Zero
Шрифт:
Эдди тычет пальцем в свой смартфон.
– Больше ста тысяч йесов, лайков и других позитивных фидбеков, – сообщает он. – Больше четырех тысяч шеров и ретвитов. На первых строчках в разных СМИ.
Син разрывают противоречивые чувства. Фото, пара строчек текста… эти восемнадцатилетние опубликовали их так уверенно и хладнокровно, как опытные репортеры, которых они побили их же оружием и прогнали со своего порога.
– Думаю, теперь путь свободен, – констатирует мать Эдди. – Мы подбросим тебя до дому, – говорит она Салли.
Они вместе выходят из кухни. Син бросает взгляд на сотовый Ви, который она оставила на кухонном столе.
Крепко
Совет от телефона. У Син забегали мурашки по коже. Откуда электронный советчик знает, что Эдди и Салли собрались уходить?
Ви обнимает Салли на прощание, Эдди особенно долго обнимает Ви, как кажется Син. Ее дочь прислушалась к совету телефона.
После того как все ушли, Ви первым делам ощупывает свои карманы в поисках телефона, находит его на кухне, быстро глядит на экран и заявляет:
– Теперь пора сесть за уроки.
– Эти консультанты всегда такие заботливые? – спрашивает Син.
Ви протягивает ей сотовый, чтобы она прочитала сообщение.
Математику сегодня можно пропустить. Время для нее все равно прошло. Я помогу тебе наверстать пропущенное. Позанимайся лучше физикой – будет интересно.
Затем название учебника, номера страниц и множество ссылок на сайты в интернете.
– Обеими руками за, – говорит Син. – Но почему бы тебе просто не отдохнуть? – предлагает она дочери, сама находясь во взвинченном состоянии из-за событий дня и не в последнюю очередь из-за сообщения в телефоне Ви. – После всего что случилось? Ты точно сможешь учиться? – спрашивает она заботливо. – Ведь ваш друг Адам…
– Я все равно не поверну время вспять, если сяду на диван и ничего не буду делать, – возразила Ви. – Мне сейчас лучше всего отвлечься.
Син задается вопросом, откуда у Ви этот аргумент – тоже из телефона? Но она не хочет ее мучить дальнейшими расспросами.
– Ладно. Просто позови, если тебе что-то понадобится.
– Спасибо, мам.
Она обнимает Ви, чмокает в лоб и отпускает в комнату.
В задумчивости Син стоит в прихожей, уставившись на закрытую дверь. Перед ее взором проносятся сцены этого дня. В кармане вибрирует смартфон. Снова и снова. Она нажимает отбой, даже не посмотрев, кто звонит.
Все четыре лежащих на столе Энтони смартфона пиликают одновременно. Уже несколько часов ему названивают все, кому не лень, лишь с одной целью – узнать больше о Синтии Бонсант и ее дочери. Его почтовый ящик трещит по швам. Энтони вскипает! Отовсюду на него выскакивают фотографии полиции с места преступления, а среди них – Син с подростками, которых из засады за заградительной лентой «подстрелили» не его журналисты. Вездесущие и трофейное фото – изумленное лицо Син в щелке входной двери. Фотографии попадаются на глаза почти так же часто, как и снимки экрана Freemee-аккаунта Адама Денхама с разоблаченным Лином и с дулом его пистолета, направленным на Адама. А им в Daily приходится довольствоваться снимками сторонних агентств, хотя их собственная корреспондентка была на месте, а ее дочь стала даже очевидцем преступления! В Великобритании и кое-где в Восточной Европе смерть Адама Денхама уже вытеснила новость о Президентском дне с первых полос газет. Новое видео Зеро набрало несколько десятков миллионов просмотров. Господи, Daily могла бы возглавить освещение этой новости в глобальном масштабе, если бы Син пошла на сотрудничество!
Энтони не знает, что его злит больше – упущенный шанс или отказ Син выполнять работу, который он воспринимает
как демонстративную непокорность ему. Да что она о себе возомнила? Пусть завтра же забирает свои вещички!Снаружи в стеклянную стену, через которую Энтони обозревает ньюсфлор, стучится Мэль, руководитель отдела объявлений. Энтони жестом велит ему войти.
– Я получил запрос, который нам нужно срочно обсудить, – говорит Мэль.
– Почему срочно? Думаешь, мне здесь нечем заняться!?
– Потому что он связан с хайпом вокруг Зеро и нашей сотрудницы Бонсант.
– Она больше не сотрудница. Я ее только что уволил.
– Стоит пересмотреть решение.
– Это еще почему?
– Потому что один потенциальный клиент готов сделать нам заказ на четыре миллиона фунтов. С условием, что Бонсант займется заявленной серией статей о Зеро, только в модифицированном виде.
– Слышал о разводе отдела объявлений и новостной редакции? – спрашивает Энтони насмешливо.
Мэль смеется.
– Пошел всем на пользу!
Энтони смеется вместе с ним. Повеселившись, он спрашивает серьезно:
– Почему Бонсант?
– Потому что из-за смерти Адама Денхама, видео Зеро и роли в нем ее дочери ее лицо замелькало повсюду…
– Пятнадцать минут славы…
– …которые клиент хочет растянуть и использовать в своих целях.
– Речь сейчас идет о серии статей Джеффа и Синтии или о новом проекте?
– Это одно и то же.
– Не понимаю. Кто заказчик?
– Sheeld, стартап с хорошим финансированием, который пишет аппы для сферы личной жизни.
Энтони заходит на веб-сайт компании.
– Sheeld, – повторяет он, просматривая куцый текстик на главной странице.
– Игра слов: sheeld вместо shield, то есть щит, – объясняет Мэль. – Они не хотят включать объявления, упоминания своего названия они тоже не хотят.
– Понимаю все меньше. Какой им тогда прок от нашей серии?
– Их человек дал мне такое объяснение: из-за акции Зеро к Президентскому дню спрос на продукты в сфере личной жизни взлетел до небес. Поскольку Sheeld – лидер рынка в своем сегменте, они автоматически выигрывают от возросшего спроса. Им, таким образом, достаточно просто того, чтобы дискуссия вокруг Зеро не утихала. Это цель нашей – модифицированной – серии статей под авторством Бонсант в качестве узнаваемого персонажа.
– Четыре миллиона, – говорит Энтони, – нам совсем не помешают. Модифицированной, говоришь? Как? Какое задание нужно дать Синтии?
Осторожно Син заглядывает через дверную щелку в комнату Ви, которая уже спит. Ее дочь дышит ровно и спокойно. Медленно Син закрывает дверь. События этого дня ей еще не раз приснятся.
Син устраивается с ноутбуком за кухонным столом. Сегодня она заслужила бокал вина, пусть даже в холодильнике стоит лишь дешевая бутылка из супермаркета. Она наливает себе бокал и делает большой глоток.
Увидев первые заголовки рядом со своей фотографией, она давится напитком. От кашля наворачиваются слезы. Не веря своим глазам, она просматривает новости, в которых встречает свое имя почти так же часто, как и имя Адама, правда, во второй строчке и более мелким шрифтом.
«Родители, вы в курсе, что вытворяют ваши недоросли?»
Ее лицо в дверной щелке СМИ превратили в символ безответственного родителя. Вспыхнув, она собирается написать опровержение, но оставляет затею. Ее электронный почтовый ящик распирает от новых сообщений. Многочисленные свои и иностранные СМИ просят ее высказаться. Некоторые письма пришли от обеспокоенных друзей, не дозвонившихся до нее по телефону. Син немногословно благодарит каждого за поддержку.