Юрей теу

— Это все?

— Пожалуй, да. Но хочу вам дать совет, Петти.

— Извините, Арнфрид, но я сыта ими по горло.

— Он не обременителен для памяти, Петти… Смерть это мечта. Когда она приходит, мечта исчезает. Вы желаете жить без мечты?

— В чем-то вы правы, Арнфрид. Я слишком много нюхаю этой дряни.

— Дорогой, это и к тебе относится, — перевела строгий взгляд на мужа всезнающая викканка.

— Ни разу не слышал, чтобы кто-то умирал от хорошего «хэша», — недовольно поморщился «новый миссия».

— Извините, мисс, а можно и мне погадать? — робко поинтересовался el bandido. Он с интересом наблюдал за процессом гадания и внезапно проникся надеждой, что удачный расклад на его судьбу поможет ему преодолеть навалившуюся тревогу за собственную жизнь.

— Почему бы и нет, dreamboat? Можно и тебе погадать! — позабыв о своих нравоучениях, обольстительно улыбнулась викканка. — Хотя я и без карт могу сказать, что тебя ожидает в скором будущем.

— Mf su esclavo, el senor! — пронзил викканку загоревшимся взглядом el macho mejicano.

Супруга «нового миссии» переползла со своего стула на колени Родриго и, обвив бычью шею парня руками, жадно припала к его пухлым губам.

Петти Чарли, ошеломленная развязным поведением викканки, непонимающе уставилась на ее мужа. Тот, как, ни в чем не бывало, сидел, откинувшись на спинку стула, и спокойным взглядом наблюдал за происходящим. Но за этим его спокойствием скрывалось нечто большее, чем холодный рассудок прожженного циника. Мистер Виджэй был Дьяволом во плоти и откровенно наслаждался своим цинизмом и внутренним могуществом над хрупкой моралью европейского человека. Он мог себе позволить все, чего желала его плоть, а разум его был готов к персональному апокалипсису, приход которого ознаменовало для него ночное откровение.

— Так, мне нужно срочно покинуть вас! — чувствуя подступающую к горлу тошноту, прохрипела Петти и, не медля ни секунды, бросилась в сторону туалетной комнаты. Как только она успела затворить за собой дверь, ее стало жестоко рвать. Обхватив руками унитаз, как самое родное существо на свете, Петти приступила к мучительному опорожнению отравленного желудка. То, что с ней происходило сейчас, напомнило ей недавние кошмарные ночи в Days Inn Saint Pauls. Бездонный ужас, могильная тоска и непрекращающаяся тошнота едва не свели ее тогда с ума.

Какие только мысли не приходили ей в голову, пока она коротала две ночи на дне холодной ванной. Чтобы не рехнуться от тишины, навалившейся на нее, словно надгробная плита, Петти включала кран с водой. Тонкая струйка воды, бьющаяся о керамическую стенку умывальника, немного отвлекала ее от мыслей о смерти. Но ближе к трем часам ночи ее страхи увеличивались во стократ. Призраки всех мастей выползали из ее головы и начинали надоедать ей своими стонами, воплями и мольбами. Они угрожали ей всеми муками Ада, если она не перережет себе вены бритвой или не утопит себя в ванной. Они терзали ее изнутри клещами раскаяния и рвали снаружи, пытаясь через физическую боль сломать ее и столкнуть в Бездну.

И когда наступало очередное утро, и Петти Чарли выбиралась из скользкой от слез ванной, она боялась смотреть на себя в зеркало. Утром призраки прятались в нем и даже днем ей не было спасение от их мерзких скомканных от ярости и печали рож.

Нет ничего хуже одиночества среди живых для смертного человека и нет ничего страшнее одиночества души! Опустошенные одиночеством души приманивают демонов отчаяния и скорби. Они беспощадны и холодны к тем, кого они опекают. Они никогда не уходят далеко, и все время ждут своего часа. Их не нужно звать.

Они приходят сами в души тех, кто не любит впускать в нее живых и смертных. Демоны отчаяния спасают одиноких, купая их черную тоску в багровой реке забвения…

Выпивая чашу, полную чрезмерных удовольствий, нужно быть готовым к еще большему отвращению, которое вызывают эти удовольствия. И там, на дне опустевшей чаши, как правило, любителя острых ощущений ожидает настоящее откровение и в нем таится истина: неприглядная, отталкивающая и смертельно чужая. Не такой видит ее, вкушающий запретный плод удовольствия. А если бы и знал о том, что увидит, то врят ли бы остановился. Сладость запретного плода горше любой истины! А в горечи той пленительная сладость для падающего в пропасть собственного Ада души!

Немного придя в себя, Петти привела себя в порядок и вышла к гостям. Но, как показала действительность, гости не особенно скучали во время ее отсутствия. Не страдающая муками застенчивости викканка уже успела содрать с Родриго рубашку и добраться до содержимого его штанов. Встав перед ним на колени, она страстно облизывала языком его напряженный фаллос. Летнее платье сползло с ее узких плеч, обнажив бледную отвислую грудь с вызывающе торчащими сосками. На плече викканки Петти заметила знакомый черный трискелион, выдававший ее принадлежность к субкультуре BDSM.

Мистер Виджэй продолжал играть роль пассивного наблюдателя и ни единым жестом или возгласом не проявлял своей ревности. Напротив, пока его милая голубка пыталась жадно заглотить член мексиканца, «новый миссия» яростно мастурбировал свой дряблый корень.

— Hostia, os ocupais aquf, los muchachos?! — не скрывая возмущения, воскликнула Петти. — Арнфрид… Родриго… Виджэй?!

— А что в этом противозаконного, милая Петти? Любовь еще никто не запрещал, — не прекращая попыток завести самого себя, сластолюбиво почмокал губами «новый миссия».

— Ваша жена на ваших глазах изменяет вам с другим, а вы тем временем говорите мне о какой-то любви! — отворачиваясь в сторону, заметила Петти Чарли.

— Ну, мягкий свинг довольно приятное и полезное занятие для пар, живущих вместе много лет. По-моему, нет ничего хуже тщательно подавляемой сексуальности. Это рано или поздно приводит к распаду крепких семей, построенных лишь по принципу духовной связи, — кротким голосом христианского проповедника пропел «новый миссия». Только сейчас вместо освещенного распятия Христа он сжимал пальцами разбухший от возбуждения «корень жизни».

— Адресуйте свои поучительные тезисы тем, кто читает по ночам забавные книжки от мистера Кроули. Я уже взрослая девочка и знаю, что можно, а что нельзя, — резко оборвала Петти почитателя Телемы.

— Тем более, если вы взрослая девочка, мисс Петти, почему бы нам ни объединится, и не посвятить остаток этого прекрасного дня плотской любви? — многозначительно указывая на готовый к коитусу член, предложил «новый миссия».

— Петти, дорогая, ты получишь массу удовольствия и на время забудешь о своих горестях и печалях, — облизывая кончиком языка «спелую клубнику», томно пропела викканка.