Завет

Около самолёта их ждал инквизитор Фалуди. В отличие от Регины, он не скрывал свои регалии и щедро обвешал ими мантию.

– Зачем ты притащила сюда Зассыху? – поинтересовался Виктор. – Он же нас до смерти бровями задвигает.

Чрезмерно активная мимика Фалуди бросалась в глаза даже на значительном расстоянии. Казалось, что его брови, лоб и щёки живут отдельной жизнью, двигаясь в постоянных противофазах. По слухам, от продолжительного общения с Фалуди можно было слегка тронуться.

– Если сможешь отшить его – буду благодарна.

– Ты просто мастер сваливать на других свои проблемы. Вся надежда на то, что Бог дарует мне терпение.

– Просто ты удачно под руку подвернулся. Так что страдай и не жалуйся.

Регина вовремя отошла, ловко избежав общения с Фалуди.

– К Рождеству готовишься, Михай? – спросил Виктор. – Если нет, то мишуры многовато.

– А ты всё веселишься, Нокс.

– Конечно, это единственная отдушина для висельника вроде меня. Подумать только – ты решил одолжить нам своих драгоценных нелегалов. Видимо, в аду немного похолодало.

– На что только ни пойдёшь ради общего блага.

– Ты хотел сказать – ради своего блага? – спросила Регина, выглянув из-за фургона.

Фалуди не ответил. Тогда Регина изобразила вселенскую скорбь и развела руками.

– Понимаете, у инквизитора Фалуди проблемы – дела повисли, карьера под угрозой… Не могу же я бросить своего коллегу в беде.

– Зато у тебя всё хорошо, раз решила поделиться.

– Баш на баш, Михай, – напомнила Регина. – Иначе вместо выслуги перед начальством получишь перевод в миграционный офис, где твою карьеру благополучно похоронят. Ты уже всех достал, так что делай выводы.

– Чтоб я ещё раз связался с тобой, Квантрейн… – пробурчал Фалуди.

– Я так понимаю, мы договорились?

– Да. Но если это очередная подстава…

– Всё честно, не переживай.

– Хотелось бы верить.

– Лучше верь, иначе твоими махинациями заинтересуется ОФАК[1]. Правда, в твоём случаем это будет ОллФак. Без предварительных ласк, ибо ты тратил демократические баксы на финансирование мутных схем.

– Ладно, уговорила… А с тем бойцом что случилось? – спросил Фалуди, тыча пальцем в Девятку.

К самолёту его несли Сицеро и Скарт, Каину достался рюкзак орка.

– Утомился, отдохнуть прилёг, – пояснил Виктор.

Бормоча проклятия, Фалуди пошёл к своей машине.

– Бедный Зассыха, ты его совсем загнобила. Теперь спать не сможет.

– Меня его спокойствие не интересует.

– Могла бы продемонстрировать хоть немного сострадания, чёрствая ты женщина. Да, я всё забываю спросить. Это правда, что девичья фамилия Фалуди – Шэггэм[2]?

– Я слышала версию, что Шэггэд[3]. Но проверять не стала.

– Тогда порадуй меня хорошими новостями – ты смогла выяснить, кто отравил того эльфа?

– Он мало что помнит. Говорит, что его имя Давид Вранеш и что он вышел на пробежку, а потом очнулся в комнате для допросов. Пятна крови появились уже после убийства, так что Младшего убрал не он. Ещё одна попытка пустить нас по ложному следу.

– Зацепок всё меньше и меньше…

– Но есть и хорошие новости: Вранеш изъявил желание записаться в ОБСК. Я ему посоветовала одно подразделение…

Виктор навёл на неё палец.

– Только не говори что это «Дельта».

– Угадал! – Регина радостно зааплодировала. – Теперь можешь получить свой приз.

– Нет.

– Да.

– Нет!

– Ты слишком нервный.

– Это всё от общения с тобой, Регина.

– Я так не думаю. Целибат дело хорошее, но не дольше нескольких месяцев. Подумай над этим.

– Звучит как предложение.

– Лёгких путей не будет.

Виктор продолжил недовольно бурчать.

– Давно хотела спросить – чем тебе так не нравится Зассыха? – спросила Регина. – Давние счёты?

– Да если бы. По первости после переезда я снимал в Офене халабуду на семь квадратов, типа камеры-одиночки. Зато компания была что надо – гроздья тараканов и иконы, которые нельзя было трогать, ибо они на тебя смотрят. И самым невыносимым в этой ситуации было отдавать две трети своей выручки за это католико-тараканье великолепие. Благо тогда тараканы ещё не умели разговаривать, иначе было бы совсем грустно. Там разве что обоссаного матраса не было для полного счастья.

– И ты тяготился тем, что был вынужден спать на полу?

– Нет. Вообще матрас там был, но лучше от этого не становилось – его приходилось делить с кокаиновыми клопами.

Регина вскинула бровь.

– С кем?

– С кокаиновыми клопами, – повторил Виктор.

– И как со всем этим связан Фалуди? Он сдавал тебе всю эту срань, что ли? Если так, то моё мнение о нём выросло на пару пунктов.

– Да те пикси, которые сдавали мне этот хлев, были на Зассыху похожи. Тоже рожи корчили постоянно, как отпидорашенные макаки. Хотя после предыдущего города эти условия можно было считать приемлемыми. После некоторого привыкания.

– Теперь меня интересует название этого города. Съезжу туда на экскурсию. Как он называется?

– Снесёттнахуй.

– Впервые о таком слышу.

– Все так говорят. Не забудь посетить стопеньчатую пирамиду. Но тебе её и так покажут, это единственная местная достопримечательность.

– Ты хотел сказать – ступенчатую?

– Нет, она сделана из сотни пней, которые уменьшаются в диаметре. Англофоны его Стамптауном прозвали.

– Городом пеньков?

– Ага.

– Когда ты делишься своими флешбэками, то я начинаю думать, что в тебе умер писатель, – заключила Регина.

– С ручкой я неплох, но в постели куда лучше.

– «Грааль» будет рад это услышать.

– Для них я припас особенную пакость.

* * *

Самолёт начал набирать высоту.

– Внутри есть система, которая распыляет газ через вентиляцию, – провёл инструктаж Виктор, открыв сумку.

– Её же сняли после протечки на приёме цислейтанских дипломатов, – возразил Скарт.

– Это официальная версия, то есть брехня. Она никуда не делась и может быть задействована в любой момент.