Жена господина Ищейки

Так что давайте не будем играть мускулами, а перейдём к более спокойному диалогу. Ситуация для меня проста и понятна. Да, мы с Анной подали бумагу на расторжение нашего брака. Но это было лишь политической игрой.

– И что же ты задумал?
– с интересом спросила донна Верутти.
– Поделишься? Я просто не вижу никаких выгод от подобного.

– Не поделюсь, - не переставая хищно улыбаться, ответил Марко.
– Эти планы исключительно для своих. Вас близкими людьми я назвать не могу. Но поверьте, что ничего не делается просто так. Поэтому с прискорбием для вас сообщаю, что я и моя жена Анна даже не думаем разводиться. Хотя… Если вам так надоел мой беспутный братец, то с удовольствием выслушаю условия по новому вхождению в семью. Естественно, в них нужно учитывать и Анну.

– С ней? Планы?
– хмыкнул Луиджи Верутти.
– Нет! Но у нас есть на примете очень высокопоставленная особа, имеющая дочь. Если готов обменять простолюдинку на истинную аристократку, то ты получишь такие возможности, которые тебе и не снились.

– А если не готов?

– Значит, ты не просто дурак, а идиот. Или думаешь, что я выпущу твою крестьянку живой из замка? Нет!

– Да, сын, - поддержала его донна, - Твоя большая ошибка, что привёз эту бабёнку сюда. Если не хочешь договариваться по-хорошему, то пожалей хотя бы девочку… Да какая это "девочка"! Никчёмная присоска к нашей фамилии!

– Кто хоть пальцем… - явно заведясь от недвусмысленной угрозы, хотел было возмутиться мой муж.

– Подожди, дорогой, - перебила я его и подошла к мамаше, сунув под нос женщины перстень сестры императора.
– Донна Верутти, хотите проверить, кто сильнее? Эта безделушка, дарованная мне лично Её Высочеством донной Марией Селенской или ваш апломб? Давайте поиграем в такую смертельно опасную игру. Жизнь на жизнь! Хорошая ставка?

– На всякий случай сразу убираю глупые вопросы, - поняв мою тактику, быстро среагировал Ищейка.
– Перстень настоящий. Можете проверить по своим каналам. Мы не самоубийцы, чтобы так блефовать.

– Вижу… - сквозь зубы процедила поражённая мамаша.
– Гравировку с гербом Селенских ни с чем не перепутаю. Вряд ли найдётся полоумный, чтобы подделать её. Но откуда?!

– У нас, у крестьянок, - продолжила я давить на обоих Верутти, убирая вежливое обращение, - есть свои секреты. Ни ты, ни твой муж пока не доросли до них. Повторяю свой вопрос. Готовы мериться силой с перстеньком? Итог противостояния мне известен, просто не знаю, где вас лучше хоронить.

Гробовое молчание повисло в комнате. Родители Марко не ожидали такого развития сюжета и элементарно зависли, не в силах вымолвить ни слова. Зато у Марко их было предостаточно.

– А я ведь когда-то любил и почитал вас, - грустно признался он.
– Вы не представляете, насколько тяжело мне далось ваше предательство. Хотел встретиться, объясниться… Безумно хотел! Теперь же, когда представился случай, вдруг ощутил себя свободным. Подавитесь своими титулами и регалиями. Золотом, знатностью и прочим подавитесь! Я отрекаюсь… САМ отрекаюсь от рода Верутти. Быть рядом с женщиной, которой доверяю полностью, с которой разделяю одни и те же ценности, намного важнее.

Да! Анна не родит мне наследника с Даром! Но буду ли я любить её и своё дитя меньше? Никогда. Лучше умереть простым Ищейкой портового городка, чем превратиться в холодную ящерицу. Нет. Такой участи ни себе, ни своей семье не желаю. Какие же вы все убогие… Готовы ради своих интересов лишить сына счастья, а его жену - жизни. Забудьте, что я когда-то хотел снова стать Верутти. В такое дерьмо больше вляпываться не намерен. Пойдём, родная… Здесь нам больше делать нечего.

– Стоять!
– зло воскликнул Луиджи.
– Я тебя не отпускал!

– Ты можешь остановить нас, отец?
– саркастически усмехнулся Марко.
– Попробуй. Но помни, что на кону стоит расположение к тебе императорской семьи. Взвесь за и против, прежде чем отдать приказ своим воинам.

– Я… Нет! Сына у меня больше нет! Совсем! Марко! Это было в последний раз, когда мы разговариваем! Я запрещаю тебе появляться в землях Верутти! На коленях, недостойный, умолять будешь, но я сдержу своё обещание!

– Правильное решение, - спокойно произнёс муж и вышел из комнаты, ведя меня под руку.

Снова идём по роскошным коридорам. Только теперь они у меня ассоциируются не с богатством, а… Словно выбираюсь из склепа. Здесь нет ничего человеческого. Почему-то пришли ассоциации с нищими пропойцами, которых я натравила на бесчестного хозяина гостиницы. Такие же упыри. Просто одни имеют власть и возможности, а другие злятся, что не имеют ничего. Суть же их душонок одна: эгоизм. Хотя… Нищие всё-таки намного человечнее выглядят, пусть и воняют жутко.

Муж после своей пламенной речи снова замкнулся в себе. Понимаю. Такая душевная травма от предательства собственных родителей бесследно пройти не может. Пусть Марко переварит всё в себе. Ему это надо.

Я тоже сталкивалась с подобным, ещё будучи Венерой из другого мира. Очень больно осознавать, что тебя ни в грош не ставят. Что ты не любимый ребёнок, а марионетка. Я тогда долго не могла очухаться, несмотря на стройные логические цепочки в голове. Бывало, просыпалась среди ночи и лупила в бессильной ярости кулаками в стену:

”Мама! Папа! Почему?! Я же ваша дочь, а не собачонка приблудная!” - глотая слёзы, шептала, мысленно обращалась к ним.

А в ответ тишина… Нет родителей. Они очень далеко. Наслаждаются своими фальшивыми идеалами в тёплых странах, вычеркнув меня, как неудавшийся эксперимент, не принёсший прибыли. Жуткое чувство потерянности. Марко сейчас ощутил его сполна.

Вопреки моим опасениям, нас никто не остановил. У входа уже стояла родная карета. Влетев в неё, беспрепятственно покинули вотчину Верутти. Марко продолжает молчать. Мне кажется, или на его щеках видны слёзы?

– Скажи мне, мой отважный муж, - в какой-то момент не выдержала я.
– Как ты мог променять такое великолепие на дурную простолюдинку Анну?

– Не дурную, а неповторимую, - отмер он, посмотрев на меня ТАКИМИ глазами, что забыла, как дышать.
– Анна. Любимая. Всё золото мира не сравнится с тем, когда ты рядом. Считай меня дураком и простофилей, только…

– Только мы всем докажем, - продолжила я, - что семья Ищеек не просто отверженные родителями люди, а сами по себе кое-что стоят.

– Отверженные? Оба? Тебе тоже пришлось пережить подобный удар?

Я молча кивнула, не вдаваясь в подробности. Кивнула и прижалась к мужу.

– Родная, - через какое-то время снова заговорил Марко, не переставая гладить меня по голове.
– Ты мне богом дана. Остальное? Плевать на всех и вся! Рядом с тобой я чувствую себя императором. Нет… Императору подобное счастье даже не снилось.

– Вот, умеешь говорить комплименты, когда захочешь, - произнесла, целуя слегка небритую щёку мужа.