Зона сдвига

Даже биться головой о скалу толку было бы больше. Почти потеряв над собой контроль, в порыве бессилия я чуть не сказал, что мы остановим все поставки, если они не освободят людей.

Но это было бы совсем глупо — Ден вернулся бы в город один, а меня убили бы и сбросили бы тело в эту бездонную дыру, которая сейчас была подо мной под стеклянным полом.

— Может быть пришло время новых договоренностей? — я сделал последний и очень рискованный шаг

У дроман не было бровей, но если бы они были, они, наверное, поползли бы вверх от удивления подобной наглостью.

— Равен, возможно ты не чувствуешь ту грань, за которую нельзя переходить, хоть и не выглядишь глупцом. Конечно, мы можем пересмотреть соглашения, но вряд-ли новый вариант понравится людям, — дроман расправил пальцы с когтями более похожими на лезвия.

— Чувствую, — предупреждение и угроза были прямыми, но отступать уже не имело смысла, — Я просто хочу вернуть своих людей. Я отвечаю за них и это моя оплошность.

— Больше нам не о чем сейчас говорить. За твои оплошности пусть тебя наказывает Совет. Впрочем, мы тоже можем сделать это если потребуется. Наш разговор вдвойне бессмысленный если учесть, что ваши люди скорее всего уже мертвы.

Я встал.

Человек предполагает, а Бог располагает. Отоа, как ты сказал однажды… «Есть дороги с которых нельзя свернуть»?

Да, есть такие дороги. И это дорога к себе.

* * *

— Мне будет нужна твоя помощь.

Что-то с моей интонацией было не так, потому что Аиша испуганно посмотрела на меня.

— Только не проси ничего сейчас тебе объяснять — я все равно не смогу этого сделать, — это первой что я сказал как только мы остались с ней вдвоём.

Аиша была единственным человеком кому я буду вынужден довериться и, пожалуй, она стала для меня сейчас единственны человеком которому я хотел довериться. Когда я закончу ритуал она всё узнает первой, но сейчас ей нужно будет просто помочь мне вслепую.

— Макс, ты меня пугаешь, — она забылась и взяла меня за руку.

Я осторожно освободил руку, написал на листке цифры даты и координаты нашей с Танго пещеры и положил перед ней:

— В этот день — не раньше, именно в этот — ты возьмешь коптер и переносное оборудование которое может потребоваться для реанимации. Все что сможешь взять — бери, всё что увеличит шанс на положительный исход — бери не задумываясь. Ты должна прилететь одна. Это важно — ты должна прилететь одна.

Она смотрела на меня остановившимся взглядом.

— Завтра я улечу и не появлюсь очень долго. Не пугайся, всё будет хорошо. Ты просто должна пообещать несколько вещей. Не прилетать до этой даты, никому не говорить о том, что можешь знать где я и что со мной случилось, и прилететь одна когда придет нужный день. И еще — пообещать не бояться за меня.

Кажется, она хотела протестовать, но сдержалась.

— Я обещаю, — голос её был очень тихим.

Я не удержался притянул её к себе и коснулся губами её глаз. Не нужно было этого делать, но всё случилось будто против моей воли.

Странное чувство — я будто прощался с ней навсегда.

Еще нужно было посетить японца и тоже получить от него одно обещание — обещание не прилетать в нашу пещеру до моего возвращения, не прилетать чтобы не случилось.

Кажется, я все приготовил для ритуала. И, кажется, пути назад уже не было.

Выжить бы.

* * *

До темноты оставалось два часа — для моего плана это было наиболее подходящим временем суток. С самим планом возникла заминка — задача захватить живого дроман изначально выглядевшая нелегкой, после некоторых размышлений стала казаться совершенно невозможной.

Я не представлял себе как вообще возможно существо в десять раз быстрее и во столько же раз сильнее довести до состояния при котором я смог бы просто подойти к нему и остаться после этого в живых. Любой из его ударов или укус очевидно был бы для меня смертельным. А мне нужно было не только подобраться к нему но и каким-то образом транспортировать до места, где должен был пройти сам Ритуал.

В конце концов я придумал план, который был бы неплох, если бы у него не было массы недостатков. И одним из самых серьёзных недостатков было, то что скорее всего у меня будет лишь одна попытка.

Суть моей рискованной идеи заключалась в том, чтобы найти одинокого дроман и попасть в него крюком гарпунной пушки. Затем быстро поднявшись на большую высоту долететь до пещеры, на террасе которой я планировал заранее вбить в землю много мощных заостренных стальных прутьев, и сбросить тело на них. Я надеялся что после падения на стальные шипы эта тварь как раз и окажется в нужном мне состоянии — живой, но безопасной.

План был сложным, рискованным и с массой причин плохо закончиться… но другого у меня не было.

Двадцать — с запасом — огромных крюков наподобие тех, что я видел в каком-то фильме про охотников на китов, я заказал на производстве. К счастью мой статус позволял заказывать такие вещи без ненужных объяснений. Там же я поручил изготовить и пятьдесят острых стальных штырей. Я отдавал себе отчет в том, что как бы не разворачивались события во время охоты на дроман — незаметно это сделать я скорее всего уже не смогу. Судя по прошлому случаю пропавших своих соплеменников они ищут сразу. Поскольку я должен был исчезнуть на длительный срок, то, очевидно, что все подозрения были бы направлены в мою сторону.

Возможно гораздо более хороший план лежал где-то рядом, на поверхности, но я его не увидел. А медлить я не хотел.

Два полных дня от рассвета и до заката я готовился: устанавливал колья в предварительно сделанные лазером в скале отверстия, тренировался точно попадать гарпуном в мишень и выискивал на карте места где можно было найти дроман бродящего в одиночку. Я как будто готовился к своей последней битве и при этом не верил что смогу в ней победить.

У меня всегда были проблемы с верой — худший вариант мне всегда казался более вероятным.

Еще я очень плотно ел… Мысль о месяце, который мне предстояло провести в коме, на каменном полу пещеры приводила меня в душевный трепет. Желание максимально плотно напитать организм калориями было почти бессознательным — я будто боялся, что какой-нибудь сотни калорий, которую я поленюсь употребить сейчас, мне не хватит для выживания.

Последняя ночь перед «охотой» была тяжелой. Я сначала долго не мог заставить себя лечь спать, час за часом высиживая через костром на террасе, глядя на Гнездо через лес из копий, сооруженный мною. Копья, как будто молчаливые воины терпеливо ждали свою жертву. Потом я все же лег и половину ночи ворочался, мучимый ночными кошмарами. Мне снилось как тысячи дроман на улицах Нью-Йорка своими длинными когтями рвут на части людей, людей которые пытаются как-то спрятаться, забежать в здания. Пытаются, но не могут — все двери закрыты. И реки крови текущей по тротуарам.