За горизонт

– Гут, задом сдавай к нему, - с трудом откинув кормовые бронедвери, подросток перебирается в открытую часть кузова.
– Еще немного, все, гут. Глуши мотор.

Немец спрыгивает на землю. Сняв с борта длинный шест с развилкой на конце, обходит поляну по кругу.

Я не тороплюсь покидать уютные внутренности бронемашины. Высунувшись из люка, изображаю огневое прикрытие. В отличие от немца, у меня на ногах потрепанные кроссовки, а не берцы с надетыми поверх крагами из твердой кожи. С таким эквипом местные змеи ему не страшны.

Приеду, первым делом куплю себе такие же.

У Руди в комплекте к крагам есть еще наколенники из той же кожи, но сейчас парень не стал их надевать.

Взмах шеста, Руди прижал что-то к земле, поворот шеста и новый взмах. Коричневая лента рожденной ползать змеи, извиваясь в воздухе, отправляется в сорокаметровый полет.

– А башку отрубить ей не надежнее? "Гринпис" ругаться не будет, я гарантирую.

– Нет, не надо. На запах крови через полчаса все зверье в радиусе трех миль сбежится.

Логично. Век живи - век учись.

– Вылезай, осмотрим машину, и захвати ящик с инструментами, - немец втыкает шест в землю.

Вечность назад, фактически в прошлой жизни я выбирал между "Ауди" и таким же вот "Фольксвагеном Пассат универсал". По доброй новоземельной традиции колеса с машины сняты, и машина покоится на четырех заботливо подложенных чурбаках. В остальном находка выглядит перспективной, борта оцарапаны, но не помяты, пластиковые бампера отсутствуют напрочь, но как раз такие мелочи тут никому не интересны.

Подергав двери, Руди пожимает плечами и выносит прикладом вертикалки стекло задней двери.

Хрум!

Стекло осыпается внутрь машины, а парень ныряет в салон "Фольксвагена". Осмотрев салон и не найдя там ничего ценного, немец отпирает двери и капот машины.

– Дизель, два литра - немца аж колотит от радости, шалит адреналинчик.

– Как потрошить машину будем, командир?

– Я сниму радиатор и оптику, а ты снимай задние стойки. Как снимешь, попробуем ТНВД снять, и вообще все, что под капотом снимется. Что не открутится, пневматической УШМ срежем. Эх, жаль такой двигатель бросать, - немец вытирает нос перепачканной пятерней.

Мелко мыслит, я даже слегка разочарован в парне, на уровне чернозадых - разбил окно, спер магнитолу и бежать. Особо дерзкие еще нагадить в салоне могут, для куража.

В этот раз спишем на молодость, а в дальнейшем попробуем воспитать в парне крепкого хозяйственника.

Хотя, зачем откладывать, вот прямо сейчас и начнем воспитывать.

– Вы, немцы, тактики от бога, а вот стратеги никакие. В сравнении с русскими, конечно, - начинаю воспитательный заход.
– Машину сюда спрятали при движении конвоя из Порто-Франко. Так? А раз так, то появиться в ближайшее время, бывшие владельцы нашего "Фольксвагена" не могут. Сам говорил, по ночам тут не ездят. Ближайший город, в котором ночуют перед плечом до Порто-Франко, это Веймар. И если предположить, что оттуда выехал рано утром, это место только вечером проедешь. Следовательно, время у нас есть. А время, оно деньги в буквальном смысле.

– Что предлагаешь?
– немца начинает колотить еще сильнее.

– Снимай, как хотел, оптику и радиатор, воздушный фильтр и бачок омывателя. Я пока верхние крепления стоек скину. А потом заведем траверсы под днище, за них приподнимем "Фольксваген" и срежем крепления подвесок и крепеж двигателя. Тут срезать-то десять гаек. И вообще все срежем, что срежется.

Вот, что мне в немцах нравится, к поставленной цели прут, как носороги. Поняв, что инструктаж окончен, "командир" принимается потрошить моторный отсек. А вот что не нравится - это узость мышления, продолжим воспитание.

– Руди, ты не с того начал. Крышку капота сними сначала, а то если он тебе на голову упадет, мне обидно будет. Чем я прочность брони нашего шушпанцера проверять буду?

Наставляя парня на путь истинный, заглядываю на спидометр найденыша.

Хм, а помирать-то ты рано собрался. Полста с хвостиком тысяч километров пробега и меньше пяти лет от роду для подобной машины - детский возраст. Это при условии, что спидометр на второй круг не пошел.

Лично я в полсотни верю: сиденья не обтрепались, резинки на педалях практически не вытерлись, руль как новый. Нефиг думать, хороший-годный приз взяли.

Пока Руди мучается с радиатором, не спеша скидываю верхние крепления амортизаторов. Затем, припахав себе в помощь победившего-таки радиатор немца, пытаюсь завести под "Фольксваген" траверсы.

– Руди, а нафига тут эти железяки? Это ведь штатные устройства бронемашины, для чего их использовали?

– При их помощи зенитку снимали с машины и оборудовали стационарную огневую точку, а броня отходила в укрытие, - немца аж распирает от возможности поучить унтерменша.

– Хм, интересная задумка. Давай, показывай, что ты там наковырял под капотом...

Установить траверсы с первой попытки не получилось. И со второй не получилось. Мешали трубы и "банки" выхлопной системы "Фольксвагена".

Можно было, по-простому, вырвать их с мясом или тупо забить на них. Но внезапно проснувшийся в Руди "матерый хозяйственник" не мог смириться с таким кощунством.

– Русский, да ты перегрелся в кабине. Они ведь почти новые, двадцать экю наверняка возьмем, если повезет, то и двадцать пять.

Пришлось зацепить несчастный "Фольксваген" за подвеску, приподнять лебедкой одну сторону градусов до шестидесяти. И, вооружившись пневмо-УШМ, нырять под легковушку и пытаться отрезать все, что отрежется.

Остроты ощущений добавляло отсутствие на бронемашине ручного тормоза. Возможно, в юные годы броневичка он и был, но ближе к пенсии по каким-то причинам отсутствовал. И подсунуть под колеса у запасливых немцев нечего, курортники блин. Будет свободная минута, первым делом башмаки под колеса сделаю.

– Руди, ползи в кабину, прижми тормоз к полу и не вздумай отпустить.

Перекрестившись, ныряю под днище раскачивающегося на тросах "Фольксвагена". И вдыхая полной грудью едкий, солярочный выхлоп, с мыслями о своих восьми процентах, расчленяю трубу резонатора.

Озверев от циркового выступления в газовой камере, окончательно прихожу к мысли, что ломать, так ломать, без полумер и компромиссов.

– А-а-а-а-а...! Держите меня семеро.

Ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж! Надрывается УШМка и немец оттаскивает в сторону срезанную с петель дверь. Ж-ж-ж-ж! А-а-а-а-а-аб..!

– Шайзе!
– Руди обжигает пальцы о свежий срез.

Ничего, в его возрасте это крайне полезно, радикально меняет геометрию организма, и руки начинают расти откуда надо.