Забытое время

– Вы… Ты так говоришь, как будто вечности не будет, - осторожно спросила я, не совсем понимая мужчину.

– У меня не будет. Как я уже сказал у дверей, я был когда-то бессмертным, но теперь наказан, и живу как простой человек.

– Вы… Ты что, убил кого-то из нас?
– нерешительно спросила я, с трудом заставляя себя тыкать мужчине в возрасте.

– Да. Ты слышала мою историю, но просто забыла. Я убил бессмертную женщину.

Эта новость насторожила, и я напряглась. “А вдруг он свихнулся? Может, сейчас ездит по свету и убивает других бессмертных? Типа, я не буду жить вечно, так и вы умрите”, - пронеслось в голове, и я покосилась на ножи, стоящие в подставке, прикидывая - успею или нет защититься, если он бросится на меня. А мужчина, проследив мой взгляд, тяжело вздохнул и сказал:

– Рима, тебе нечего бояться. Я убил лишь одну женщину и сделал это потому, что она убила мою любимую.

– Бессмертная женщина убила другую бессмертную?
– прищурившись, спросила я.
– А вы потом убили её?

– Да, давай расскажу тебе свою небольшую историю, чтобы ты не боялась меня, - предложил он и, когда я кивнула, произнёс: - Не знаю, говорили тебе парни, что женщин среди нас меньше?

– Да, говорили.

– Так вот, я имел несчастье полюбить ту, у которой уже имелась пара. Её звали Кассандра. Лучшей женщины, чем она, я никогда не встречал. Но, к сожалению, её сердце было занято. Она жила с бессмертным по имени Джинид. Я не одно столетие лишь издалека наблюдал за ними и даже ни на что не надеялся. Скажу даже больше, я жил с другой бессмертной, которая любила меня. Её звали Абисида. Но однажды, во время очередной встречи с тобой, у меня появилась надежда. Дело в том, что ты бросила Гектора и ушла к Давиду, и я подумал, что возможно тоже смогу отвоевать Кассандру…

– Что я сделала? Ушла от Гектора к Давиду?
– ошеломлённо спросила я.

“Господи, ну конечно! Ведь теперь всё складывается! Вот почему парни постоянно делали выпады в сторону друг друга, когда рассказывали о моём парне Оттоне! Они же про себя рассказывали! Вот я дура! И теперь понятно, откуда у Давида фотографии и картины! И ясно, почему снился тот сон с парнями! Вот сволочи, врали мне!” - внутри начала подниматься волна возмущения. А Люций с сожалением спросил, видя выражение моего лица:

– Что, они тебе не рассказали правды?

– Я жила когда-нибудь с парнем по имени Оттон?
– сухо спросила я.

– Нет. Такого точно среди бессмертных не было…

– Тогда они всё наврали… Блин, ну я им покажу и Оттона, и Шматона, и прочих, - процедила я.

– Парни всё не сдаются, - задумчиво произнёс Люций.
– Но я их понимаю. Сам когда-то на многое был готов, чтобы Кассандра жила со мной.

– Так что там с вашей девушкой?
– поинтересовалась я.
– Хочу дослушать вашу историю, а потом уже поговорить о моей. Как я понимаю, правду я узнаю только от вас.

– Скажу даже больше, я твой запасной план на случай, если Давид и Гектор снова тебя найдут. Хорошо, что я хоть не опоздал. Ты просила меня раз в полгода интересоваться твоей судьбой и, если они появятся, рассказать всё. Собственно, поэтому я и здесь. Частный детектив, нанятый мной, предоставил фото, где ты с парнями возле университета, - сказал Люций.
– Но об этом расскажу чуть позже. Так вот, однажды встретив тебя и поняв, что ты уже с Давидом, я подумал, что и у меня есть шанс завоевать расположение Кассандры. И естественно, я бросил Абисиду. Первые двести лет она ещё спокойно надеялась, что я вернусь к ней. А потом начала действовать. Чего она только не делала… даже вспоминать не хочу… Но суть не в этом, а в том, что однажды она всё же осознала, что я не вернусь к ней и, наверное, из-за этого потеряла смысл жизни и пошла на крайние меры. Она убила Кассандру. Уж не знаю, что она хотела этим показать. Может, надеялась, что потеряв Кассандру, я вернусь и проживу хоть какой-то период времени с ней, пока она не умрёт, а может просто хотела отомстить и сделать меня таким же несчастным, как она. В общем, Кассандра поплатилась жизнью за мою любовь. А я, потеряв любимую, жаждал только одного - мести, и поэтому убил Абисиду. Вот так я и потерял своё бессмертие. Но я не сожалею о нём. Не хочу провести вечность, вспоминаю ту, которую больше никогда не увижу.

– Как печально… Мне жаль, что так вышло, - с сожалением произнесла я, а потом всё же добавила: - А что, надежды, что ты сможешь полюбить другую, не было? Может, не стоило так радикально действовать и убивать Абисиду? Возможно, ты смог бы снова кого-нибудь полюбить…

– Далила… Можно тебя так называть? Я привык к этому имени, - он вопросительно посмотрел на меня.

– Да. Как ни странно, но на это имя я реагирую как на настоящее. Нет ощущения, что обращаются не ко мне, - ответила я.

– Наверное, это из-за того, что я, не будучи в состоянии определить приблизительный возраст младенцев, побоялся глубоко с тобой заныривать, и не все воспоминания из подсознания стёрлись…

– Заныривать со мной?
– переспросила я.

– Да. Парни тебе рассказали, как происходит погружение?

– Ну да, в общих чертах. Типа, если хочешь помолодеть, необходимо нырять. Чем глубже это делаешь, тем младше становишься.

– Верно, но ты проходила полное погружение, и такое делают лишь с помощниками. Ведь ты возвращалась в совсем маленький возраст и самостоятельно бы не выплыла, став, например, годовалым ребёнком или младенцем, - пояснил мой гость.
– Поэтому мы погружались с тобой вдвоём. Я сначала нырнул с тобой, а затем и вытащил. Как потом оказалась, ты стала шестимесячным младенцем. Но, как уже сказал, я определить этого не мог и боялся, что ты растворишься…

– Как это - растворюсь?
– испуганно спросила я.

– В таких озёрах мы не тонем, а растворяемся, если перешагиваем момент условного появления на свет. Просто исчезаем, как будто и не рождались. Кстати, так поступил Джинид, когда Кассандру убили. Он нырнул и больше никогда не вынырнул.

– Кошмар, - пробормотала я, для себя отмечая, что в будущем необходимо быть осторожной при погружениях.

– Да, страшновато такое проводить, - согласился Люций.
– Я решился на это только потому, что сам уже не мог помолодеть. Иначе тоже стал бы при погружении младенцем и не смог вытащить тебя… Интересно, а твои парни догадались, что это я помогал тебе и уже смертен? Представляю, как они ломали голову. Ведь на фотографиях с твоей семьёй я в сорокалетнем возрасте уже. А по идее, должен был сам стать ребёнком, потому что Давид знал, что я в конце семидесятых погружался. Но не знал, что спустя пять лет я убил Абисиду и перестал молодеть.

– Не знаю… Они вообще не сказали, что знают тебя, а лишь зло и обескуражено переглядывались.

– Думаю, всё же догадались и сейчас роют землю, чтобы найти меня и изолировать от тебя, таким образом пытаясь скрыть правду.

– Я им скрою! Так скрою, что мало не покажется, - угрожающе процедила я, начав придумывать месть для парней.

– Не суди их слишком строго и не наказывай, - добродушно попросил Люций.
– Любят они тебя, вот и пытаются снова завоевать. И это же, кстати, ответ на твой предыдущий вопрос о моих радикальных действиях. Если мы влюбляемся, то это навсегда… Хотя, ты немного пошатнула мою веру в этот постулат. Ты в разное время любила обоих. Не знаю, почему так… Может, потому что ты женщина, и возможно так было изначально задумано, что вы можете открыть своё сердце не одному мужчине, ведь вас меньше, чем нас. И случись что-нибудь с любимым мужчиной, вы должны были остаться жить…

– А возможно и потому, что разные мужчины могут дать разные эмоции, - ответила я, вспомнив свой сон с парнями. “Я точно их любила, но эта любовь отличалась. С Гектором это была любовь сквозь призму боли, а с Давидом любовь-свобода”.

– Вероятно и такое, - согласился Люций.
– Но я точно знаю, что никогда больше не полюблю, поэтому и не жалею о потерянном бессмертии.

– Подожди, а остальные бессмертные мужчины? Они когда-нибудь меняли партнёрш?
– с любопытством спросила я.

– Нет, никогда. Пары складывались на всю жизнь… Хотя, опять же, если женщина теряла партнёра, то большая часть из них составляла потом пары со свободными бессмертными мужчинами… Хм, я только что подтвердил свою же теорию о вашей способности любить не одного мужчину, - Люций улыбнулся, но мне как раз было не до смеха.

– То есть, если я выберу кого-то одного из парней, второй будет всю жизнь несчастен?
– мрачно предположила я.

– Извини, но да. Нет, он, конечно, сможет жить с другими женщинами, но любить будет только тебя, - он кивнул, а потом на лице промелькнуло удивление, и Люций добавил: - Хм, мне только что в голову пришла одна идея - а может, все бессмертные как-то связаны парами или по три? Вот смотри - тебя любят и Гектор, и Давид. А мы с Джинидом любили Кассандру. И я, как минимум, знал ещё две пары, где бессмертную женщину любили два мужчины. Правда, там всё решилось само собой. Оба свободных бессмертных погибли в воинах, и сложившиеся пары никто не разбивал.