Заложник

Он ухмыляется.
– Я становлюсь сильнее каждый день. Когда ты вернешься назад, возможно я полностью восстановлюсь.

– Ты пожалуй, размечтался.

Он готовится, как я думаю, к шутливому удару, но вместо этого обнимает меня.

– Будь осторожен, - говорит он.
– Близнецы мы или нет, ты все равно мой младший брат, и я не знаю, что будет со мной, если с тобой что-то случится.

– Хорошо. Я знаю, потому что это уже происходило с тобой. Когда тебя похитили, когда ты недели лежал без сознания в этой больнице.

Мы отпускаем друг друга, и он смеется.
– Окей, окей. Ты победил. Ты прошел через ад ради меня. Пожалуйста, не пытайся взять реванш.

Я оставляю Блейна с его терапией и иду назад в сою комнату. Собственно, хочу пораньше лечь, чтобы быть отдохнувшим завтра, но мой отец ждет меня, облокотившись руками на комод.

– Ты должен знать, что я горжусь тобой, - объясняет он.
– И мне жаль, что в последние дни, я не особенно поддерживал тебя. Это просто потому, что не хочу потерять тебя во второй раз.

Я киваю. Это было понятно. Я никогда бы не подумал, что он бы со злым умыслом перебегал мне дорогу. Это было его способом находить соглашение с неизвестным будущим, которое быстро приближается.

– Там снаружи прислушивайся к внутреннему чувству, - говорит он.
– До сих пор оно спасало тебе жизнь.

– Буду, - я почти называю его Па, но он говорит спокойной ночи и покидает комнату, прежде чем я набираюсь мужества произнести это.

Этой ночью я сплю плохо. Во сне я пытаюсь привести Харви назад в Теам снова и снова, но он превращается в черного ворона и улетает в противоположном направлении. Наконец, я стреляю и попадаю в него, но когда он падает на землю, это больше не ворон, а Бри. Она не одета, свежеокрашенные коричневые волосы спутаны и запачканы кровью. Я несу ее на руках, и бегу без цели пока она не истекает кровью.

Когда просыпаюсь, еще слишком рано, но я слишком взвинчен, чтобы за-снуть снова. Потому вылезаю из кровати, надеваю форму Ордена и жду, что все начнется.

Часть 4 Диверсия

Глава 32

Нам понадобилось четыре дня, чтобы достигать границы города. Это странное чувство находиться на открытой местности. С момента моего прибытия я видел только малые окрестности горы Мученика, и передвижение через холмы, горы и долины заставляет меня чувствовать себя свободным. Харви слегка задерживает нас, так как не готов физически для этого путешествия, но он ни разу не пожаловался.

Я охочусь и расставляю ловушки, чтобы утром мы могли хорошо поесть. Харви сообщает мятежникам о каждом нашем шаге. У него маленькие наушник и микрофон, в который он постоянно шепчет. Бри злится из-за этого.

– Им не обязательно знать, что мы три минуты отдыхали, или что Грей отошел отлить, или я высказалась о цвете неба.

– Конечно, нет, - добавляет Харви.
– Но такие подробности играют роль, если на горизонте темные облака.

Утром, когда хорошо защищенная башня Теама появляется перед нами, мы последний раз останавливаемся на отдых. Молча, мы передаем, друг другу фляжку с водой и осматриваем город, которые возвышается перед нами. Попасть внутрь будет не сложно, а вот покинуть его снова с вакциной…

– Прежде чем мы расстанемся, нам нужно немного подготовить Харви, - говорит Бри.
– Он должен выглядит убедительным. Если бы он действительно был бы заложником, то выглядел бы гораздо хуже, чем грязь на лице и потная рубашка.

Я смотрю на Харви. Он так слаб и безвреден. Наверное, я не смог бы даже убедить себя, ударить его по щеке.

– Если так надо, - говорит Харви. Он даже улыбается.

Я качаю головой.

– Я не согласен.

Бри глубоко вздыхает, а затем встает, идет к Харви и бьет точным ударом в лицо, без предупреждения. Затем потирает кулак, пока Харви ощупывает свой кровоточащий нос.
– Больше, - настаивает он.

Бри вывихивает плечо.
– Вывихнутое плечо легко вправить назад.

С этими словами Бри берет сумку и перекидывает через плечо.
– Я жду вас на другой стороне, мальчики. Удачи.

Она целует меня в щеку и убегает. Она хочет использовать внимание, которое произведем Харви и я, чтобы добраться до города на троллейбусе. Я смотрю ей вслед и подношу руку к месту, где коснулись ее губы.

Мы начинаем наш путь к сверкающей башне. Харви идет передо мной и прижимает руку к груди, а моя винтовка направлена ему в спину. Когда мы приближаемся, я могу поклясться, что чувствую взгляд Франка. Где-то глубоко он сидит перед экраном и наблюдает, как самое ценное появляется из лесов.

Широкий, сверкающий барьер показывается перед нами, и мы входим в город.

Рядом с машиной, двери которой открыты, нас ждет Марко. С обеих сторон стоят другие члены ордена, оружие которых следуют за каждым нашим шагом, когда мы подходим ближе. Теперь я вижу, как Харви охватывает страх. Я тоже его чувствую.

– Не один ли из близнецов-Везерсби возвращается из мертвых. И с ним еще мистер Малдун, - замечает Марко. Он нагибается вперед и смотрит мне в глаза, рассматривая их цвет, прежде чем сказать.
– Хорошая работа. Блейн. Действительно очень хорошо.

Охрана скручивает нас и заставляет сесть в машину.

Кабинет Франка выглядит также как и в моих воспоминания: трудно-определимое оборудование выставленного на показ. Марко усаживает нас на стулья перед письменным столом, и мы ждем. Вскоре после этого двери открываются, но я не слышу шагов. Когда я оборачиваюсь, Франк стоит в дверях. Он рассматривает ногти на руках, щелкает пальцами и только после этого входит в помещение.

Он смотрит на нас, сначала на Харви, затем на меня и снова на Харви. В то время как он изучает нас, его пальцы стучат, но сегодня они выглядят не задумчиво, а угрожающе. Его пальцы бледные и костлявые, как высохшие ветки.

– Добро пожаловать домой, Блейн, - говорит, наконец, Франк. Его голос звучит так мягко как всегда. Он улыбается широкой, злобной улыбкой. Я ерзаю на своем стуле.

Франк кладет руку на мой подбородок и поворачивает в сторону. Пальцем растягивает бледный шрам на моей шее.
– Что произошло?

– Без понятия, - вру я.
– Мятежники пытали меня, чтобы выжать сведения из меня. Я потерял сознание, а проснулся уже с перевязкой на шее.

Франк подмигивает мне.
– Какое счастье, что ты жив. Мы опасались худшего.
– Он складывает руки на груди и ни словом, ни обмолвился о жучке, что был у меня под кожей.
– Как ты сбежал?

Франк улыбается белозубой улыбкой и мне становится дурно. Почему я не продумал больше запасных ответом на такие вопросы? я тяжело глотаю и надеюсь, что мой голос не дрожит.

– Я притворился, как будто разделяю их взгляды. Я вызвал сочувствие. Я находился под постоянным наблюдением, но когда появился случай, использовал его. При смене караула я атаковал моих стражей, взял Харви заложником и бежал назад пешком, - когда я называю имя Харви, указываю на него, он вздрагивает.

– Верно, Харви?
– спрашивает Франк.
– Все было именно так?