За краем поля

– Что за херня?
– возмущённо воскликнул Стасий, обнаружив свою любовь и гордость на грязном полу с прикреплёнными в придачу криво заткнутыми бочонками.

– Тихо! Или ты хочешь, чтобы нас здесь нашли? Не знаю, как ты, но мне взгляд этой сушеной воблы сегодня совершенно не понравился. С таким видом у нас дипломы Жуковский принимал. Будто уже разделал, заспиртовал и расставил на полках.

– Так какого демона ты сюда попёрся?
– недовольно проворчал Валент, поглощённый высвобождением своей красавицы из оков низкого плебейства и жестокой эксплуатации.
– Прятался бы лучше в подвале. Там тебя точно никто искать не будет.

– Ты дебил?
– устало уточнил Ломахов и девушки за брезентом с ним дружно согласились.
– А от ищеек ты тоже в подвале прятаться будешь или, может от кабачника? Да когда они с этим пожаром разберутся, к нам в первую очередь потащатся за компенсацией. Лично я в этом участвовать не намерен. Лучше пусть ты меня, типо, выгуливаешь по окрестностям. Авось, и дожидаться не станут. Ну, что ты копаешься? Давай быстрее! Я, кажется, слышал рядом шаги.

Ломахов нервно прошёлся до стойки с мётлами, пошарил по полу, тихо ругнулся и, заметив угол знакомой ручки, радостно бросился к свёртку брезента.

Определённо, у Яританны Чаронит было много хороших рефлексов, рефлексов полезных, не раз выручавших её в критических ситуациях. Хватательный не был из их числа. Лишь почувствовав, как кто-то коснулся прихваченной в спешке метлы, она сильнее сжала пальцы на рукоятке.

Хозяин сопротивлением был явно озадачен. Он дёрнул на себя не поддающийся артефакт один раз, другой, но, казалось, тот лишь крепче застревал в ворохе ткани.

– Да что это за ...!
– разозлился Равелий и, упершись ногой в стенку, дёрнул на себя со всей силы, рискуя и вовсе разломать метлу.

– У-а-ай!
– взвизгнула духовник, вздёрнутая мощным рывком из своего укрытия, как дикая мандрагора бабкой-огородницей.

– А-а-а, - заорала травница, сползая на пол от прилетевшей в лоб чародейской пятки.

– Бля-а-а-а, - прохрипел Стасий, корчась на полу под весом далеко не хрупкого одногруппника и в меру упитанной девицы.

– Ага!
– победоносно вскричала Эльфира, распахивая двери ступницы.

Её вопль, полный торжества и чуть скрытого злорадства, вполне мог стать последним, что услышит перед смертью цвет княжеского чародейства. Во всяком случае, если судить по тому, как побледнела Яританна, сжалась Алеандр и схватился за сердце Равелий. Стасий на явление родительницы отреагировать не успел ввиду своей незаурядной позы потоптанного половичка. Невысокая женщина с растрёпанной чуть сбившейся на бок курчавой шевелюрой, хранившим следы подушки сонным лицом и коротеньким халатом, чуть прикрывавшим дородную фигуру, смотрелась сейчас действительно устрашающе. Цепкий взгляд пытливо прошёлся по застигнутым на месте преступления молодым людям и чуть потеплел. Потенциальная тёща положительно оценила сидящую в ногах столичного чародея дочку, в особенности распущенные волосы и сползший с плеча ворот игривого платья. Но позже она обратила внимание на распластавшегося на полу сына и валявшуюся поперёк его спины блондинку, и взгляд её снова посуровел.

– Что здесь происходит, молодые люди!?!
– строго спросила боевая дамочка, упирая в бока пухлые кулачки и очень грозно хмурясь.

Пускай конкретной угрозы в адрес нелегалов никто не озвучивал, чародеи прекрасно поняли, что запахло жареным. Стасий громко сглотнул и безвольно обмяк, мимикрируя под местность. Первой, как ни странно, пришла в себя духовник. Возможно, сказалось отсутствие родственных связей, позволяющее меньше трепетать перед грозной в своём негодовании женщиной. Возможно, авторитет собственной матери был настолько высок, что по сравнению с её недовольством всякое другой казалось менее опасным и значительным. А может, она просто достаточно удачно приземлилась, чтобы инстинкт самосохранения на миг притупился.

– Эльфира Риктововна, как вы нас напугали! Не надо же появляться так неожиданно!
– с убийственной по своему идиотизму оптимистичностью проговорила она, поднимаясь на ноги и незаметно пытаясь отряхнуться.
– Мы уж решили, что это бандиты какие или толпа угробьцев.

Равелий и Эл поддержали парламентёршу широкими, насквозь фальшивыми улыбками, смотрящимися в сложившейся ситуации впрочем, очень органично. Травница при этом ещё и пыталась сильнее натянуть на загипсованную руку широкий рукав платья.

– Не говори ерунды, - фыркнула женщина, но подозрительно быстро проскользнула внутрь помещения и затворила за собой двери.

– Ну, правда же!
– попыталась состроить невинное лицо Танка, пусть в её исполнении это и выглядело слегка пугающе.
– Мы тут вещи собирали, никого не трогали, и вдруг как заорут... Я едва к своим клиентам не отправилась, честно-честно. Представляю, как бы удивился Воронцов, если бы ему в отчёте написали: "задание не выполнено по причине преждевременной смерти подмастерья"!

Алеандр пару раз нервно хохотнула, укрываясь за ногой молодого чародея, тот же от упоминания грозного наставника и вовсе заметно побледнел. Имя Воронцова не произвело впечатления разве что на саму Эльфиру, знавшую бывшего чернокнижника только понаслышке. Видя отсутствие должного эффекта, Яританна попыталась сменить тактику:

– Вот Эл и предложила заодно ещё и к знакомым её заехать, гостинцев передать. Речка там, говорит потрясающая, берега там обрывы, закаты... Ну, вы меня понимаете?

Эльфира её поняла. Эльфира прекрасно её поняла и перспективы оценила, особенно в рамках совместных закатов, романтических прогулок и экстремального путешествия, сближавшего ничуть не хуже весёлой попойки. Шаг был определённо хорош и открывал перед её дочерью много радужных картин. Единственное, что совершенно не вписывалось в этот вернисаж, это одна блондинистая особа. Жаль, отослать её куда-нибудь под благовидным предлогом не было возможности.

– А парни вызвались вас проводить?
– дама пытливо глянула на столичного гостя, и тому ничего не оставалось, как только согласно покивать.
– Вот и правильно. А то на этих дорогах так опасно! Не дело благовоспитанным девушкам в одиночку бродить без присмотра. Вы уж проследите, чтобы девочки добрались в целости и сохранности.

Вряд ли в княжестве Словонищи нашёлся бы человек, который после таких заверений рискнул бы подвергнуть подмастерьев хоть какой-то опасности. Приободрившаяся Эльфира радостно тряхнула головой:

– Так, молодёжь, давайте живенько по мётлам и летите развлекаться, пока эта змеюка не заметила. Доча, садись к Равелию. Думаю, он с радостью подвезёт тебя на своей метле, а...

Здесь наметился конфуз. При чём, по выражению лица госпожи Валент, он тянул на экзистенциальный кризис среднего пошиба: человек было четверо, а мётел всего две. И вроде бы, на первый взгляд, проблем не было. Стандартная метла запросто могла увести двух-трёх человек средней комплекции и всё же....

Романтику совместных полётов на гоночных мётлах осознавал любой житель княжества. Молодые люди сидят рядом, тесно прижавшись, порой, откровеннее, чем при любых объятьях, трутся бёдрами, а на особо лихих виражах цепляются друг за друга, нервно хватая воздух. Эльфира уже представила, как мило будет выглядеть её девочка в объятьях родовитого чародея, особенно, когда ветер подхватит медные пряди, а девичья грудь прижмётся крепче. Да против такого ни один мужчина не устоит! Ни один, в этом-то и заключалась проблема: Стасий тоже, по досадному недоразумению, был мужчиной. Яританна, конечно, хорошая девочка: прилежно учится, вином не увлекается, да и обилием кавалеров не знаменита - вот только в образ идеальной невестки для Эльфиры Валент не вписывалась. Слишком самолюбива и заносчива, плохо поддаётся воспитанию, совершенно не разбирается в полезной пище, мамаша у неё просто несносная, профессия бесперспективная, да и в целом семейка откровенно нищая. Последний аргумент был решающим, но госпожа Валент, взращённая на великих идеалах и тотальном либерализме, скорее удавилась бы, чем призналась в этом. Поэтому кандидатура, представленная молодой чародейкой, вполне подходила на роль подружки дочери, но ни под каким видом не могла рассматриваться, как невеста сына. Стасий, может, и был ленив, не амбициозен и простоват, но явно заслуживал более достойной девицы!