Злодейский путь!.. Том 10

Картина, представшая контрольному бюро и заклинателю ордена РР показалась такой немыслимо-неправильной, что люди замерли, вглядываясь в то, что видят, словно в надежде разглядеть нечто иное, увериться, что им показалось.

Но ничего иного перед их взглядами не возникало. Человек в солдатской форме действительно вгрызался в хрупкое подростковое тело, зубами отрывая от него куски мяса.

— Ты! Прекрати это! — все еще не до конца осознавая происходящее, крикнул один из воинов контрольного бюро.

Солдат не отреагировал на крик, но мгновение спустя замер и стал принюхиваться, поведя головой в сторону застывших перед ним людей. В свете фонаря, что держал один из воинов, все разглядели его пустые глаза, вздувшиеся вены и полностью окрасившийся алым рот. Кровь бежала по шее, скрываясь под нагрудной пластиной. Солдат дернулся и, словно дикий зверь, прыгнул на людей, выставляя вперед изогнутые пальцы. Мгновение спустя он рухнул на землю, разрубленный Гу Феном на две половины. Несмотря на такое состояние, часть солдата с головой и руками продолжила ползти в сторону людей.

— Что это такое?!

Гу Фен вонзил меч прямо в голову солдата. Раздался неприятный хруст, безумец еще разок дернулся и затих.

— Командир, тут еще! — закричал воин в стороне.

— И здесь!

— Цельтесь в голову! — приказал Гу Фен.

Быстро расправившись с целым отрядом, Гу Фен обернулся к воротам и приказал:

— Немедленно уходите из города и запечатайте все ворота! Никто не должен зайти или выйти!

— А как же вы, командир?

— У меня еще остались дела здесь!

— Тогда я пойду с вами! — вызвался один из воинов.

— И я!

Гу Фен поморщился, но спорить не стал.

— Остальные — выполняйте мой приказ! До прибытия командующего Ю больше никто не смеет покидать Кушон!

Этот рассвет над Кушоном тонул в серой дымке. Стоя на крыше пагоды Дун, Шен видел весь город у своих ног: огонь, все еще пожирающий дома на западе; крышу здания магистрата; улицу, ведущую к монастырю, полностью заполненную безумными солдатами. Когда Шен бежал сюда вместе со всеми, он не осознавал, что солдат настолько много. Пока они прорывались сюда, каждый убил не меньше полусотни, но тех, кто остался, оказалось несоизмеримо больше. Словно в честь великого праздника, вся улица была заполнена людьми, последние ряды терялись где-то за домами. Передние ряды ломились в ворота монастыря Дун и наседали на стены, но, благо, оказались слишком глупы, чтобы влезать друг на друга, сооружая живую лестницу.

Спасшиеся в монастыре жители сидели прямо во дворе. Между ними бродили монахи, предлагающие еду и питье. Знакомого настоятеля не было видно, зато по двору сновал монах с сизыми волосами, а вслед за ним хвостиком бегал молодой послушник.

Шен вновь встал на меч и перелетел поближе к воротам, где в воздухе завис старейшина пика Славы. Муан напряженно вглядывался в один из трупов, мешком лежащий на повозке.

— По-моему, он дернулся.

Сердце Шена пропустило удар. Одно дело — несколько тысяч безумных солдат, которых нужно излечить или уничтожить, совсем другое — несколько тысяч безумных солдат, превращающих в зомби всех, кого кусают. Такая зараза могла мором прокатиться по всей стране.

В этом заключается новый хитрый план Админа?

Успокаивает, что в таком случае ему хотя бы нет никакого смысла уничтожать город с помощью печати. Однако на сим позитивные стороны заканчиваются. Из огня да в полымя.

— Может, тебе показалось? — с надеждой произнес Шен.

Словно злая насмешка, как раз после его слов труп резко дернулся и, спрыгнув с повозки, присоединился к толпе. Теперь здесь были не только безумные солдаты, но и очевидно-мертвые.

Заметив движение краем глаза, Шен поднял голову и увидел, что со стороны поднимающейся от пожара дымки летит заклинатель. Спустя минуту можно было рассмотреть в его очертаниях старейшину Лунг Рита. Спустя еще минуту он подлетел к Шену и Муану.

— Старейшины, я рад, что вы в добром здравии, — окинув их взглядом, заявил тот.

— Аналогично, — сухо отозвался Муан. — Где вы были все это время?

Лунг Рит поморщился.

— Закончив со своими точками построения, я собирался продолжить поиски печати секты Хладного пламени, но затем увидел зарево пожара. Я полетел туда, чтобы проверить, что произошло, но потом наткнулся на эти странности в городе. Полагая, что не все смогли закончить свои построения, я решил облететь город и проверить все точки.

— Так значит, вы из нас самый осведомленный и в курсе, что творится в других районах?

— Можно и так сказать, — согласился Лунг. — Эти мертвецы уже повсюду, а контрольное бюро запечатало городские ворота.

— Это обнадеживает, безумцы хотя бы не разбредутся по окрестностям… Но почему вы называете их мертвецами?

— Насколько я могу судить, нечто воздействует на их разум. Это похоже на запретное искусство — яд ку. Вместе с водой или пищей человек проглатывает заколдованных мутировавших паразитов. Пока хозяин-заклинатель не активирует их действие — человека еще можно спасти, но после активации паразиты необратимо повреждают мозг. Так что, как ни прискорбно, все эти люди, — Лунг указал на толпу за воротами, — уже живые мертвецы.

Липкие мурашки пробежали по спине Шена.

— Вы… вы не видели генерала Шуэра?

Лунг Рит покачал головой.

Шуэра вели позади основных сил. Руки его были связаны перед собой, веревка охватывала талию и тянулась к щиколоткам, затрудняя передвижение. Кровь уже не текла по правой руке, коркой застыв в ране. Шуэр поднял голову и посмотрел в черное звездное небо. Где-то там, должно быть, летает Шен. Свободный и несущий ответ только перед самим собой. Впервые великий генерал почувствовал легкую зависть к жизни заклинателей.

— Надеюсь, тебе хватило этого времени, — прошептал он.

К тому времени, как Шуэр вошел в город, передовые силы должны были уже добраться до магистрата. Если у Шена не получилось, самое время Демнамеласу активировать печать.

Построение солдат заволновалось, строй был нарушен, а следом пришли крики. Не веря своим глазам, Шуэр увидел, как солдаты начинают напрыгивать друг на друга и рвать глотки сослуживцам. Спустя миг идущий по правую руку от него солдат зарычал, будто дикий зверь, и, забыв про оружие, попытался дотянуться до шеи Шуэра зубами. Великий генерал увернулся, и обезумевший солдат напал на того, что шел слева. Тот попытался оттолкнуть безумца, но солдат словно прибавил в силе. Не теряя времени, Шуэр потянул из ножен меч, болтающийся на поясе обезумевшего солдата, и перерезал веревки.

Большинство солдат вокруг обезумело, те, что оставались в своем уме, стали защищаться от окружающих, но быстро проигрывали, потому что безумцы напрыгивали со всех сторон, не страшась мечей. Забыв про усталость, Шуэр принял бой, не решив толком, в какую сторону прорываться.

Кто-то уронил фонарь — и пламя тут же ухватилось за сухие доски и полотняный навес. Шуэр рванул туда, надеясь потушить охватывающий лавку огонь, но, пока прорывался, его попытки стали бесполезными — меньше чем за минуту лавка вспыхнула целиком, а разгорающийся пожар перепрыгнул на соседнее здание. Теперь сил одного человека не хватит, чтобы противостоять пламени.