Ярость

Он поднимает вопросительно бровь. – Правда?

– Спроси у Муссы, - его губы растягиваются в ухмылке от этого комментария.

– Черт, - он кладет одну руку на стену и наклоняется ко мне. – Ты такая горячая, когда становишься жестокой, - его губы скользят вдоль моего горла, останавливаясь чуть ниже моего уха. Мой пульс дико стучит, но я прижимаю руку к его груди, отталкивая назад.

– Позвони ему. Прямо сейчас.

Он ухмыляется. – Как пожелаешь.

Глава 28 Джуд

Старый грузовик грохочет вдоль шоссе, уличные фонари создают прерывистый свет в кабине. Тор нервно суетится рядом со мной. Её рука в моей, а нога нервно дёргается.

– Тор, – говорю я, и она тут же поднимает свой взгляд на меня. Она кусает губу, на её лице виднеется беспокойство. – Когда Марни высадит меня, эта девушка сядет в машину с тобой. Не пытайся её, чёрт побери, развязать.

Она закрывает глаза. Я знаю, что ей трудно справиться с этим, но другого выхода нет.

– Просто старайся на неё не смотреть, ладно? Притворись, что девушки просто не существует.

Тор кивает.

– Поняла, – её глаза находят мои. – Прошу, будь осторожен, – она снова закрывает свои глаза, делая глубокий вдох.

– Когда я не был осторожен? – улыбаюсь, проводя кончиком пальца по её щеке.

Глаза Тор внезапно вспыхнули, стальная синева её радужек впилась в меня.

– Как только что-то пойдёт не так, ты живо убираешься оттуда, – её пальцы ласкают мою челюсть. – Я не собираюсь потерять тебя, как и его, – шепчет она.

– Ничего со мной не произойдёт, – быстро вздыхаю я, отводя взгляд в окно.

Мы съезжаем с шоссе. Мне нужно как можно быстрей убедиться, что Тор всё понимает, перед тем как я уйду.

– Ты не выходишь из машины. Если Марни попросит тебя уйти, ты тут же это сделаешь. Не спорь.

Грузовик паркуется на остановке. Девушка выглядит совершенно испуганной и хватается за мою руку.

– Тор, я скоро вернусь.

Она отпускает меня, и я выхожу из грузовика. Я слышу кашель Рича, и вижу, как загорается внутри свет, когда он открывает двери машины. Парень обходит грузовик и открывает багажник. Я следую за ним, мой желудок сжимается. София лежит в багажнике, руки и ноги связаны, рот заткнут тряпкой. И всё, о чём я могу думать, как Тор была доставлена ко мне. Но я стараюсь отгородиться от этой назойливой мысли.

Глаза у Софии расширены, а лицо заплаканное. Рич тянется вниз и принудительной хваткой заставляет её с криком подняться, я тут же его отталкиваю в сторону.

– Не причиняй ей чёртову боль, – кричу я, и Рич делает шаг назад.

Я осторожно достаю девушку из багажника грузовика и веду к грузовику Марни. Она трясётся в моих руках и хнычет. От этого моя грудь болезненно сжимается. Я прилагаю все усилия, чтобы не смотреть на неё, приближаясь к машине. Рич идёт впереди меня и открывает заднюю дверь грузовика.

– Всё это уже скоро закончится, – произношу я, сажая девушку на заднее сиденье.

Марни смотрит на меня.

– Поскорее возвращайся, – говорит он.

Я иду к пассажирской стороне автомобиля. Тор смотрит перед собой. Я знаю, что ей не хочется смотреть назад. Я знаю, что девушка, сидящая в машине с ней, вероятно, убивает её. Я открываю дверь и наклоняюсь. Тор поворачивает своё лицо ко мне, и пальцами гладит мою челюсть. Её брови нахмурены, а страх искажает черты прекрасного лица.

– Не волнуйся обо мне, куколка, – говорю я, беря девичье лицо в обе свои руки и прижимаясь своими губами к её.

Пальцы Тор обхватывают мои запястья, удерживая меня на месте. Она сильнее целует меня, пытаясь отчаянно удержать, но я отстраняюсь. И чёрт, это очень сложно. Я заставляю себя улыбнуться.

– Ты должна меня отпустить, – я делаю шаг назад, мои глаза смотрят в её. – Я люблю тебя, – говорю я, перед тем как закрываю дверь. Я наблюдаю, как задние фары исчезают, когда Марни прибавляет скорость, затем глубоко вздыхаю.

– Что теперь? – спрашивает Рич, зажигая сигарету.

– Будем надеяться на долбаного Господа, что этот парень явится один.

Мы стоим на обочине дороги, с пушками в руках и ждём, ожидая прибытия лимузина. Я потратил пятнадцать лет в размышлениях, что, чёрт возьми, сделаю, когда наконец-то заполучу Джо Кэмпбелла и теперь, когда я так близко, то ощущаю странное сочетание возбуждения и страха. Фары виднеются на расстоянии, и моё сердце подскакивает к горлу.

– Итак, ты прикрываешь спину, когда он подтянется, понял?

– Да, – говорит Рич. А затем я слышу щелчок пистолета.

Машина замедляется и сворачивает на обочину, поднимая пыль в отблеске задних красных фар. Я держу палец на спусковом крючке, отступая назад в высокую траву, когда чёрный автомобиль останавливается. Я навожу пистолет на окно, подходя к двери с пассажирской стороны, и взявшись за ручку, открываю её.

– Тебе лучше быть одному, – молвлю я, глядя на Стена.

Он смотрит на меня в ответ, ненависть написана на его лице.

– Где моя дочь?

Рич идёт к задней двери машины и открывает дверь. Я вижу краем глаза, как он заглядывает внутрь тачки.

– Чисто, – говорит он.

– Опусти перегородку, – командую я Стену, перед тем как закрываю переднюю дверь и сажусь на заднее сиденье с Ричем.

– Где моя дочь? – снова спрашивает он.

Я игнорирую его вопрос, просто вжимаю ствол в сиденье и смотрю на него через поднятую перегородку.

– У меня тут Магнум 45 калибра, приставленный к спинке твоего сиденья. Ты меня злишь, и я нажимаю курок, эта пуля в считаные секунды пронзит твой кишечник. Ты будешь делать то, что я говорю, а если нет, я просто тебя пристрелю, а затем и твою дочь. Понял? – поясняю я.

Он не отвечает.

– Ты понял? – кричу я.

– Да, – рычит он в ответ.

– Хорошо, теперь, можешь ехать. Не останавливайся, пока не доберёшься до аэропорта. Ты не будешь отвечать на телефон, если тот позвонит.

Стен сжимает челюсть, когда заводит машины и двигается с места. В салоне стоит тишина, слышно только низкий гул шин по тротуару. Все, о чём я могу думать, что всё не может быть настолько легко. Если бы этот парень сказал хоть что-нибудь Джо, то, скорее всего, информировал его обо всём, здесь ничего не пойдёт по плану, и, если честно, я даже и не рассчитывал на это. Ничто не идёт по плану в этой жизни. Ничто. Я проигрываю различные варианты сценария того, что может произойти. Возможно, нас отвезут в какой-то заброшенный дом, где нас уже ожидают пятьдесят парней Джо. Неопределённость заставляет мой пульс стучать быстрее. Это не значит, что я боюсь умереть, потому что всё не так. Я боюсь оставить её одну. Я не хочу её оставлять. Я не могу её оставить… Я обещал.