Я - Спартак

Разведчикам надо было спешить с возвращением в лагерь. Публипор расплатился с хозяином попины и все четверо направились в сторону городских ворот, через которые их утром провёз фермер. Выйти из города было проще, чем попасть в него. Только ситуация поменялась. Вынырнув из-за поворота улицы, разведчики неожиданно увидели перед собой не пять-шесть городских стражников, охранявших ворота, а не менее пяти десятков легионеров в главе с центурионом.

– Это они! – крикнул командир римлян и тот же миг несколько солдат метнули пилумы.

Публипор едва уклонился от смертоносного оружия, а вот Милентию не повезло: он находился прям за спиной командира и, не успев среагировать на угрозу, был поражён в грудь, упав замертво на мостовую.

– Не прорвёмся! Уходим! – воскликнул Луций, схватив Публипора за плечо. – Я знаю другой путь из города! Быстрее!

Разведчики бросились бежать. Сзади слышался топот калиг – солдаты преследовали. Несмотря на наличие кольчуги Тулий нёсся быстрее всех, показывая дорогу. Публипор уступал ему совсем немного, а вот Сурков, то и дело отставал и останавливался, дабы отдышаться и перевести дух. В такие моменты Луций возвращался, хватал Игоря за руку и тащил за собой, не позволяя попасть в руки римлян. Сурков не обладал спортивным телосложением, скорее, напротив. Носиться как угорелый по жаре не привык, быстро уставал. Легионеры хоть намного выносливее и закалены долгими переходами, но наличие доспехов, гладиусов и даже скутумов, которые они не бросили, мешало им догнать беглецов. Через некоторое время, свернув в очередной узкий проулок, разведчики остановились. Преследователей не было слышно, со всех сторон шёл лишь размеренный шум равнодушного города, живущего своей жизнью: тявкали собаки, гоготали гуси, перекрикивались женщины, детишки шумной стайкой пронеслись мимо.

– Сдохнуть можно! – выдохнул, склонившись, Сурков, - Ничего себе гонка!

– Куда дальше? – обратился Публипор к Туллию, - ты говорил знаешь путь!

– Идём! У северной стены есть калитка. Там выход к реке. С внешней стороны проход и тропинка до воды практически не заметны. Во время осады можно безопасно пополнять запасы и не испытывать жажды. Охрана – два человека. Из нашей когорты вчера туда направляли Гая и Марцелла.

– Славно, показывай! Надеюсь сможешь договориться со «своими».

– Не знаю. Может и нет. Тогда просто устраним их. В любом случае это проще, чем прорываться через ворота.

Публипор кивнул.

У калитки дежурили пятеро. Сурков подумал, что это как в его время в армии: разводящий и смена караула прибыли. Игорь предложил подождать. Однако, легионеры не спешили уходить и становилось очевидным – охрану усилили. Никого из солдат Тулий не знал. Пришлось Луцию отряхнуться, привести себя в порядок и в одиночку направиться к легионерам. Завидев приближающего такого же солдата, один из охранников вышел навстречу и подняв руку потребовал остановиться на некотором отдалении. Двое обнажили мечи, один схватил пилум и согнув руку приготовился метнуть оружие при первой необходимости. Последний остался сидеть, но то и дело глядел по сторонам, страхуя товарищей от нападения слева или справа. Конечно, обычный человек не имел шансов с ними справиться, но ведь Тулий не был человеком. Вывернув руку первому и уклонившись от пилума, Луций мгновенно поразил гладиусом второго, а затем и третьего. Четвёртый, метнувший копьё, даже не успел вытащить меч, как получил удар в горло. А пятый, вставая, рухнул обратно, получив рукояткой гладиуса в лоб.

– Ловко! – констатировал подбежавший Публипор, - Я до последнего не верил, что получится! У кого из них ключи от замка? У этого что ли? – Командир разведчиков склонился над первым римлянином, потерявшим сознание от болевого шока.

– Скорее всего у них ключей нет. Да, нам они и не требуются.

Произнеся последние слова, Тулий вынес одним ударом плеча калитку.

– Идём!

– Ты полон сюрпризов, собрат Луций! Сила и ловкость поразительные! Полагаю, даже Ганику или Спартаку непросто пришлось бы на арене против тебя.

Тулий ничего не ответил, шагнув в проём крепостной стены. Публипор и Сурков последовали за ним, предварительно вооружившись мечами охранников.

***

– Охренеть! – ругнулся в очередной раз Игорь.

Он практически не переставая произносил не самые цензурные слова в последние десять минут. При этом Сурков не понимал на кого он собственно посылает проклятия: на самого себя и личную тупость или на хитроумных киборгов из будущего. Перед ним в палатке одновременно находились два Тита Тулия! Один лежал «мёртвый» на полу, другой стоял в сторонке. Первый, тот, который приплыл на лодке и был «убит» во время штурма укреплений римлян несколько дней назад. Второй, тот, который ещё днём был Луцием и вместе с Игорем бежал из Брундизия, а теперь принял облик «погибшего брата».

Конечно, Сурков мог пенять на себя. Ведь Тулий почти с самого начала знакомства, рассказывал, что должен предотвратить гибель Спартака, а при невозможности оного, заменить лидера восставших. Позднее Игорь узнал, что его спутник киборг. И здесь, надо сложить два плюс два: невозможно стать другим человеком без внешнего сходства. Робот из будущего просто обязан иметь способность перевоплощаться в кого угодно, иначе его задача невыполнима!

Другое, что бесило Суркова – враньё! Получалось его постоянно обманывали! И кто? Роботы, которые по идее не должны делать ничего подобного! Сначала прикидывались людьми, вместо того чтобы сказать правду. Затем непонятки с возвратом, кого можно взять с собой, а кого нет. Встроенная машинка перемещения тоже обман. А Тулий, лежащий на полу – это вовсе не его «друг», а Пифон, принявший облик Тита. И опять, Игорь мог догадаться об этом сам, если бы ранее сложил эти самые два плюс два и обратил внимание, как непривычно долго задумывался лже-Туллий при ответе на вопросы Суркова. Конечно, ведь тот не знал, ни про Вику, ни про её сына и на ходу «лепил горбатого».

«Тит тоже хорош, - думал Игорь, - представился младшим братом. Чего сразу не сказать правду? Просто шепнуть на ушко. Друг называется! Нет, он конечно, пояснил, что прикинулся Луцием в порядке конспирации, дабы его никто из римлян случайно не узнал в лицо. Но всё же…»

Сурков не стал выслушивать рассказ Туллия, как тот спасся, упав в воду вместе с Пифоном и почему оказался не в порту Мессины, а в Брундизии. Это не имело смысла, поскольку Игорь не сомневался, что киборг опять наврёт с три короба. Суркова интересовало только одно, когда он вернётся домой? Услышав, обычные заверения, что после победы Спартака, Игорь пришёл в такую ярость, которую UCU528 смог погасить только передав пульт возврата человеку, тем самым вернув в их отношения доверие. Теперь Сурков мог открыть портал в любой момент, бросив киборга одного, если бы пожелал рискнуть переместиться в одиночку.

Глубокой ночью, «друзья» спрятали Пифона в одной из небольших пещер поблизости от лагеря и завалили вход камнями. UCU528 остался в облике Тита Тулия, который по версии киборга оправился от ран. А Луций «уехал» под покровом темноты обратно в Брундизий, дабы продолжать следить за армией Марка Теренция Варрона Лукулла.

Утром поступил приказ сниматься с лагеря. Спартак, оказавшись меж трёх огней – Крассом, Помпеем и Лукуллом, принял решение разбить врагов по одиночке, и не дожидаясь подхода из Рима Помпея или выхода из Брундизия Лукулла, напасть на Красса, который шёл навстречу, о чём имелась достоверная информация. Вперёд к Луканскому озеру Спартак направил налегке примерно пятнадцать тысяч человек под началом Ганика и Каста, дав приказ задержать римлян до прихода основных сил восставших.

Глава 16. Битва у Луканского озера (вычитка)

– Время атаковать! – Ганик вскинул вверх меч, - римляне выдохлись и отходят. Добьём их!

– Ни в коем случае! Надо стоять и удерживать позиции на холме! – возразил Тулий, которого Спартак послал с кавалерией вдогонку за отрядом Ганика и Каста, дав чёткий приказ: избегать прямого столкновения с армией Красса, а в случае необходимости, занять выгодную позицию и как можно дольше связывать римлян боем, ожидая подхода основных сил восставших.

Тит встал на пути Ганика, готовый не только словом, но и оружием доказать свою правоту. Могла повториться трагедия Крикса, когда импульсивность командира мятежников обернулась гибелью тысяч галло-германцев. Второй раз UCU528 не допустит просчёта и если потребуется устранит не в меру активного гладиатора.

– Он прав, Ганик, - вмешался в разговор подскочивший к спорщикам Каст, - послушай, брат, не время проявлять героизм. Я сам готов рвать собак хоть зубами, но мы ничего не знаем об их численности. А если перед нами не авангард, а все легионы Красса?