Зов
Шрифт:
9. ИРРЕАЛЬНОСТЬ И РЕАЛЬНОСТЬ
– Лю, – громкое пиканье медицинских приборов будто увязло в густом тумане, тягучем как кисель, – Лю, – голос продолжал звать её в вязкой тишине, – Фини, – чуть громче и настойчивее.
«Фини? Я же в коме, кто меня может так звать?»
Глаза на удивление легко открылись. Над горизонтом в фиолетовой дымке облаков висели два закатных солнца.
– Я опять здесь? – дышалось легко, но голова уже не кружилась.
– Ты возвращалась в тот мир? – в его голосе не чувствовалось удивления.
– Как это возможно?
–
– То есть я их клонирую и там сейчас мой клон? – это было какое-то ужасное ощущение для неё, даже мерзкое.
– Нет, Лю, – он наклонился вперед и подтянул её к себе, прижав спиной к своей груди, – Там существует уже совсем другая женщина с таким же именем, но совсем другой жизнью, совсем другой историей.
– Но я была там! В своем теле! Я слышала ТВОЁ имя. И Мигель. Он тоже был там… – было тяжело сосредоточиться на мыслях, когда его дыхание стало так близко.
– МЕНЯ там уже нет, Фини. И это создало определенные проблемы для меня лично и для нас в целом, – в его голосе была усталая грусть, но ни грамма упрека или злости, – И ТЕБЯ там уже нет. Прими это. Ты здесь и сейчас.
– Я умерла?... – вздрогнула она.
Она почувствовала, как он слишком глубоко вздохнул и это пугало даже больше, чем затянувшееся молчание.
– Нет, Фини. Это не смерть. Это возрождение. Я не уверен, что это произошло вовремя. Но даже не мне об этом судить. Если на это была воля великих Богов и Драконов, то значит так.
– Кто они, эти боги?
– Это ОНИ создали тебя для этой войны. Потому что ты преломишь ход мироздания. Но, моя бы воля... я бы спрятал тебя в прекрасных Чертогах Изандзула, – он прижал её ближе к себе, прижавшись губами к её затылку, – Ты создание не для войны, а для любви.
– Ким, – она обхватила его руки, – Не отпускай меня… Не отдавай меня… Я не хочу ни за кого воевать. Я не умею воевать.
...Оба солнца уже скрылись за горизонтом, и над ними раскинулась бескрайняя звездная пыль миров.
«Почему она?..., – думал Ким, глядя на беспокойный сон девушки. Девушки, на которую обрушилось тяжелое бремя не её ответственности, не её войны. Она всего лишь оружие, которое спрятали на маленькой планете маленького каменного мира. Она не знает всего, что происходит и что должно произойти, и он не может рассказать ей. Чёрт, почему так? Её перемелют в жерновах этой войны. Войны за что? За кого? Во имя чего? Во имя обладания еще одним каменистым кусочком мира? И это те, кто осудил его на вечное заточение за жажду власти и жестокость…
Как долго он еще сможет оберегать её? Границы его тюрьмы нарушены, и грядущее наказание лишь вопрос времени».
Где-то недалеко замелькали яркие молнии, хотя небо было предельно ясным и безоблачным. Как знать, возможно, на этой планете никогда и не было облаков… На холме перед ними показалась невысокая фигура и исчезла в тени.
– Чёрт… Вот и местные жители объявились, – не успел он встать, как перед ним появилась тень с посохом в руках и скрытая капюшоном.
– Приветствую тебя, Дракон-Хранитель. Аль-граде ком деличитес, ма’айе тон, – тихим шепотом прошелестел капюшон.
– Аль-граде, ком паар’йе, – приветствие на давно забытом им первородном языке, мёдом легло на душу и заставило сердце биться в разы чаще, – Твой лесной акцент Великого языка, Ведьма, как всегда выдаёт тебя.
– Узнал меня всё-таки, древний ящер! – разлилась звонким смехом ведьма, скидывая капюшон.
– От тебя несло дикими травами еще на расстоянии удара молний.
– Это она? – ведьма приподняла плед посохом, но он перехватил его и отодвинул, – Так и думала, что Феникс будет также прекрасна, как и опасна. Глупые людишки из его любимого мира, наверняка не ценили такое сокровище, – пробормотала под нос она, – Надеюсь, ты не успел быть её очарован полностью?
Ким, сжав зубы, уже с нескрываемым холодом, не сводил глаз с рыжеволосой ведьмы.
– Кай читта альстратэ! – наконец произнес он.
– Нет, мой дорогой и великий Дракон! – грустно рассмеялась она вновь, – Не угрожай мне, – она щелкнула посохом по его широким металлическим браслетам на предплечьях, – Тебе осталось недолго быть на свободе и тем более с ней! – она повысила голос, но тут же прильнула к нему и вкрадчиво зашептала на ухо, – Но я могу дать время, которого у тебя совсем нет. Ты же хочешь быть с ней? Она не даёт тебе даже заснуть, правда? Я чувствую этот огонь…
Он молчал, прищурив глаза.
– Признайся, ты ведь пытался сделать её своей? И она не отказала тебе?
Дракон зарычал.
– О, злые боги, НЕТ, она не тронута драконьим пламенем… Значит ОНИ спустили с цепей всех своих химер и исчадий, помешав вам… А ведь она осталась сладким медом на твоих губах, признайся? СЕБЕ признайся!!!
– Замолчи, ведьма, пока я не вырвал твой язык, – прошипел Ким.
– А что ты хотел?! Я предлагала тебе помощь, а ты испугался как щенок! Посмотри на неё! Она огненный цветок! И ты отдашь её?! А ведь такого цветка не найдешь во всём Изандзуле, правда ведь? – её голос будто закрадывался в самые потаенные уголки его души.
– Не смей!
– Ким, кажется, так тебя звали в невзрачной каменной обители Терры? Ты забываешь, кто я, Ким! Мы с тобой одного поля ягоды, сын Великих Драконов. Но наши пути не должны были никогда пересекаться. Я, Yauh, дочь Вия, никогда не была предназначена тебе! – она прижалась к его груди и он слышал стук её сердца в дыхании. Воспоминания нахлынули как тихая волна океана.
. . .
Земля Великих Туров всколыхнулась под тяжелыми лапами, покрытыми шипами. Но ни один лепесток на Лиловом поле не был опален огненным жаром, который источал этот монстр.
– Я же тебе сказала, не возвращаться сюда, ящер, – среди раскинувшегося бескрайнего лилового моря, спиной к монстру стояла юная ведьма.
Небольшой огненный шар, быстро вращающийся над её ладонями, начал расти, наполняясь её магией. Развернувшись, она бросила его в сторону дракона, который уже принял людское обличье. Он рассмеялся и поймал огонь.
– Уже лучше, ведьма, – пламя в его руках рассыпалось на мелкие искры, которые он вдохнул в себя, – Но тебе надо осваивать иные стихии, чтобы хотя бы попытаться оттолкнуть меня.