Забытый сон

– Молодой человек, – с упреком произнесла Инна Марковна, – мы никогда не унижаем достоинство наших работников. Зачем нужно мучить и дергать его по пустякам? Мы сказали, что к нам придут гости, и этого было вполне достаточно. Дежурный знал, что всех, кто шел в этот вечер к нам, нужно пропускать. И никаких лишних звонков мы не заставляли его делать. Это неумно и некрасиво. И по отношению к нашим гостям тоже.

– Безусловно, – весело согласился Дронго. Инна Марковна ему нравилась, несмотря на всю ее суровость. Такая колоритная сволочная старуха с суровыми принципами. – А утром вы ничего не слышали?

– Мы не слушаем, что происходит у наших соседей. И никогда не слушали. Потом мы узнали, что там нашли повесившегося сына нашего бывшего соседа, которого мы никогда не знали и никогда не видели. Но это было не наше дело, хотя следователь приходил к нам и беседовал со мной и моим супругом.

– О чем?

– Спрашивал, что мы слышали в то утро. Но мой муж был утром на работе и ничего не мог слышать. А я спала после приема и тоже ничего не слышала. Я даже кухарке и домохозяйке сказала, чтобы они пришли попозже, часам к двенадцати, чтобы я могла выспаться.

– Больше никого у вас не было?

– Никого. У моего сына тогда была другая квартира. И сейчас есть. Хотя эта квартира тоже достанется ему после моей смерти.

– Не дай бог, – немного лицемерно проговорил Дронго. – Постучите по дереву.

– А я и не собираюсь умирать, – заявила Инна Марковна, – и от того, постучите вы по дереву или по другому месту, ничего не изменится. Все решает Бог и я сама. А больше никто. Но иногда, к сожалению, за вас решают очень непорядочные люди. Так было и с моим супругом. Они решили за него и за Бога. Я уверена, что Богу не нравится, когда кто-то присваивает его полномочия, и он строго наказывает таких нарушителей.

– И здесь я тоже с вами абсолютно согласен, – кивнул Дронго.

Она нахмурилась.

– Вы надо мной смеетесь?

– Нет, – ответил он, – я вами восхищаюсь.

– У вас есть еще вопросы? – строго поинтересовалась Инна Марковна.

– Никаких, – он поднялся, – я хочу вас поблагодарить. И пожелать вам здоровья.

Фешукова поднялась следом.

– А почему она у меня ничего не спрашивала? – полюбопытствовала Инна Марковна.

– Ее полностью устраивали ваши обстоятельные ответы, – Дронго с трудом сдержал улыбку.

– Не знаю, – нахмурилась хозяйка, – мне все-таки кажется, что вы не были достаточно серьезны. До свидания, господин с кличкой. Что означает это слово, которое вы мне сказали?

– Птицу. Она умеет имитировать голоса других птиц и обладает редким бесстрашием.

– Понятно. До свидания, господин с птичьей кличкой. Прощайте.

Они вышли из комнаты, взяли у молчаливой прислуги свою верхнюю одежду, вышли за дверь, и только тут Дронго расхохотался. Татьяна засмеялась вместе с ним.

– Какая стервозная баба! – с восхищением произнесла она. – Вот встретишь такую и начинаешь жалеть ее невестку.

– Или ее врача, – напомнил Дронго. – Но какая колоритная тетка! Идемте быстрее, мне нужно сделать несколько срочных звонков.

– Жаль, что мы ничего так и не нашли, – вздохнула Татьяна, когда они спускались по лестнице.

– Я другого мнения, – вдруг возразил Дронго. – Если я правильно расставляю факты, то уже завтра я буду знать, что случилось с Армандом Краулинем в то роковое утро.

Фешукова изумленно взглянула на него, но ничего больше не спросила.

Глава 19

Они пообедали в «Гуттенберге». Дронго так понравился этот небольшой ресторан, что он готов был появиться здесь еще и еще. Затем он отвез Татьяну в издательство и вернулся в отель. На часах было около пяти. Достав мобильный телефон, Дронго вышел в коридор и набрал номер Лагадиньша.

– Я жду вашего звонка со вчерашнего дня, – сразу сказал Август Карлович. – Как вы съездили в Вентспилс?

– Очень хорошо. И спасибо вашим сотрудникам Ояру и Сергею. Они меня вчера просто выручили. И отдельное спасибо за машину, которую вы мне дали.

– Что-нибудь узнали?

– Есть некоторые факты. Но мне понадобится ваша помощь. Причем мне нужно получить ответы на мои вопросы до завтрашнего утра.

– Вопросы сложные? – спросил Лагадиньш. – Что я должен сделать?

– Не очень сложные. И их только два. Один касается офицеров полиции, получивших приказ дежурить у дома, а второй более специфический, но тоже не сложный. Ответ на него можно получить достаточно быстро, если у вас есть связи.

– Задайте ваши два вопроса, – попросил Лагадиньш, – и я отвечу, как быстро мы сможем получить на них ответы.

Дронго понял, что наступил момент истины. Если он верит Лагадиньшу, то должен задать свои вопросы и дождаться ответа. Если не верит, то не стоит и говорить на эту тему. При этом, если Лагадиньш не тот, за кого он себя выдает, то уже сегодня ночью здесь будут непрошеные гости. Уже сегодня ночью.

– Я вас слушаю, – терпеливо произнес Август Карлович.

«Нужно решаться. Ведь я сам ему позвонил, – подумал Дронго. – И вчера ездил в Вентспилс на его автомобиле, с его сотрудниками. А если это грандиозная провокация? Если мне хотели всучить оружие для того, чтобы потом арестовать? Почему я должен верить неизвестному человеку? И какой разведчик будет раскрывать себя спустя столько лет? Хотя, с другой стороны, Советского Союза уже давно нет и разведчик не обязан оставаться офицером несуществующей страны на протяжении пятнадцати лет. Что делать?»

– Алло, почему вы молчите? – подтолкнул его Лагадиньш.

Придется на сегодня переехать в другой номер. Нельзя так рисковать. И даже не собой, а Марианной Делчевой, которая наверняка приедет к нему на ночь. Он должен решиться, у него нет другого выхода.

– У меня только два вопроса, – наконец повторил Дронго. И задал их.

На другом конце провода долго молчали. Затем Лагадиньш не совсем уверенно, что было на него не очень похоже, спросил:

– Это все ваши вопросы?

– Только эти, – подтвердил Дронго.

– И все?

– Все.

– Я не совсем вас понимаю, – признался Лагадиньш. – Насколько я знаю, у вас безупречная репутация настоящего профессионала. Что вам дают ответы на эти вопросы? Мы ничего конкретного не узнаем. Может, мое агентство поможет вам чем-то другим?

– Нет, – отрезал Дронго, – все остальное – это только мои проблемы. Мне нужно срочно получить ответы на эти два мои вопроса.

– Я распоряжусь немедленно, – согласился Лагадиньш. И затем добавил: – А почему вы не взяли оружие? Не хотите мне доверять?