Жена господина Ищейки

– Госпожа Анна, - сочувственно произнесла она, отмерев, - уж если вас так без вина крутит, то давайте маленький стаканчик налью. Только хозяину не говорите.

– Не-на-до, - на выдохе расслабленно произнесла я.
– Это не бо-л-езнь, а упра-ж-нения.

– Никогда не видела.

– Пото-му что тут такого не…

И лишь в этот момент я осознала, что не просто мычу с благодарностями, а веду нормальный разговор. Видя моё очередное безумно-счастливое выражение на лице, Люция от греха подальше поставила на столик поднос с ужином и попятилась к двери.

– Да подожди ты!

– расхохоталась я, наблюдая за служанкой.
– Не буду я тебя душить. Хотя весь белый свет обнять сейчас и очень хочется.

– Ишь ты! Заговорили!
– всплеснула руками Люция, наконец-то тоже поняв, что сейчас произошло.
– А память как? Мозги на место встали?

– Нет, - ещё слегка растягивая слова с непривычки, призналась я.
– Бывает, что-то мелькает в голове, а потом опять словно белый лист. Тебя с Марко и то смутно помню.

– Это всё потому, - завела она привычную пластинку, - что живёте не по-людски.

– Знаю, тётушка Люция. Кара то мне небесная. Предупреждение хорошее получила. Чуть не умерла и, находясь между жизнью и смертью, осознала, насколько жила неправедно. Теперь буду исправляться.

– Исправляться ?
– подозрительно прищурилась старушка.
– Уж не играть ли вздумала с господином Ищейкой, чтобы разомлел да простил? Возле тёплого местечка удержаться думаете?

– Вряд ли он простит. Слишком много всего нехорошего между нами было. Так что понимаю, что скоро останусь одна. А вот у тебя хочу прощения попросить.

– Весь день только этим и занимались!

– И всё же. Не знаю, не помню, чем тебя обидела, но искренне сожалею о своих словах и поступках. Постараюсь больше не поступать скверно. Ну, а если случайно или по недомыслию снова задену, то говори смело. И ещё, тётушка Люция. Ты старше меня, так что называй просто по имени, без «госпожи». Тем более скоро ею быть перестану.

– Не положено хозяевам тыкать, - наставительно произнесла она.
– Коль на службе, то этот… Этикет имей! Да и развод быстро не делается. Сейчас господин Марко только прошение подаст. Потом несколько месяцев разрешение ждать будет. И лишь потом священник ваши узы расторгнуть сможет в той же самой церкви, где и венчались. Так что вы тут долго ещё будете.

Но слова мне ваши по сердцу. Уж простите, пока им не очень верю, но надеюсь, что Господь действительно очистил вашу душу. Поживём, поглядим, а там уж и решать будем. Вы бы сейчас покушали лучше, а не со мной, старой, разговоры вели.

– Обязательно поем. Ну, а поболтать очень хочется после стольких дней безмолвия. И ещё… Тётушка Люция, ты мне столько еды не клади. Давай договоримся, что с утра достаточно немного каши, половинки лепёшки. Чая, кофе или молока стакан. На обед - мяса или птицы, примерно с мой кулак. Зелени всякой и компота. А вот на ужин - только зелень и четвертинка лепёшки. С чаем, конечно.

– Вы ж так с голоду помрёте!

– Выживу, - улыбнулась я.
– Мне нужно не только душу, но и тело от пороков освобождать. Так что помоги мне в этом.

– Ну, в этом деле и помочь не грех, - немного подумав, произнесла Люция.

– Только вы, госпожа Анна, уж лучше б не в комнате своей питались, а как все приличные люди за столом внизу, раз уже здоровы.

– Прекрасная мысль. Так и поступим. Единственное… У меня есть какая-нибудь домашняя одежда? А то неудобно целый день в нарядном платье ходить.

– Нет ничего. Вы ж из себя всегда знатную даму строили, покуда не напьётесь. Поэтому всё только красивое и надевали, - расстроила меня женщина.

– Жаль. А купить можно? Халат или простенькое свободное платьице?

– Купить можно. Только у вас денег нет, а господин Марко больше давать их не собирается.

– А если продать что-то из моих нарядов? Или из драгоценностей?
– внесла я новое предложение.

– Тогда лучше платье продайте. Его быстрее купят. А вот золотишко приберегите до трудных времён.

– Поможешь?

– Завтра же и сделаю. Но… - замялась служанка.
– Надеюсь, вы деньги не прогуляете?

– Не волнуйся. Тем более хочу тебя просить ещё об одной услуге. Подбери мне сама на рынке что-то удобное из одежды. Чтобы без посторонней помощи надеть могла и движений не стесняло. А ещё лучше, если не одну, а пару вещей купишь. Конечно, если денег хватит.

– Вот теперь верю, что вам действительно память отшибло. Да за ваши наряды половину рынка скупить можно. Они ж все из заморских тканей. От персов их везли, поэтому цену немалую имеют.

– Прекрасно, Люция! Значит, я могу на тебя рассчитывать?

– Чего уж там. Рассчитывайте. Только не пожалеть бы мне потом…

– Даю обещание, что никаких гулянок! И можешь хранить остаток денег у себя, если так спокойнее будет.

Но нашим утренним планам не суждено было сбыться. Не успела я после завтрака выбрать наряд, который отправится через рынок к новой хозяйке, как кто-то стал с улицы долбить в дверь. Люция во внутреннем дворике кашеварит, поэтому я решила открыть сама.

На пороге стояла щуплая старушонка и деревянным молоточком на цепочке била по медной пластине на стене. Понятно: местный дверной звонок в действии. Такой не только хозяев разбудит, но и людей на соседней улице.

А бабуля, судя по наряду и огромному количеству украшений, очень непростая.

– Утро доброе, - приветливо улыбнулась я.
– Что вы хотели?

– Господин Ищейка здесь проживает? У меня к нему дело, - тревожной скороговоркой произнесла посетительница.

– К сожалению, муж сейчас в отъезде. Быть может, ему что-нибудь передать?

– Ну не в дверях же, милочка!

– Извините. Конечно же, нет. Милости просим… эээ…

– Ванесса Грема, - правильно поняла она мою заминку.

Мы расположились в гостиной. Люция, увидев, что я самовольно распоряжаюсь посетительницей, слегка нахмурилась, но по кружечке чаю нам принесла.

– Когда приедет господин Ищейка?
– сразу же перешла к делу Ванесса Грема.

– Через несколько дней.

– Плохо… Не успеем поймать вора.

– Какого вора?
– не поняла я.