Зенит
Шрифт:
Ирина прищурилась на мальчишку.
— И что ваш сын делает в такой компании?
— Я ему сто раз говорила — не водись с этими идиотами! — по новой пошла блондинка. Правда теперь ее гнев был направлен в нужную сторону.
— И повелся, и ничего хорошего не набрался, — подвела итог Ирина. — Что делать будем?
Предложение у блондинки было. В сумочке.
Специально у мужа несколько пятитысячных купюр взяла. Но…
Дурой она не была.
Глядя на девчонку в форме, она отлично понимала — не возьмет. Еще и огрести придется
— Я могу проследить за сыном. Чтобы он больше не общался с этими шалопаями.
— Это — как минимум.
— А как максимум? — правильно угадала блондинка.
— У меня есть знакомый священник.
У Кирилла, но это уже детали. Блондинка изобразила внимание.
— Я могу договориться с ним — уже разговаривала — И вашему сыну будет обеспечена активная трудотерапия в храме.
Лицо блондинки тут же прояснилось.
— О, да! И там он будет под присмотром?
— Безусловно.
— МАМА!!! — завопил эльф.
Поздно. Идеей прониклись. Приняли, осознали, даром, что и у матери, и у сына кресты такие — вместо кистеня можно использовать. На большой дороге. И золотые, чтобы, значит, господь оценил. Я тебе не лох какой, за сто рублей свечку ставить, мои грехи на пять тысяч тянут!
— Что за церковь? — уже деловито поинтересовалась блондинка.
Ирина молча развернула к ней лист с записью.
Телефон — имя — адрес.
— Это вам.
— Спасибо, Ирина Петровна.
— Я вас отпускаю и выношу предупреждение, при условии, что сына вы туда определите в течение недели. Месяца на три.
— Даже на полгода!
Ирина кивнула, не размениваясь на всякие 'я проверю'. И так понятно. Но блондинка решительно не против. Там и за сыном приглядят, и вообще — когда с тряпкой бегаешь, о глупостях не думаешь!
Можно и в храме себе дурную компанию найти, как известно, свинья к грязи генетически тяготеет. Но если поп лично пообещал, что приглядит за отроком, да еще по просьбе Кравцова…
Приглядит.
Точно.
Ирина понимала, что надо разбивать компанию.
Не воздействовать глаголом и существительным на юных барбосов, а разлучить их — и отдать на дрессировку. Пусть развлекаются.
Второго умника удалось определить в секцию биатлона — с полного согласия родителей. Авось, его там загоняют до полного состояния нестояния. Тренера Ирина знала по рассказам Ивана Петровича — у такого не забалуешь.
Третий оставался дома, но без друзей у него будет намного меньше пыла.
Ирина считала, что она поступает правильно.
Молитва — она чудеса творит. А если к молитве еще и метла прилагается. Или хотя бы воспитательный попугай…
Нет!
Попугая не отдадим! Самим нужен!
Опять же…
А в Иерусалиме попугаи были? Или только петухи? Что там вообще за фауна обитала? Ирина была не в курсе, но вдруг попугаи — не по канону? Вот, как змеи пострадали? Или черные коты?
Нет. Пусть философский попугай живет у них в участке. Авось, еще кого воспитает.
А
пока…Ирина дождалась Сани, который принялся громко возмущаться вандалами, разлившими чернила, и стартанула к Иде.
***
Анжелика Игоревна. Сидорова.
Возраст — восемнадцать лет.
Внешность каноническая. Блондинка с большими глазами. Голубыми, красивыми, глу-упыми…
Мозги?
Негусто. Романтическая девушка.
Ждет принца, мечтает о великой любви, читает романы. Самая жертва проходимца а уж про вампира и говорить нечего.
Их континент.
Мать — такая же романтическая идиотка. Простите — Золушка, которая всю сознательную жизнь любит одного-единственного прЫнца.
Сидорова, Анна Егоровна, девочка из хорошей семьи, этакая 'тургеневская девушка', работала библиотекаршей в одной из городских библиотек.
Платили негусто, но на жизнь им с дочкой хватало. Опять же, дочку можно было забирать из садика в библиотеку, потом из школы…
Читать Анжелика научилась раньше, чем ходить. А читала она — романы.
Классику, конечно, тоже, но романы ей в рук попадались чаще. Да еще мама масла в огонь подливала.
Поговорив с мамой, Ирина поняла, почему простая русская девочка Сидорова поучила экзотическое имя Анжелика. Ага-ага — Маркиза Ангелов, та самая! Осталось только графа найти, да любовь завертеть. Вам графья нигде не попадались?!
Бяда…
Ждала своего единственного и дождалась. Бизнесмена, который 'возлюбил' библиотекаршу без отрыва от семьи, а узнав про дочь, не успел заставить дуреху сделать аборт. По объективным причинам — помер от возлияний и прочих излишеств.
Библиотекарша осталась с ребенком в пузе и кучей фотографий на память.
Подать на наследство?
Попробовать хоть что-то оторвать… даже не для себя, для своего ребенка?
Нет, что вы! Это неблагородно! Она сама справится!
А дочке будем рассказывать про великую любовь, про безвременно погибшего папу, который даже не успел взять свою кровиночку на руки, но обязательно бы взял.
И растаял, и женился…
Ирина примерно так перевела для себя рассказ романтической маман.
Дочь та растила в своей системе координат, и не нарвалась блондиночка только потому, что все время проводила рядом с мамой, в библиотеке. Да и школа была хорошая, из тех, где директор наплевал на все конвенции и громко объяснял, что косметика, прически и короткие юбки ведут к изгнанию из лицея.
Раз и навсегда.
И — жалуйтесь.
Хоть на сайт президенту!
Раз в год приходилось кого-то выгонять. Но ведь работало!
В школе не слышалось мата, в школе не курили, девочки не выглядели, как работницы панели, а учителя были спокойны. Им никто не рисковал хамить — жить хотелось.
Директор за такое не просто выгнал бы — потом ни в одну приличную школу не возьмут.
Вопрос.
Как в это расписание затесался один сволочной вампир?
Куда вообще ходила девочка?