, да, черт возьми, даже чтобы сказать «привет», дай мне знать, и я немедленно возьму назад свои слова, что его не волнует никто, кроме себя самого. Но если он промолчит, пожалуйста, сделай мне одолжение и забудь, что ты вообще была знакома с Джудом Райдером.

Я не знала, как ответить – то ли кивнуть, то ли помотать головой, – но в одном офицер Мёрфи был прав. Ни через несколько дней, ни через несколько недель мне никто не позвонит.

6

Первый день в новой школе. Выпускной класс. Как же ошибаются те, кто говорят, что ада не существует!

Школа Сауспойнт-Хай представляла собой все то, что, как я думала, бывает исключительно в реалити-шоу. Девчонки раза в два красивее среднестатистических, парни выглядят так взросло, что смахивают на учащихся колледжа, так называемых ботанов валяют в мусорных баках, несколько учительниц не стесняясь вешаются на собственных учеников, и на переменах я не меньше десяти раз заметила, как торгуют наркотой. А еще даже не середина дня.

Учитель английского диктовал нам учебный план семестра – книги, которые в него входили, я прочла еще в седьмом классе, – когда, словно воздушная тревога, прозвенел звонок. Мне объяснили, что, как новенькой, мне стоит сесть за парту у самой двери. А я-то еще посчитала это вежливостью! Теперь-то я поняла, как ошибалась, – у двери здешний звонок бил по ушам, как кувалда.

Как и на трех предыдущих уроках, все лишь закатывали глаза при виде меня и хихикали. Либо я слечу с катушек, либо мне придется закупаться тоннами ибупрофена и принимать его каждые четыре часа до третьего июня, до выпуска. И да, обратный отсчет у меня уже пошел.

– Стало быть, ты и есть та новенькая, на которую парни уже делают ставки.

Девушка явно обращалась ко мне. Она была великолепно одета и красива сама по себе, и это все настолько бросалось в глаза, что мне на ум невольно пришло слово «показуха» – подходящее для описания таких, как эта незнакомка.

– Кажется, Люк Моррисон тоже в это вписался. Типа, кто же поимеет ее первой?

– Прости, что?

Я старалась вести себя максимально дружелюбно, учитывая, что пока у меня тут нет ни одного друга, но если они думают, что я перевернусь на спину и подставлю живот, так не на ту напали.

Показушница, видимо, быстро сообразила, что я не собираюсь становиться ее личным ковриком, о который можно вытирать грязь со шпилек, она улыбнулась и махнула рукой.

– Не стоит позволять здешним самцам говорить или делать что-то, что может тебя расстроить. Знаю, принято считать, что они произошли от обезьян, но, по-моему, это просто оскорбление самих обезьян.

– Ла-адно, – пробормотала я, вешая сумку с учебниками на плечо.

– Я Тейлор. – Девушка затеребила локон, и парень, проходивший мимо, толкнул ее и окинул взглядом, которому место скорее в кровати, но никак не в школе.

– Я Люси.

Неужели я только что обзавелась первым другом в чертовом Сауспойнте? Или этот «друг» из тех, кто предпочитает, как говорится, держать друзей близко, а врагов еще ближе?

– Что ты делаешь на большой перемене, Люси? – полюбопытствовала Тейлор, хватая меня под руку и утягивая в сторону двери. Но ответить мне не дали. – На обеде ты должна сесть со мной и моими девчонками. И ответ «нет» не принимается.

Она волочила меня за собой и не переставая трещала, демонстрируя свою стервозность. Клянусь, все головы поворачивались вслед, когда она дефилировала, качая бедрами, словно не по школьному коридору шла, а по подиуму. Ей подмигивали, свистели, на нее пялились. Девчонки делали вид, что в упор не замечают Тейлор, но я то и дело ловила злобные взгляды и вспыхивающие яростью глаза.