Знахарь

– Колываниха скинула дар. Скорее всего возле неё кто-то крутился не так давно. Может быть какая-нибудь молодая девчонка или не молодая, но доверенная? Просто так силу тоже не передашь, требуется соблюсти несколько условий, тем паче дура с улицы её тоже не примет, надо обладать какими-никами зачатками для подобного. Я так думаю, что залётные господа в основном контактировали не с ведьмой, а с её приемницей. Трофимыч, можешь тряхануть связями?

– Не надо ничем трясти, - отмерев, хрипло пророкотал казак. – Догадываюсь я, кому старуха могла передать дар. Маккхал, помнишь ряженую?
– Кавказец смежил веки. – Так…

Протарабанив пальцами по столу, Трофимыч повернулся к Владимиру:

– Ты где остановился?

– Снял номер на сутки тут неподалёку.

– Ясно, будь на связи, твой телефон у меня есть, а нам надо кое-куда наведаться.

Оставив деньги на столе, Трофимыч с Маккхалом степенно, внешне неторопливо вышли из кафе и запрыгнули в припаркованный на стоянке неприметный автомобильчик.

– Дурак ты, Трофимыч, - качнул головой Владимир на столь явное недоверие к го персоне.

Нет, к словам и выводам Огнёва старый казак прислушался и принял их за аксиому, не требующую доказательств, а действовать решил самостоятельно, не привлекая лишних людей. Ох, темнит Трофимыч, как бы ему это боком не вышло.

Мобильный телефон зашёлся в трясучке входящего вызова ближе к одиннадцати вечера. На экране устройства высветился номер Трофимыча.

– Это Маккхал звоныт, - гортанно поведала трубка голосом кавказского кореша казака. – Горэлого подстрэлыли. Он в госпиталэ. Подъезжай по ызвэстному адрэсу.

Известный адрес. Владимир ненадолго задумался, какой адрес имел в виду Маккхал. Хм-м, из всех адресов Харбина лучше всего он знает только один.

Таксист высадил Владимира примерно за километр от дома ведьмы. Остальной путь он проделал пешочком и под отводам глаз, да и такси вызывал не от гостиницы, а от «левого» кафе, расположенного в пяти сотнях метров дальше по улице. Побрызгав на одежду коньяком и прикрыв лицо шарфом, Владимир создал вид несколько подзагулявшего товарища, едущего то ли домой, то ли на свиданку с дамой сердца, главное, что ничего лишнего или запоминающегося таксист о нём сообщить не сможет. Зачем такие сложности, спросят некоторые, затем, что обстоятельства сложиться могут по-разному и лишние проблемы Владимиру ни к чему.

Перед самым домом ведьмы Владимир на несколько мгновений вышел на свет и тут же растворился в тени.

– Здэся я, - раздалось из сумрака, ожидающий Огнёва горец повторил его манёвр. – Пошлы. Дом на концэ улыцы, тута ныкого нэт.

В жарко натопленной хате обнаружились искомая старуха, молодая быстроглазая девица, крашеная под жгучую брюнетку и связанный по рукам и ногам мужчина с примесью восточной крови. Старуха и молодуха тоже щеголяли кляпами во ртах с крепкими пеньковыми украшениями на руках и ногах. От девчонки на милю окрест разило скверной, свившей гнездо в центре её живота, там, где пару-тройку недель назад или чуть больше находился вытравленный плод. Владимира аж передёрнуло от отвращения и затопившей душу ненависти. От застившей глаза красной пелены его освободила стальная хватка Маккхала, успевшего перехватить руку с зажатым в ней ножом. Не останови его горец, Владимир бы без всякой жалости расправился с девчонкой.

– Ти чыто?! – прорычал Маккхал.

– Можешь отпустить, я спокоен, - тряхнул головой Владимир, пнув девицу по ногам. – Эта тварь расплатилась за проклятый дар нерождённой душой собственного ребёнка.

Маккхал резко повернулся к молодухе. От горца повеяло такой жутью, что казалось ничто не удержит его от расправы, но старый ветеран сумел взять себя в руки.

– Мразь, - выплюнул Маккхал, присовокупив несколько непечатных выражений на родном языке.

– А это кто? – Владимир попинал метиса.

Оказалось, что пленник принадлежал к утекшей за кордон группе. Из-за ранения он остался в Харбине и залёг на дно, не придумав ничего лучше, чем отлежаться несколько дней и заявиться к мелкой твари в тот момент, когда к ней решили наведаться Трофимыч со товарищем. Обычная случайность. Звёзды сошлись, так сказать, у самой калитки. Короткая потасовка завершилась победой старых друзей, повязавших ведьмино отродье и её гостя. Правда не без потерь. В самом конце быстротечной схватки метис успел откуда-то выхватить маленький пистолет и всадить в Трофимыча две пули. Одна из них навылет прошила мякоть бедра, вторая впилась в левое плечо. На этом соревнование кистеней и огнестрела завершилось. Выглянувшая из-за двери девчонка также схлопотала свинцовой битой по голове, но не смертельно. После чего Трофимыч сам вызвал скорую помощь, отдав телефон Маккхалу, тот же споро скрутил бесчувственные тела, закинул их в машину и покинул место происшествия. Почему «старики» пошли на дело вдвоём так и осталось за кадром. Как подозревал Владимир и как подтвердилось чуть позже не всё было гладко в «Датском королевстве».

– Что это? – спросил Владимир, принимая из рук Маккхала пачку фотографий, сделанных на аппарате моментального фото.

На одной из карточек оказался изображён сам Маккхал, на второй красовался Трофимыч, на остальной дюжине снимков незнакомые Огнёву люди.

– У нэё в сумочке обнаружыл, - указал Маккхал перстом на источающую ненависть девицу.

– Где-то течёт у вас со страшной силой, - резюмировал Владимир. От бабки и девицы полыхнуло высокомерным пренебрежением. По-другому интерпретировать выражения на лицах с кляпами во ртах не получалось. Изображающий мумию мужик по-прежнему показывал потерю сознания, интенсивно грея уши. – Не иначе. А эта девушка на фото, - Огнёв повернул одну из фотографий Маккхалу, - кем тебе приходится?

– Дочь, - сверкнул глазами горец.

– Зачем тебе эти фотографии? – присев перед молодухой, Владимир освободил её от кляпа.

– А ты как думаешь? – оскалилась девица, ошпаривая парня взглядом.

– Я задал вопрос.

– Да пошёл ты! А!

Несколько длинных игл, незаметно извлечённых из пенала, вошли в точно предназначенные им места. Молодуха захлебнулась в беззвучном крике боли.

– Подумай над своим поведением, - посоветовал Владимир, оборачиваясь к пленнику. – Погрел уши, хватит! Маккхал, переверни его, пожалуйста.

Горец с трудом оторвал взгляд от извивающейся от боли девушки и сделал всё, как ему указывал молодой парень.

– Предлагаю отвечать на наши вопросы, - поиграл иглой Владимир, - разглядывая метиса с интересом энтомолога, нашедшего новый, неизвестный науке вид насекомого. – Поймите, я всё равно добьюсь желаемого, сопротивляетесь вы или нет, добровольно или под нажимом, но вы расскажете правду, только прелюдия к откровенности может быть разная, понимаете?

Крутанув ещё раз иглу, Огнёв вернулся к девице, убрав одну из иголок:

– Помнится я задал вопрос.

– Иди на…

Игла вернулась на место. Постояв над пленницей, Владимир вогнал в её тело ещё несколько игл.

– Я ей на время заблокировал дар, - сообщил он окружающим, - посмотрим, как она сопротивляется без помощи скверны. Господин в пеньковых верёвках, что вы надумали? Ой, что это я, Маккхал, не мог ли ты быть столь любезен и освободить нашего друга от кляпа.

Добровольно сотрудничать закордонный засланец отказался, сломавшись через несколько минут интенсивного допроса, подкрепляемого иглоукалыванием, причём Владимиру даже в голову не пришло стерилизовать уже не единожды использованные «инструменты», впрочем, он и без них несколько раз тыкал по болевым точкам, подталкивая пленника на откровенность.

– Вы мертвецы, - выдал тот под нажимом.

– Все мы когда-нибудь умрём? – криво усмехнулся Владимир.

– Вы сдохнете! – выплюнул метис.

– А вот теперь прошу поподробней! – с головой окунаясь в опыт Ведагора, Владимир по-хитрому перехватил ладонь пленника и начал выкручивать тому руку и так притянутую к телу верёвкой, от чего у метиса сложилось впечатление будто конечность вот-вот оторвут с корнем и мясом. Не в силах сдержать боль, мужчина заорал во всю мощь лёгких.

Откровения полились из пленника куда охотней, чем до экзекуции. Если коротко, одним из заданий группы было распыление в Харбине и его окрестностях питательного раствора, который им ещё мелкая сучка на моровое поветрие дополнительно заговорила. Старая ведьма, оказывается, не первый десяток лет получала деньги из-за рубежа, молодая преемница решила от неё не отставать. Старуха оказалась совсем не без греха, отправив в могилу несколько государственных чиновников, за что ей реально могли намазать лоб зелёнкой. Но никому в здравом уме и памяти в голову не могло прийти, что кто-то решится воспользоваться услугами потусторонних сил в шпионских играх, тем более под самым носом у противника. А в городе группу прикрывала одна чиновница из силовых структур, некогда взятая за цугундер за тайную страсть к блестящим побрякушкам и молодым мальчикам. Жаль пришлось обрывать концы.