Жернова

— Что у нас с Лааром? — Магнус развернулся к Тайному советнику Ивару нор Кербази и Министру внешних связей графу Вельфскому. — В своем последнем послании королева Элмера одобряет и поддерживает наше предложение по возведению еще трех швартовочных мачт и эллингов в районе южных предгорий и в одной из провинций на западе — скорее всего — в Джакке. Это радует.

— Любое решение Элмеры — по факту является решением ее супруга принц-консорта Готфрида, которому она любезно присвоила титул короля… — начал Филипп нор Вельф, но император прервал его.

— Не повторяйте всем известное, граф, — то, что властительница Лаара полностью находиться под влиянием мужа в данном случае нам на руку. Это означает, что Красный король явно заинтересован в развитии торговых связей и воздушных пассажирских перевозок и не скрывает этого… Я не прав?

— Вы совершенно правы, Ваше величество, — подтвердил мнение императора Министр внешних связей.

— Однако, в послании… чувствуется некая легкая прохладца, едва заметный сквознячок, так скажем… Что думаете по этому поводу, господа?

— Мне кажется, что этот сквознячок — лишь вполне ожидаемая реакция на нашу сдержанность по поводу «проекта» Элмеры Милостивой касательно брака между вашим наследником принцем Гуннаром и ее дочерью прионсой Илайной… — Озвучивая свою версию, Филипп нор Вельф внимательно следил за выражением лица императора, стараясь уловить малейшие «симптомы недовольства» затронутой темой.

— По всем признакам, Красный король явно не прочь завязать с нами более тесные связи и породниться с династией Крейгов, выдав замуж дочку с дальним прицелом, — поддержал министра Тайный советник. Император усмехнулся, и его холодноватые серые глаза скользнули по стоящей на столе фотографии — молодой мужчина в шлемофоне и летной кожанке в кабине дирижабля. Фотограф сумел поймать тот момент, когда аэронавт улыбнулся, посмотрев через плечо, на миг отвернувшись от приборной панели.

— Возможно, вы правы… Курите, господа, — император сделал приглашающий жест, указав на тяжелый портсигар из черненого серебра и детальной объемной инкрустацией часового механизма. В центре одной из шестерен сверкнул гранью черный бриллиант. Собеседники благодарно кивнули, расслабив напряженные спины.

— Кроме того, — продолжил нор Кербази, — судя по настойчивости его супруги, король Готфрид в курсе, что великий малхаз Ариании Мгер-Камари со своей стороны также выражает заинтересованность в помолвке его малолетней дочери Фрейи с нашим Гуннаром.

— Я не ослышался, господин Тайный советник? — уверенный молодой голос прервал беседу, — меня хотят «забраковать», даже не поинтересовавшись, хочу ли я этого?.. Доброго дня, господа! — В кабинет с насмешливой улыбкой вошел крепкий ясноглазый молодой мужчина с коротким ежиком светлых волос. Широкие плечи обтягивала короткая летная куртка, из-под которой виделась белоснежная рубашка. Сопровождающий его высокий темноволосый парень в легком нараспашку пальто, приветствовал всех, остановившись возле двери. Император с досадой поморщился, глянув на блондина, и раздраженно заметил:

— Гуннар, я запретил врываться ко мне в кабинет без доклада, тем более, когда я провожу совещание.

— И что, Ваше Величество — мне торчать в приемной? Вам ведь должно быть интересно мое мнение по столь важным вопросам… — парень вопросительно изогнул светлую бровь, став вдруг очень похожим на императора.

— По каким важным вопросам, Гуннар… — устало спросил Магнус сына.

— Считаешь мою женитьбу неважным вопросом, отец? Да и какая разница, — все вопросы, которые ты обсуждаешь с Тайным советником и Министром внешних связей — важные, не так ли?

— Угомонись, Гуннар. Можешь резвиться еще года четыре, — твоей будущей невесте едва минуло двенадцать…

Император развернулся к племяннику, стоявшему у дверей: — Герцог, где вы пропадали целые сутки? Герцогиня Мэрезол не давала мне ни минуты покоя, атакуя вопросами, где болтается ее сын.

Серьезное лицо Ларса нор Байли смягчила легкая улыбка, а серебристо-серые глаза блеснули из-под темных бровей. — Прошу прощения, Ваше Величество, — мама бывает весьма утомительной. Я уже перенаправил мощь ее агрессивной заботы на проблемы младших отпрысков…

— Вы не ответили, герцог…

Ларс погасил улыбку, поняв, что сейчас император не в духе и не принимает легкомысленного тона.

— Ваше Величество, отец, — поспешил на помощь кузену Гуннар, — прошу, не делайте вид, что Служба безопасности не поставила вас в известность о наших перемещениях. Мы действительно несколько часов поболтались в гондоле… как две… эээ… две ромашки в проруби…

Магнус нахмурился — он не выносил вульгарности. Ларс выпрямил спину, шагнул ближе к столу совещаний и сдержанно кивнул, подтверждая слова двоюродного брата:

— Ваше величество, мы не собирались задерживаться, но над Тарусским проливом в наши планы вмешался серьезный встречный ветер. Порывы вызвали боковую качку, что привело к небольшой потере газа через клапаны, и техникам пришлось немного повозиться…

— Вы могли сообщить об этом, или вдруг срочно пропала связь? — император вскинул бровь, язвительно взглянув на племянника, — я не ожидал от тебя безответственности, Ларс, — ты всегда серьезно относился к вопросам безопасности…

Ларс, сунув руки глубоко в карманы, опустил взгляд и чуть расслабился — император обратился к нему по имени, значит его гнев его мало-помалу остывает.

— Простите, дядя, — Ларс осторожно перешел на родственное обращение, — мы видели, что ремонт несложный…

— Дело не в ремонте, — ты прекрасно это понимаешь. Вы были без охраны, отменили машину сопровождения и страховочное судно. И я считаю такое поведение в лучшем случае — поздней инфантильностью, в худшем — признаком раннего слабоумия у обоих…

Гуннар, не удержавшись, ухмыльнулся, но сухой тон отца был ему неприятен, — Магнус не шутил.

— Именно так! — потеря разом и наследника империи и его кузена — позор для государства. Кроме того, из-за вас пришлось наказать дежурных офицеров порта и Начальника службы безопасности. Вы играетесь, создавая достойным людям проблемы и губите их карьеру.

Неожиданно для самого себя Ларс с досадой осознал, что нравоучения венценосного дядюшки задели его всерьез — они действительно не думали ни о ком, кроме себя. — Больше этого не повторится, Ваше Величество, — поспешил он ответить, чтобы снизить градус раздражение императора, — вы абсолютно правы — мы болваны…

Однако Ларс умолчал о том, что с починкой справились за пару часов, и никто особо торопился с возвращением на базу. Вернее, не торопился Гуннар, прихватив с собой бутылку отменного купама тридцатилетней выдержки и свежую подругу — баронессу Вальми, что была на десять лет моложе купама. Склонная к романтике и авантюрам, Эмилия, оснащенная пышной грудью и игривыми черными глазами, была очень мила, и бурные ласки в кабине на высоте ее тоже возбуждали. Первые полдня. Затем обилие спиртного, холод и болтанка вызвали у баронессы приступ истерики и тошноты. Гуннар закутал ее в несколько не слишком чистых одеял и уложил на одну из двух коек чтобы дама, неоднократно и с азартом исполнившая свой долг перед наследником Энрадда, не мешалась.