Я не Сэм

На его столе стоит маленькая тарелочка с такими же леденцами, как и на стойке в приемной. Он пододвигает ее к ней, для себя выбирает пивной бочонок и начинает разворачивать.

– Угощайся, Лили, - говорит он и засовывает леденец в рот.

– Я тебя позову, Патрик, - говорит он.

Я свободен.

* * *

В приемной дамы смотрят на меня с подозрением. В конце концов, я прошел без очереди. С этой странной женщиной. Явно семейные проблемы.

Я беру в руки экземпляр журнала "Тайм". Астрономы обнаружили новую планету, вращающуюся вокруг трех звезд. Здесь же статьи о прошлогодних континентальных заморозках в Европе, о том, что значит быть консерватором в Америке. В Великобритании запрещают отфотошопленную рекламу, в которой модели выглядят слишком идеально.

Я не могу сосредоточиться.

Почитать "Пипл"? "Сайентифик Америкэн"? О "Космо" не может быть и речи в присутствии этих дам.

Я решаю эту проблему, вообще ничего не делая.

И лишь немного удивляюсь, когда просыпаюсь и чувствую руку Милли на своем плече.

Сэм стоит рядом с ней. Она не выглядит ни расстроенной, ни несчастной, и это хорошо.

– Бен хочет с тобой поговорить, - говорит она.
– Лили? Вот тебе журнал.

"Улица Сезам"^[4].

– Мы ненадолго, - говорит она Сэм.

Сэм устраивается с журналом, а я следую за Милли внутрь.

Док сидит за своим столом и делает пометки в папке, как я могу предположить, о Сэм. Я сажусь напротив него, он откладывает ручку и качает головой.

– Патрик, это самое ужасное, что я когда-либо видел. Физически она в полном порядке, все та же Сэм, как всегда. Единственные физические изменения, которые я вижу, это те, которые она, очевидно, сделала по собственному желанию, за неимением лучшего слова. Изменение голоса - это только язык. Резкие движения конечностей и плеч мы с тобой могли бы имитировать довольно легко, если бы сосредоточились на этом достаточно сильно. Поэтому вопрос не в том, что она делает, а в том, почему она это делает.

– Вы хотите сказать, что она притворяется?

– Вовсе нет. Совсем наоборот. Когда мы с ней разговаривали, возникла странная неувязка. Как будто она помнит выборочно. Она знает, кто такая Леди Гага, но не знает имен матери и отца.

– Она знает имя нашей кошки - Зои.

– Неужели? Это очень интересно. Единственный раз, когда она немного нервничала или расстраивалась, это когда я спросил ее, кто ты, кто такой Патрик. Это, похоже, смутило ее. Я не стал настаивать. Но она прекрасно распознает все вокруг. Я указывал на стул, на окно или на книжную полку, и она тут же произносила нужное слово. Я также знал, когда ей это надоедало. Это было видно. Ее словарный запас, кстати, находится примерно на уровне пятилетнего ребенка. Она могла назвать цветы, но не вазу, например. Назвала ее кувшином. Она может складывать и вычитать, но не умножать и не делить. Это... превращение. Больше всего меня поражает, что она удивительно последовательна. Конечно, мы с тобой могли бы имитировать каждый из этих ее детских аспектов, если бы попытались. Но я очень сомневаюсь, что мы могли бы подражать им всем сразу, организовывать их все вместе - и делать это часами, как, по твоим словам, она делала. Для этого нужно быть очень хорошей актрисой.

Он достает блокнот с рецептами, берет ручку и пишет.

– Вот что нужно сделать. Во-первых, исключить все физические причины.

– Вы имеете в виду опухоль?

– Я никогда не слышал, чтобы опухоль вызывала такие симптомы, но да, сканирование мозга определенно необходимо. Позвони по этому номеру в Баптистский региональный медицинский центр и договорись об этом. Я им позвоню, как только вы выйдете отсюда и их подготовлю. А ты попроси их, чтобы они взяли вас как можно скорее, завтра, если это возможно.

Он отрывает листок и протягивает мне.

– Иди домой и позвони. И постарайся немного поспать. Ты ужасно выглядишь, Патрик.

Я встаю и направляюсь к двери. И он прав. Я вдруг чувствую себя совершенно измотанным. Но меня очень беспокоит еще одна вещь.

– Док, а что, если это не физические причины?

– Да, я знаю. Множественное расстройство личности. Ты видел других личностей?

– Нет.

– Смотри в оба. Если они есть, то скоро должны появиться. Насколько я понимаю, такие вещи имеют тенденцию группироваться. У нее в последнее время был какой-то особенный стресс?

– Насколько мне известно, нет.

– Может, на работе?

Я хочу сказать: Черт возьми, она любит резать людей, чтобы заработать на жизнь, но я подавляю свой порыв.

– Сэм обожает загадки. Она воспринимает свою работу как решение загадок. Думаю, что она бы это делала, даже если ей за это не платили.

– Ваш брак в порядке?

Я хочу сказать: Был в порядке до прошлого вечера, но я подавляю и это.

– У нас все в порядке, док. Я просто не ничего понимаю.

– Ну, по правде говоря, я тоже, - говорит он.
– По крайней мере, пока. Послушай, попробуй вот что. Заставь ее что-нибудь вспомнить. Подтолкни ее память. Возможно, если повезет, ты попадешь на что-то, что заставит ее вернуться обратно.

Я говорю ему, что так и сделаю, благодарю и выхожу за дверь.

* * *

Док сдержал слово. Я звоню в клинику, называю свое имя, а через минуту уже разговариваю с секретаршей в приемной радиологии, которая назначает нам МРТ на завтра в полдень.

На обед она хочет арахисовое масло и конфитюр.

У нас есть клубничное и персиковое варенье. Не конфитюр, но достаточно близко.

Я делаю себе сэндвич с яичницей, и мы едим перед телевизором. Я ничего не знаю о передачах для детей, но думаю, что у PBS должно что-то быть. Сериал называется "Клиффорд, большой рыжий пес" и он о... большом рыжем псе. А также о пурпурном пуделе по кличке Клео, голубой гончей по кличке Мак и желтом бульдоге по кличке Ти-Боун.

Иногда она хихикает.

Затем покажут сериал "Поезд динозавров".

Дружелюбные динозавры. Почему бы и нет? А потом мультфильм "Каспер-Тираннозавр".

Но сейчас я очень устал.

– Ты не возражаешь немного побыть здесь? Я хочу немного вздремнуть. Может, ты тоже хочешь вздремнуть?

– Не-а. Я останусь здесь, Патрик.

Не успел я лечь на кровать, как уже уснул.

Но я не шутил. Сон был коротким, максимум полчаса.

Опять Зои со своей игрушкой. Вой раздается с пола в изножье кровати.