Я не боюсь

— Ты молодец.

Его пальцы поддели тонкие бретельки моей майки, спустив их вниз. Он прижал меня к себе, целуя ключицы и шею. Я завертела головой, чувствуя, что вот-вот поцелует и в губы. Не могла заставить себя ответить на этот поцелуй и почему-то боялась его. Странно, ведь с этим человеком я собиралась бежать, и стоило бы привыкать к нему уже сейчас.

Впрочем, почувствовав мое сопротивление, Йен ослабил хватку. Он поправил мою майку и по-отечески похлопал по щеке.

— Ну ладно, нет времени на это. Как только достану то, что нам нужно, вернусь за тобой. Собирайся и жди меня здесь. Никуда не выходи.

Йен поднялся, подмигнул мне и выскользнул за дверь. Я села на кровати, поджав ноги и обхватив руками колени, и принялась ждать. Собирать было нечего — только надеть джинсы. Все остальное здесь мне не принадлежало, и брать что-то — означало совершить еще одну кражу. Моя совесть и так металась уже на грани паники.

Сколько я просидела, не знаю, но мышцы затекли, а ночные птицы перестали петь, что означало скорое приближение утра. Внутри шевельнулось нехорошее предчувствие. А вдруг Йена поймали? Вдруг узнают, откуда у него ключ? Что со мной будет? При мысли об этом в горле встал ком. Я сглотнула, поднялась и оделась. Сидеть на месте уже не могла, нервы не выдерживали. Лучше пойти и посмотреть, куда пропал Йен.

В коридоре было тихо и темно. Дом спал. Ни шума, ни голосов, ни паники. Ничего, указывающего на то, что Йена поймали. По скрипучим старым половицам я осторожно направилась к кабинету мистера Дружеча. Проходя мимо его спальни и соседней двери в спальню Тоби, задержалась, прислушалась. Тоже тихо. Слышалось даже легкое похрапывание. Черт его дери, где же тогда Йен?!

Я ускорила шаг, уже не так боясь скрипнуть половицей. В висках гудела кровь. Дверь в кабинет мистера Дружеча была приоткрыта, вырывающаяся оттуда полоса света легла на пол и стену неровным вытянутым прямоугольником. Неужели Йен еще возится с сейфом?! Я осторожно приоткрыла створку и вошла.

Первое, что бросилось в глаза — распахнутый сейф в углу. На полу валялись в беспорядке бумаги. Ящики стола Дружеча тоже были выворочены, а их содержимое вывернуто на пол. Среди хаоса я заметила уже знакомую фотографию Анны, сестры мистера Дружеча. Стекло треснуло, словно на него наступили ногой. Внутри начало закипать возмущение. Мы договорились взять только необходимое и тихо уйти, а не унижать хозяина дома, растаптывая дорогие его сердцу вещи. Я поискала глазами Йена, и тут обнаружила вторую, еще более неприятную вещь. Штора, отгораживающая обычно феромагера, была отдернута в сторону, дверь в клетку — распахнута. А сама клетка — пуста.

— Он сбежал! — с презрением бросил Кит.

— Да, — кивнула я. — Йена потом искали, но так и не нашли. До сих пор помню лицо мистера Дружеча в тот момент, когда он осознал, что еще один ученик снова обокрал его. Это разочарование… предательство… тогда я впервые почувствовала его боль. — Я взяла ладонь Кита и погладила его пальцы. — Знаешь, как странно почувствовать эмоции человека, которые до этого он не показывал никогда?

— Мне трудно это представить, — заметил он, наблюдая за нашими руками. — Но, думаю, ощущение не из приятных.

— Ощущение не из приятных — это осознать, что ужасный голодный феромагер притаился где-то поблизости, а ты его не видишь, — усмехнулась я.

— Тебе этот кошмар сегодня приснился?

— Нет. Это еще не кошмар. Кошмар, который мне снится, был дальше.

…От ужаса я закричала так, что уши заложило. Уже через пару мгновений коридор наполнился топотом ног и взволнованными голосами. Все, живущие в поместье — взлохмаченные, сонные, перепуганные, одетые как попало — собрались у двери, в изумлении разглядывая меня. В кабинет с перекошенным лицом протиснулся мистер Дружеч, а за ним, держась за перебинтованную голову и морщась от боли — Тоби.

— Что здесь случилось?! — воскликнул Дружеч, бережно поднимая разбитую фотографию и смахивая с нее осколки на пол.

Меня ударило волной боли, такой мощной, что я отвела глаза, не в силах смотреть ему в лицо. Лишь молча указала на распахнутую клетку.

— Тоби… — мистер Дружеч отреагировал мгновенно. Исчезла мелькнувшая боль. Только лед в голосе, сухой невысказанный приказ, который, впрочем, был понят его компаньоном с полуслова.

— Ты и ты, — голос Тоби был слаб, но звучал четко, — прочесать второй этаж.

Он указал пальцем на двух парней, одним из которых оказался Френк. Тот был бледен. На минуту мне показалось, что Френк тоже знал о планах Йена. Слишком уж странным стал его взгляд. Словно в нем промелькнула догадка. Но, не сказав ни слова, Френк развернулся и пошел выполнять приказ.

— Ты и ты, — продолжал Тоби, — прочесать первый этаж. Где Йен?

Еще двое парней ушли. Тут-то все и спохватились.

— Думаю, это его рук дело, — дрожащим голосом протянула я.

Тоби и Дружеч переглянулись.

— Девочки, зайдите, — приказал Тоби. — В коридоре сейчас опасно.

Сабина, Одри и Клер послушно выстроились вдоль стены. В глазах моей подруги сквозило сожаление, в глазах остальных — страх. Никто из нас еще и не думал столкнуться с феромагером. Особенно таким образом. Мы все были не готовы. По большому счету, никто из воспитанников не был готов.

— Почему ты не сбежала с ним? — строго спросил у меня мистер Дружеч.

Стало ясно, что он уже обо всем догадался, и отпираться бесполезно.

— Он сказал, чтобы я ждала… но не пришел за мной.

Я стояла между Тоби и Дружечем и буквально кожей ощущала их молчаливый обмен взглядами поверх моей головы.

— Она не пойдет, — покачал головой Тоби.

— Она боится, — возразил Дружеч, — а значит, лучше всех подходит для охоты.

— Она еще не готова.

— Она сама заварила эту кашу, пусть поучаствует в ее расхлебывании.

— Да. Ты прав, Вацлав, — плечи Тоби опустились.

— Что вы задумали? — похолодела я.

Мистер Дружеч мрачно посмотрел на меня.

— Зверя, — он указал на клетку, — нужно остановить.

В это время обе группы, отправленные обыскать дом, вернулись ни с чем.