Яблоко

«Герои, боги, мудрец и нищий…»

Герои, боги, мудрец и нищий — Все в этом мире кого-то ищут, Мольбы доносятся: сверху, снизу. Далекий свет по мирам рассеян: Так Пенелопа ждет Одиссея, Тезей на остров далекий призван. Осирис! — тщетно зовет Исида. Крик Персефоны из тьмы Аида — К ногам Деметры сухие листья. Цветет Адонис, никем не узнан, Инанна мается без Таммуза, Рыдает бедная Аметиста. …А я ищу своего флейтиста…

«Рушатся кафкианские замки…»

Рушатся кафкианские замки. В мире дух безверия зыбкий. А душа — свободная куртизанка — Узнает тебя по улыбке, По глазам, движениям, голосу — В нем летит дыхание вальса!.. За тобой — по водам, по воздуху, Ни мгновенья не сомневаясь.

«Миг рожденья, час похорон…»

Миг рожденья, час похорон — Меж мирами привычно странствуем. Прихожу к тебе ото всех сторон, Мы от века — бродяги страстные! Ты находишь меня везде, Днем ненастным и ночью ветреной. По пескам иду, по воде — К яркой жизни, другим неведомой. В пальцах звезды — цветной горох. В небесах оживают призраки… Утро вечно берет врасплох И бросает на землю искрами.

«И кто мне сказал, что мы в этом мире игрушки…»

И кто мне сказал, что мы в этом мире игрушки, Когда сон реальности с детства мне кажется рваным. Приподнимаю голову от подушки, Выскальзываю из осточертевшей нирваны. Здесь кругом океан! И над штормом — подобье оркестра. Я нырну в горизонт, я русалка, не помнишь ты разве? И я знаю: в надземных широтах достаточно места, Чтобы вместе с тобой мы творили в экстазе.

«У тебя в глазах голубые звезды…»

У тебя в глазах голубые звезды. У тебя в глазах межпланетный холод. Улетают птицами весны. Мир безликий в куски расколот. Даже если в жизни мы люди. Даже если здесь не быть вместе. Ты сыграешь любовь на лютне, Отзовусь — в небесном оркестре.

«На земле остались перемычки между мирами…»

На земле остались перемычки между мирами — Ходы и выходы, пересеченья, туннели. В далеком прошлом справляться с ними умели, Потом застыли статуями в Нотр-Даме. Но через нас до сих пор доносится голос, Мы проводники, зеркала невидимых связей. Мир, людям неведомый, слишком многообразен. И, погружаясь в него, я оставила гордость.

«Уходит время, как песок…»

Уходит время, как песок. Мы ждем, пока не вышел срок. И все равно — поэт, пророк, Пусть Енох или Самуил — В песках пустынь огонь остыл, Искать тебя — не хватит сил. Но знаний чаша горяча, Ее вкусила невзначай, Не плачь и не руби сплеча. Мы оба только часть игры, На небесах горят костры, Давно открыты все миры! Пусть ты силен, а я слабей, Но мы идем среди людей И верим в торжество идей Надземных! Я тебя ждала. Внутри — карельская скала… Ты снизошел. А я — взошла.

«Засеяны зерна. Колосьями злаков…»

Засеяны зерна. Колосьями злаков Звездные карты новых вселенных. Я не просила подсказок и знаков, Видела кромлехи и дольмены. Мудрость и память любви принимаю. Земные просты и невзрачны знаменья. С тобою иду — сквозь затменья — к Синаю, К мгновенью, в котором смыкаются звенья.

«Нечаянно любовь опять обожгла в гортани…»

Нечаянно любовь опять обожгла в гортани. Я делаюсь тихой, беспомощной и немою, Вдруг ухожу в глубины морей, как «Титаник», Ты не отыщешь меня уже, не отмолишь. Я бью хвостом, ныряю русалкой проворной, Но если догонишь — меня уже не оставишь. Ты был царем… А сегодня окажешься вором, И нам двоим это вовсе не важно.

«Ты говоришь, впереди путь тяжелый…»

Ты говоришь, впереди путь тяжелый и длинный. Адажио — льющейся на руки пряжи. Еще мы не сблизились и наполовину, Но я так хочу видеть, чувствовать — дальше! Принять вширь и вглубь тот октябрьский воздух, Который дожди синим облаком вяжет. Ты в кольца мне вправил с рождения звезды… — Мы встретимся вновь, мы полюбим однажды.

«Странный вечер тайной отсрочен…»

Странный вечер тайной отсрочен. В сердце памяти горькая мята. Наши встречи отчаяньем смяты. Дни сверкают гурьбой между строчек. Карма тает в солнечной Каме, Затихает звонами лютни. Воскресают к радости люди. Мы встречаемся между мирами.

«Мастер чистит последние градусы…»

Мастер чистит последние градусы, Увлечен асцендентом Сатурн. Впереди столько поводов к радости, Столько вместе увиденных лун! Я не буду по мелочи ссориться! Наша боль пеплом храма горчит. Я Шехина души, мироносица В сокрушенной вселенской ночи.

«Сверкают души, что в тела одеты…»

Сверкают души, что в тела одеты, Они видны с закрытыми глазами. Приходят в мир божественные дети, Архангелы летают меж мирами, Когда-нибудь мы обо всем расскажем: Мне руку жмут пират и полководец. А я молюсь за невесомых стражей И неизвестных церкви богородиц.

Притяжение любви

«Мир созидает Любовь!»

Мир созидает Любовь! Даже если Я проснулась на дне океана, Ты остался межзвездным скитальцем, Память — брызги фонтана, И с земли тебя не дозваться… Мир созидает Любовь! Даже если Мы так долго были в разлуке, Что забыли прежние встречи, Умирали, спасаясь от скуки, Воскресали — ведь путь бесконечен… Мир созидает Любовь! Даже если Мы крушили свои королевства И гасили в небе светила. Мы мечтали снова быть вместе, Ты любил, я тоже любила… Мир созидает Любовь! Даже если Слишком больно срываться из круга, Воссияет новое Солнце. И в объятьях друг друга Вдалеке мы проснемся… Мир созидает Любовь!

«Ты же чувствуешь. Ты же знаешь…»

Ты же чувствуешь. Ты же знаешь. Ты же ловишь каждую мысль! Мне милей вселенских пристанищ Просиявший радостью мыс. Я другая. Прилежней и проще, — И правдивей, но речь не о том. Убегаю в священные рощи, Обнаженная, босиком. Пляшем танцы шаманские, бубны В женских пальцах глухо звенят. Столько нового вскоре будет! Над землей свершаем обряд. Мы с тобою две разные грани, Обреченные мудрости лбы. Разделение манит и ранит, И к слиянью влечет две судьбы.