Зеркало

Я разглядывал в окно группу бородачей на самокатах, когда дверь машины распахнулась и на кресло рядом уселась Свирель, моя знакомая из Татунинок. Одетая в пышное розовое платье с кружевами и красные лаковые туфли, она совсем не походила на девчушку в кедах, джинсах и толстовке, с закрученной балаклавой на макушке и автоматом в руках. Она закинула ногу за ногу и я заметил бинт на правой голени, там, куда попала пуля из интеровской винтовки. Снаружи распахнутой двери стояли друзья девушки, целясь в нас из винтовок.

— Свирель! — сказал я с улыбкой, — Ты всё-таки решила отправиться на бал?

— Ага, — ответила она, слегка смутившись.

Судя по всему, она ожидала другую реакцию.

— Олег Петрович, это ваша знакомая? — спросил Ставр, с интересом разглядывая девушку и парней на улице.

— Да, — ответил я, — В Татунинках познакомились вчера.

— Потрясающе! — воскликнул Ставр, и посмотрел на парней с винтовками, — Извините, больше мест нет.

С этими словами он захлопнул дверь и заблокировал.

После чего выхватил саблю и приставил к горлу девушки. Она непринужденно, насколько позволял клинок, потянулась за бокалом шампанского на столике. Сделала глоток. Руки у неё заметно подрагивали.

— Ставр Ольгович, — проговорил я, — Всё в порядке. Это Свирель. Она… дружинник из Восточных Кварталов. Они с друзьями улаживают земельные споры с Альянсом. Знакомьтесь: Ставр — это Свирель, Свирель — это Ставр.

Он убрал оружие в ножны и девушка протянула ему руку.

— Сударыня, — сухо проговорил он, легко пожимая её.

Все успокоились и пришла моя очередь злится.

— Как ты меня нашла? — строго спросил я.

— Парни проследили за тобой до дома, — ответила она виновато.

Впредь нужно быть внимательней. Я решил, что отныне буду перемещаться исключительно под заклинанием маскировки. Надо будет попросить у Ставра учебник местной магии.

— Я тебя слушаю, — сказал я.

— Ты не должен ехать на бал, — она посмотрела на Ставра, — Вы оба не должны. Сегодня должно произойти что-то плохое.

— Сударыня, с вашего позволения — это глупости, — проговорил Ставр, — Комиссар Флебенгаузен никогда бы не пошел против меня.

— Может это и не он. Я знаю лишь, что против вас и других людей на балу замышляют что-то плохое.

— И всё же ты поехала с нами, — заключил я.

— Всегда хотела там побывать. А вы — отличный провожатый. К тому же вы мой должник.

— Это с какой же стати? — спросил я.

— Вы богатый, а мы — бедные. Богатые должны помогать.

Звучало вполне разумно, вот только я не был богатым. Я посмотрел на Ставра.

— Ты как думаешь, Ставр Ольгович?

— Нужно ехать, даже если это ловушка, — сказал он, — Иначе они решат, что мы боимся.

Я кивнул. Примерно то же самое было и у меня на уме. Что бы нас ни ждало, пришла пора показать себя. К тому же бал — отличный повод познакомиться с множеством влиятельных людей этого города. Помощь Ставра сложно было переоценить, но дополнительные союзники никогда не помешают.

— Если там что-то замышляется, мы не должны брать девчонку с собой, — проговорил я, — Это слишком опасно

— Я пойду с вами в любом случае, — фыркнула Свирель и пригубила игристого вина.

— Ни за что, — ответил я, — Вдруг ты там что-нибудь отчебучишь?

— Вы же, сударыня, не везёте на бал бомбу? — спросил Ставр.

Он взял у девушки сумочку, висевшую на плече, и заглянул внутрь. Видимо удовлетворившись досмотром, он вернул её девушке.

— Я не против, — заключил он, — Лишний союзник не помешает. Сударыня.

Свирель улыбнулась и отпила из бокала.

— Слушайте, чудесной вино, — пропела она, — Такое освежающее.

— Вам нравится? — спросил Ставр, — Итальянское. С наших виноградников в Тоскане.

Его взгляд перешел на ножку девушки, обмотанную бинтом. Потянувшись к одному из шкафчиков он выудил из него аптечку. Порылся в ней и извлек крошечный шприц. Рукой потянулся к пятке девушке, но она отдернула ногу.

— Не бойтесь, это отличное зелье, — сказал он.

Свирель выставила вперед ногу и Ставр осторожно сделал ей укол чуть выше бинта.

— Ножка будет как новая — не успеем даже доехать.

— Кстати, Ставр Ольгович, — внезапно вспомнил я, — У меня к тебе просьба. На той базе, с которой ты меня вытащил, я оставил кое-какие книги и журнал. Ты не мог бы разузнать где они и как мы можем их вернуть?

— Разумеется Олег Петрович, — ответил тот, — Мы как раз в нужное место едем. Поговорю с комиссаром.

Я закрыл глаза и поудобнее устроился в кресле. Федор почти объехал поцарапанный Гелендваген.

В центральное управление мы прибыли с заметным опозданием, как и многие из гостей. Здание приплюснутых пропорций с узкими окнами-бойницами напоминало старинную крепость. Снаружи стены подсвечивали фонари и прожекторы, площадь перед входом украшали длинные флагштоки с развевающимися на ветру полотнищами, среди которых я узнал розу ветров Альянса и желто-черный и украшенный гербом флаг Империи.

— Ставр, друг мой, — воскликнул низкорослый упитанный мужчина средних лет с усиками и бородкой.

Мы поднялись по лестнице ко входу.

Одет в рубашку и штаны с лампасами, а на плечах накинут офицерский мундир. Человека сопровождал парадно одетый отряд полицейских. Винтовок я не заметил, но белые кобуры и сабли сверкали на поясах у каждого.

— Комиссар! — в ответ закричал Ставр и бросился обниматься, — Как же я соскучился.

— А это… должно быть ваш спутник, господин Зеркало? — мужчина посмотрел на меня, — Наслышан о ваших похождениях.

Он посмотрел на Свирель.

— А вы…?

— Татьяна Максимовна Свирелина, — ответила девушка, протягивая руку.

— Она из дома мадам Журавлёвой, — проговорил я.

Комиссар смутился, а Ставр разразился хохотом.

— Он шутит, — с трудом проговорил дворянин, — Татьяна Максимовна — моя внучатая племянница, материнской линии. Совсем недавно в городе.

— Понимаю, — проговорил комиссар, — Что ж, прошу за мной.

В сопровождении почетного караула мы проследовали за комиссаром мимо пустующего холла, по коридору в актовый зал. Просторное помещение, пышно украшенное сложенными из цветов гербами и гирляндами было уже переполнено людьми. За столами сидели гости, слушая выступавшего на трибуне старика и гигантскими бакенбардами. Судя по всему, торжественная часть близилась к завершению. Нас усадили за центральный стол, не слишком далеко от комиссара.