Западня

— Я думала, ты больше никогда не захочешь меня видеть после того, как я обошлась с тобой в «Плаза».

Мэриан хмыкнула.

— Должна признаться, я думала то же самое.

Они расположились на той самой полянке, где накануне Мадлен сидела с Энрико. Мэриан обрывала алые лепестки с незнакомого горного цветка.

— Прости меня за то, что я сделала.

— И ты меня прости. — Мэриан перевела взгляд на море, где на невысоких волнах колыхались яхты. — Ах, Мэдди, кто бы мог подумать, что мы с тобой окажемся здесь, на Сардинии. Далековато от Бристоля!

— Да.

— У меня такое ощущение, словно с тех пор прошли годы, а не восемь месяцев. Столько событий! Ты прославилась, да так, как и не мечтала. А я… даже не знаю, как сказать, чтобы не получилось нескромно, но я тоже кое-чего добилась. И тем не менее — как же я по тебе скучала!

— И я. Спасибо, что приехала.

— Молодец Энрико, что позвонил! Что ж ты сразу не обратилась ко мне? Бедняжка Мэдди!

— Теперь, когда ты рядом, все не так уж и страшно.

— Ну слава Богу.

Они долго молчали, но настал момент, когда Мэриан не могла больше оттягивать:

— Он хочет, чтобы ты вернулась.

— Ты с ним виделась?

— Нет. Мне сказала Дейдра, когда я заезжала за твоим паспортом.

— А Шамира? Он сказал, что…

— Шамира в Лос-Анджелесе. Говорят, у них с Полом состоялся крупный разговор. Дейдра уверена, что Шамира ничего не знала. Для нее это был точно такой же шок, как и для тебя.

Мадлен отвела взгляд в сторону.

— Значит, он сделал это для книги.

— Не знаю. Дейдра отдала мне ключи от твоего дома в Холланд-парк. Пол хочет, чтобы ты туда вернулась. А сам не появится, пока не позовешь.

— Это его дом, — монотонно произнесла Мадлен. — Пол перекупил его у меня.

— Он снова переписал дом на твое имя. Ты примешь подарок?

Мадлен пожала плечами.

— Мне больше некуда идти. Разве что… Мэриан, где ты живешь? Нельзя ли мне пожить с тобой?

— Увы. Мои обстоятельства на сегодняшний день немного запутаны. Сама не знаю, на каком я свете. Но, конечно, ни о чем другом я и не мечтаю…

— Перебирайся ко мне в Холланд-парк. Там три спальни. Пожалуйста, Мэриан!

— А Пол? Он хочет, чтобы вы снова были вместе.

Мадлен вздохнула и закрыла лицо руками.

— Ты все еще любишь его, Мэдди?

— Не знаю. Да, люблю, но… Что мне делать, Мэриан? Пожалуйста, переезжай ко мне!

— С удовольствием. Это все значительно упростит. Но я волнуюсь за тебя. Пол ждет ответа.

— Ну, это как-нибудь потом. Сейчас я хочу говорить о нас с тобой. Мне нужно…

Она запнулась. Мэриан подбодрила ее ласковым взглядом.

— Мне нужно кое в чем признаться. Может быть, ты меня даже и не простишь, и я пойму. Нет-нет, молчи и слушай. Дело в том, что, покидая вместе с Полом Бристоль, я украла у тебя кое-что еще.

— Правда? Там же нечего было красть. Кроме долгов.

— Да, но… Помнишь карточку футбольного тотализатора, из-за которой я наорала на тебя в Бродмиде?

— Неужели я выиграла?

— Да. Ты заполнила карточку на имя мисс М.Дикон, и я присвоила чек.

Мэриан разволновалась.

— Сколько же там было? Просто не верится! Какой мне достался приз — первый, второй или третий?

— Первый. Семьсот пятьдесят тысяч фунтов стерлингов.

Мадлен собрала все свое мужество, готовая перенести упреки, гнев, презрение. Мэриан молчала.

— Хуже того, я все уже истратила. Не осталось ни пенни.

Мэриан только моргала, переваривая новость. Наконец она открыла рот.

— Истратила? Три четверти миллиона? Сколько же времени тебе потребовалось?

— Пол говорит, около пяти месяцев.

— Так много? В мечтах мы расправлялись с подобной суммой за пять минут!

— Ты не сердишься?

— С какой стати? Конечно, если бы я узнала об этом, когда осталась одна в Бристоле с кучей неоплаченных счетов… Но это в прошлом. С тех пор мы обе кое-чего добились. В конце концов, это всего лишь деньги. — Она подмигнула. — Думаю, я оказалась бы проворнее.

— Мэриан, можно тебя обнять?

— Конечно, родная! Господи, какое счастье — снова быть вместе! Три четверти миллиона фунтов! Мадлен Дикон, что мне с тобой делать?

— Все что хочешь. Я заслужила.

После того как они разомкнули объятия, Мадлен сказала:

— В прошлый раз ты упомянула Мэтью Корнуолла. Прости, что я так к этому отнеслась, Мэриан. Как у вас обстоят дела? Он отвечает тебе взаимностью?

— Не знаю, Мэдди. Правда, не знаю.

— Ты мне расскажешь?

— Потом. Дома. Ты приготовишь какао, и мы просидим полночи за разговорами.

— Нет уж, на этот раз будем пить вино. Или — еще лучше — шампанское. Устроим праздник воссоединения семьи.

— Ловлю тебя на слове.

— А утром — надеюсь, похмелье будет не слишком тяжелым — махнем в Девон, к тете Селии. Мне нужно столько… В чем дело, Мэриан? Она не хочет меня видеть? — Слезы брызнули у Мадлен из глаз. — Что ж, я ее не виню. После того, что я сделала… Она написала мне письмо, а я не ответила. Мэриан, может, ты с ней поговоришь? Попроси ее простить меня.

— Ах, Мэдди! Так ты ничего не знаешь?

— Чего не знаю?

К сердцу Мадлен подступил страх. Мэриан взяла ее руки в свои.

— Мама умерла. Две недели назад, от сердечного приступа. Прости. Я думала, ты знаешь.

— Нет. Не-е-ет! Этого не может быть! Мэриан, скажи, что это неправда!

— Не могу, родная.

— Господи! Тетя Селия! — Мадлен захлебнулась слезами.

К тому времени, когда приехал врач, истерика кончилась, но он все-таки сделал успокаивающий укол и сказал Энрико, что Мадлен нужен покой.

— Если бы не ужасные события последних дней, возможно, она перенесла бы это с большим мужеством, — предположил Энрико, спускаясь вместе с Мэриан по лестнице.

— Примите мои соболезнования. Когда это случилось?