Заклятье Древних

Крыша трещала, снова падали балки, усыпая все вокруг. Видя, что он натворил, парень практически сошел с ума. Упав бессильно, отчаявшийся начал стучать по обломкам, при этом его крик напоминал раздирающий душу вопль. Дом практически стал склепом и для него самого, но вот возник внезапный свет…

***

– Что с ним, черт побери?! – насупился широкоплечий чернобородый воин, смотря в сторону тощего паренька, тот все время во сне дергался и кричал что-то нечленораздельное.

– Наверное, кошмары, – спокойно ответил капитан Седрик. – Каждому из нас есть чего бояться, Иво.

– Иногда страхи можно превратить в ярость, – буркнул тот, поправляя двуручный меч. – Ненавижу магию! Все эти сраные колдуны ничего не представляют собой, стоит только покрепче ухватить их за яйца.

– Маги тоже разные бывают. Мне как-то довелось сражаться против одного. И вот что я скажу, друг мой, – он положил ему руку на плечо, – их лучше не недооценивать! Они смертельно опасны, особенно, когда злы. Но сейчас их мало, – продолжал повествовать сухой жилистый вояка. – Ты не заметил, магов становится все меньше. Еще буквально лет тридцать назад в это бы никто не поверил, а сейчас вон оно как. Если б не та война с Падшим королем, быть может, мир был бы другим.

– Мне плевать на этот мир! На королей и их злато! Было б че пожрать, да потрахаться. И еще не откажусь от доброй драки. О-хо-хо. Мне ни к чему замки и слуги. Мне этого не нужно. Дорога и странствия – вот мое призвание. Здесь в пути я чувствую себя по-настоящему свободным. Взгляни на эту равнину, ветер гуляет, где хочет, чувствуешь это? Чувствуешь жизнь настоящего мира? Это лучшее, что может быть в жизни.

– Это и видно, но не каждый сможет жить жизнью кочевника, – слегка улыбнулся Седрик. – Я стар и еще пару десятков лет и от меня ничего не останется. Буду старой развалиной. В своей жизни я многое повидал, но под старость хочется все же спокойствия и умиротворения.

– По мне лучшая старость – это дорога и путешествия.

– Ты еще молод. У меня же годы берут свое. Пыл постепенно уменьшается, а болезни прибавляются. Седрик старался говорить не слишком громко, чтобы не разбудить товарищей.

Лишь ночной ветер подхватывал его слова и нес дальше за море, в далекие песчаные дюны и огромные карьеры, в страну жаркую и палящую. В дикие бесплодные земли.

– Снова не умолкает! – оскалился Иво, глядя на тощего паренька. – Не могут так постоянно сниться кошмары!

– Могут. Порой кошмары убивают, – не согласился с ним капитан. – Скоро рассвет. Чтобы тебя не отягощали его крики и всхлипы, иди-ка принеси дров лучше. Скоро проснется наш лекарь Вилли. Будет делать специальный настой для его благородия. Нужен будет огонь. Ступай.

Как только чернобород скрылся за кустами, Седрик молнией подлетел к пареньку. Аккуратно взяв того за плечо, старик слегка потряс.

– Вставай, парень. Ты слишком громко кричишь, – почти шепотом говорил тот. – Ну же, поднимайся.

Ларри вскочил, словно угорелый. Его глаза были черны, как уходящая ночь. Капитан, чувствуя неладное, резко перевернул юношу на спину. Вся спина мага оказалась похожа на решето, точнее, одежда, которую тот носил.

– Тебе снились кошмары? Ты громко кричал! Твоя спина… Что произошло, парень? – спрашивал капитан, пристально рассматривая порванную одежду. Находясь с магом рядом, ему было не по себе. Пусть даже это был всего лишь мальчишка, тощий и больной на вид.

– Ничего! – резко ответил юноша, вскакивая. Он быстро начал удаляться вглубь леса. Почти исчезнув, парень сухо окликнул капитана: – Скоро буду.

– Странно все это, – почти шепотом проговорил капитан.

Осматриваясь вокруг, он видел впереди широкую равнину, а дальше широкую степь. Позади них располагался густой лес. Еще даже не начало светать. Черные тучи плотно застилали небо. Не было ни малейшего проблеска. Караулить нужно было до рассвета. Укутавшись в легкий плащ, Седрик вздрогнул от внезапного порыва ветра.

С наступлением утра, лагерь ожил; спутники готовились в путь.

– И все-таки мне ужасно любопытно, – не унимался Шорт, – как ты смог двух птиц убить одним выстрелом Рубб? Не скажешь, что у тебя особое оружие. Хотя, я в этом особо не понимаю.

– Годы практики, малыш, – усмехнулся по-доброму лучник. – А если честно, просто повезло. Степные рябчики обычно не летают так близко друг с другом.

– Летают, не летают – плевать! – заключил Вилли.

Лекарь и хороший стряпник уже с энтузиазмом разделывал тушки. – Из них будет чудесная похлебка, вот бы еще таких парочку, и вы все сегодня были б с полными животами.

– По возможности, Вилли, – прогремел барон, усаживаясь рядом у костра, он осторожно перенёс вес на изувеченную ногу, стараясь подавить боль. – Довольствуемся тем, что имеем. И тогда не придется лишний раз разочаровываться.

– Это точно, да, братец? – Аккар здоровенной ручищей слегка похлопал по спине лучника. – Мы братья Борро в этом убеждались и не раз. Помнится, были мы как-то на дальнем севере. Среди толстых ледников и вечной мерзлоты, сопровождали караван. И был там один чудак, как он там себя называл? Помнишь, брат? – Аккар расплывался в улыбке. – Вспомнил… копатель, так-то! Искали они там, стало быть, золотые рудники. Хотели к своим ручкам прикарманить целое состояние, а вышло все совсем не так. При входе в грот на группу напало гигантское ракообразное. С громадными клешнями. Как вспомню, сразу теряю аппетит, – он довольно небрежно бросил ложку.

– И как же вы уцелели? – не без интереса спросил Иво, потряхивая своей густой бородой, хищно скалясь.

– Бегством, разумеется! Никакие деньги не стоят целой жизни! К нашему счастью, чудовище было занято другими авантюристами.

– А если нас застигнут врасплох, – не удержался Шорт. – Тоже сделаете ноги?

– Эх, парень, – улыбнулся барон. – Когда ты находишься между жизнью и смертью, все перестает быть важным! И геройство и трусос… отступление. Посмотри на меня. Я офицер боевых действий, в битве был очень горяч и не задумывался о последствиях. Не жалел ни своих, подгоняя их, ни чужих – убивая их. А итог, – он выждал эффектную паузу и резко пошевелил больной ногой, – старый, никому не нужный калека. И что же дало мне бахвальное геройство?! Правильно, ничего, кроме драного клочка земли и полуразрушенной хижины.

– Бросай в котел овощи и соли не забудь, чего застыл? – прикрикнул на Шорта Вилли. – Скоро вы все узрите и ощутите мой самый лучший шедевр. Клянусь Великим, вы никогда не пробовали это.

– Надеюсь, это не отравит мой желудок, – голос принадлежал недавно прибывшему в группу. Все посмотрели на дальний, темный угол повозки.

– Может, вы нам еще чего наколдуете, уважаемый, – огрызнулся Вилли. – К примеру, заморских блюд или же мешок золотых дублонов? Нет… Тогда заткнись и жри, что дают!