Завязать след

— Старый? Что ты подразумеваешь под старым? — Спрашиваю я.

— Ему за сорок или около того… эй! — она корчит рожицу, когда я швыряю в нее кусочком печенья.

— Мне почти тридцать, ты, маленькая засранка, — рычу я на нее. — Следи за тем, кого ты называешь старым.

Наша дружба выросла, и нам стало комфортно подшучивать друг над другом, но присутствие Эйприл здесь определенно уравновесило бы нас.

Вытирая руки от крошек, я начинаю подходить к кассе, но почти застываю в шоке.

Да ладно тебе.

Одетый в темные джинсы, черную футболку и кожаную куртку с капюшоном, я почти готова поспорить на деньги, что он знает Лэндона и Ривера. Он держит руки в карманах и напускает на себя вид превосходства.

Этот человек обладает властью.

Его аромат — это низкая нота темного шоколада, смешанная с оттенком коньяка — темного, таинственного и теплого.

Идеальное дополнение к Лэндону и Риверу.

У него темно-русые волосы длиной почти до плеч и беспорядочно взъерошенные. Его борода немного темнее, с намеком на седину.

— Привет, — вежливо говорю я, не выключая голос службы поддержки клиентов, на случай, если он здесь совсем по другим причинам. — Что я могу для вас сделать?

Вопрос, кажется, застает его врасплох, и это дает мне мгновение взглянуть в его серые усталые глаза.

Но это другое выражение, чем у Ривера.

Это лицо человека, который выглядит так, словно не спал годами, а не просто днями.

Как будто он в одиночку несет тяжелый груз.

Тем не менее, это не отвлекает от его привлекательной внешности.

Это только делает его еще более загадочным.

— Ты Скайлар, — говорит он низким и хриплым голосом. Бас восхитителен для моих ушей; сексуальный и глубокий.

Я киваю. — Вы друг Лэндона? — Спрашиваю я. — Кажется, он что-то упоминал о вас.

Я ломаю голову. Как-то во время моей Течки Лэндон сказал что-то о частном детективе на пенсии…

Альфа усмехается. — Нет, я не его друг. Но мы действительно работали вместе несколько лет назад, — подтверждает он. — У вас есть несколько минут, чтобы поговорить?

Нервная энергия бурлит у меня в груди.

— Конечно, — автоматически отвечаю я. — Просто уделите мне одну минуту, пожалуйста.

Я захожу в подсобку, развязываю фартук и изо всех сил стараюсь отряхнуть муку со штанов.

Если мы собираемся поговорить об Эйприл, мне нужно дать ему понять, что я серьезна.

Я также беру два макаронса, которые остались открытыми в коробке, — оба с эспрессо в темном шоколаде.

Он похож на парня, который не ценит слишком много сладкого.

Когда я выхожу вперед, то вижу, что он занял самый дальний от кассы столик. Его массивное тело втиснуто в маленький уголок кафе, и это было бы комично, если бы это не действовало так на нервы.

Я также беру нам обоим по чашке кофе, благодарная за то, что мы только что приготовили свежую порцию для некоторых послеобеденных посетителей.

Он приподнимает бровь, когда я протягиваю ему бумажный стаканчик и макароны, завернутые в салфетку.

— Ты выглядишь так, будто тебе не помешал бы кофе, — говорю я, пожимая плечами. — Кроме того, у нас в изобилии есть макароны. Этот вкус идеально дополняет темное жаркое.

Он моргает, глядя на печенье в своей руке, маленькое по сравнению с размером его ладони.

— Верно, — ворчит он. — Спасибо.

Мое сердце бешено колотится в груди, когда я сажусь напротив него, наблюдая, как он потягивает кофе. Макароны остаются на столе недоеденными, но я борюсь с легкой улыбкой, когда его глаза слегка расширяются, когда он делает глоток.

— Это действительно хорошо, — говорит он почти самому себе.

— Это местное, — говорю я. — И это стоит каждого дополнительного пенни, который кафе платит за это.

Он одобрительно кивает.

Я указываю на темно-коричневые макароны. — А это сделано в дополнение к ним. В нем чуть-чуть сладости, чтобы компенсировать вкус жаркого.

Он смотрит на нее и хмурится. — Я никогда не пробовал… что бы это ни было за печенье.

На этот раз я не могу сдержать ухмылку. — Попробуй. Это мой способ поблагодарить вас за то, что нашли время поговорить со мной.

Он хмурится еще сильнее, когда берет его в руки. Но когда я смотрю, как он откусывает, и в ту минуту, когда он прожевывает, я знаю, что победил.

— Черт, — говорит он, и я взрываюсь смехом. Сочетание того, что этот гигантский, задумчивый Альфа выглядит таким впечатленным печеньем, меня позабавило.

Уголок его полных губ приподнимается, и его аромат слегка меняется. Он уже не такой горький.

В нем чувствуется легкая сладость.

У меня трепещет в животе.

— Я рада, что тебе нравится, — говорю я. — Обычно я никогда не ошибаюсь со вкусом макарон.

— Да?

— Я дала немного Риверу и Лэндону, и с тех пор они подсели.

При упоминании их имен его взгляд снова становится жестче. — Верно.

— В любом случае, я Скайлар. Приятно познакомиться, — быстро говорю я, пытаясь сменить тему, хотя знаю, что он уже знает мое имя. — А Эйприл — моя лучшая подруга. Она пропала почти месяц назад. Если бы вы могли мне вообще помочь или дать какой-нибудь совет, я была бы вам очень признательна.

Он кивает. — Я Винсент, — говорит он. — Прошу прощения, что не представился раньше.

Винсент.

Это имя ему подходит. С его закаленным характером и суровой внешностью оно ему подходит.

И этот аромат.

Я не думала, что какой-либо другой Альфа-аромат сможет превзойти ароматы Ривера и Лэндона, но я ошибалась.

Очень ошибалась.

Я игнорирую реакцию своего тела; как бы мне ни хотелось посидеть с ним за столом и просто сдвинуть бедра вместе, сейчас не время и не место.

— Я в курсе всего, что касается твоей подруги, — говорит он. — Но я хочу перепроверить, чтобы убедиться, что я ничего не пропустил.