Зелёный мир

Соседи по купе попались неразговорчивые и тихие, благодаря этому в поезде я много спала. Морально истощенный организм требовал отдыха.

Глава 4

Два дня в поезде и вот я уже вышла на железнодорожной станции, и должна была найти автовокзал, где мне нужно было сесть в междугородный автобус, и ещё десять-двенадцать часов ехать до посёлка, где раньше жили родственники папы. Выйдя с вокзала в город, первым делом, я нашла неподалёку местное кафе быстрого питания, чтобы перекусить. Я нашла единственное свободное место за барной стойкой и прямо передо мной оказалось объявление: «Требуются на работу официанты, сотрудники раздачи».

Я заказала какую-то еду и пока ожидала заказ, наблюдала за работой ребят, таких же молодых, как и я. Я вслушивалась в их разговоры и было ясно, что посетителей сегодня много и коллектив не справляется с потоком клиентов. Многие люди были не довольны долгим обслуживанием, но ребята поддерживали друг друга в сложных ситуациях, вместе улаживали возникающие конфликты и в целом было видно, что они дружат.

Я, долго не думая, спросила кассира:

– К кому я могу обратиться по поводу устройства на работу?

Ребята, услышав мои слова, оживились, один из официантов быстро проводил меня к кабинету с надписью «Заведующая».

Я прошла собеседование сразу и приятная женщина – заведующая кафе спросила меня, когда мне будет удобно выйти на работу.

– Мне удобно сейчас. А ещё я прошу заплатить мне за отработанную смену сразу. – я достала кошелёк и открыла его, показав скудную наличность, чтобы не утруждать себя объяснениями.

– Иди в раздевалку, я что-нибудь придумаю.

Я с трудом натянула фирменную футболку и убрала волосы под кепку. Весь процесс проходил словно в тумане, я ощущала себя сторонним наблюдателем. Всё вокруг происходило как-бы не со мной. Это была не моя жизнь. Я хотела проснуться сейчас в своей комнате и рассказать этот страшный сон маме. Я хотела вернуть полтора года жизни назад и поступить на факультет программирования или управления.

Размышляя о своём, я как робот автоматически выполняла несложные действия. Каким-то образом интуитивно ориентировалась в большом помещении кафе, не путала столики и точно записывала заказы.

Работа оказалась не сложной, но посетители были злыми, возможно моя отрешённость от реальности вызывала такое раздражение и с этим мне было сложно мириться, но доброжелательность ребят – сотрудников гасила мои внутренние конфликты. Я принимала заказы без улыбки, что было заявлено в трудовом договоре как нарушение дисциплины и была готова к тому, что меня не возьмут после испытательного дня работы. Отказ я бы приняла спокойно, как знак того, что нужно двигаться дальше, но заведующая не сказала ни слова на этот счёт и даже похвалила за отсутствие жалоб в первый день, а в конце смены протянула мне деньги. Ребята, с которыми я работала, быстро переоделись и убежали по домам. Мне же спешить было некуда, и я сидела во временно опустевшем кафе, и пыталась найти в интернете недорогое жильё на ночь.

«Надо было спросить ребят где можно переночевать, пока они не ушли…»

– Где ты живешь? Я могу тебя подвезти. – Нина Владимировна – заведующая словно прочитала мои тревожные мысли.

– Пока нигде, я только сегодня приехала, но найду что-нибудь.

Она выпучила глаза и развела руками:

– Ты с ума сошла! Куда ты пойдешь? Ужас!

Она присела рядом, достала телефон и стала искать кого-то в телефонной книжке; искала она долго, по всей видимости абоненту она почти не звонила.

– Марина, здравствуй, ты же завтра выходишь на работу? А Ольга, которая уволилась – твоя напарница, она вроде уехала уже? У тебя в комнате есть место для девочки, она будет с тобой в смену работать? – последовала пауза. – Я уверена, что всё будет хорошо. Поверь мне… Да, я ручаюсь за неё. Спасибо, Марина.

Мы ехали минут пять и остановились у трёхэтажного старого дома. У подъезда курила девушка. Узнав машину, она выбросила сигарету в урну и подошла к нам. Мы вышли из автомобиля к ней навстречу. Девушка представилась Мариной и протянула мне руку, я неуверенно пожала её, и тоже назвала своё имя. Разговаривая с заведующей, она часто поглядывала на меня, сведя брови и иногда слишком долго и пристально смотрела прямо в глаза, очевидно, что она не горела желанием делить жильё с незнакомым человеком, но заведующая пообещала, что первое время мы будем работать вместе и будет возможность узнать друг друга получше.

Марина была симпатичной ухоженной блондинкой двадцати семи лет, у неё была красивая стрижка «каре», уложенная волосок к волоску. Как выяснилось позже, у зеркала она проводила очень много времени, маскируя некоторые недостатки внешности, чтобы в итоге выглядеть как фотомодель.

Марина училась на психолога и на момент нашего знакомства ей оставалось полгода до защиты диплома. Как психолог она внушала доверие: серьёзная, немногословная, но каждое её слово, каждая высказанная мысль заставляла именно думать и искать первопричину проблемы.

Она лишь задавала точные вопросы, а человек не понимал откуда она всё знает о нём. Она была очень загадочной девушкой. Её взгляд говорил собеседнику: «Я знаю о Вас больше чем могу сказать». Когда я спросила её вечером после работы: «Почему ты работаешь официанткой? Это абсолютно не твой уровень.» Она совершенно искренне ответила: «Это место, где я читаю людей вот уже семь лет. Посетители – в основном студенты нашего вуза. Они растут на моих глазах, они по-разному себя проявляют в институте и в неформальной обстановке. Они очень часто остаются поболтать со мной в ночную смену, рассказывают истории из детства. Иногда я не понимаю, как человек, переживший столько несчастий, остаётся человечным, как он может улыбаться? Твоя история покажется тебе детской сказкой по сравнению с тем, что пережили многие остальные девочки и мальчики твоего возраста.»

Она никогда не рассказывала эти истории, но благодаря этим словам я постепенно перестала зацикливаться на своих прошлых проблемах.

Без косметики я увидела её лишь однажды, когда после очередной клубной ночи она смыла макияж утром при мне.

– Диана, сделай кофе, будь другом.

– Хорошо.

Я долго возилась с новой кофеваркой (это был дорогой подарок Марине от поклонника) и украдкой рассматривала соседку. Она только что сняла с головы полотенце после душа и её мокрые и тонкие волосы не могли скрыть смешные оттопыренные ушки, обычно прическа их здорово маскирует. Лицо без косметики обычное. Без ярких акцентов она выглядела совсем молоденькой и не такой загадочной и мудрой. Обычная девчонка с необычными амбициями: она хотела, чтобы её узнавали.

«Тщеславие мой самый любимый из грехов…» - вспомнились мне слова из одного хорошего фильма.

Марина всегда повторяла: «Я хочу создать себе имя своими достижениями и успехами. Своё свободное время я готова инвестировать либо в развитие, либо в создание полезных знакомств. Я знаю, чего хочу и не готова терять время на второстепенное пока не добьюсь желаемого».

Эту личную мантру она иногда произносила просто сидя перед зеркалом.

Ей уже предлагали работу в частной клинике психологом с удобным графиком и большой клиентской базой, но также и со штатом других психологов и общими приёмными кабинетами, расписанными на весь день. Марина отказалась. Она даже не думала соглашаться на меньшее, чем собственный кабинет с именем выгравированным золотыми буквами на табличке.

Благодаря соседке я слушала лекции по психологии, записанные на диктофон, читала её конспекты и просто мы много разговаривали, и я понемногу вникала в суть её профессии. Денег на обучение мне бы не хватило, а как хобби психология меня очень увлекла. Помимо учёбы в институте и получения стандартных знаний, Марина изучала и другие направления психологии, не попавшие в программу. Она жаждала знаний, и я охотно делилась с ней найденной информацией в интернете, а она либо делала пометки для себя и признавала пользу новой теории, либо помогала мне отсеивать ненужный противоречивый «шлак».