Зоя

– Если я перестану вытаскивать из тебя по фразе, мне станет легче понять картину.

– Боюсь, тебе не понравится мой рассказ, - я устало вздохнула.

– А ты попытайся, - настаивал Тим.

Мои ноги отекли. Стоять в тени комфортно лишь для головы. Я поискала свободную лавку и направилась в ту сторону. Тимофей последовал за мной.

– Зоя, ты меня пугаешь? – мы сели. Я уставилась на свои ноги.

– Да ничего криминального нет, - с лёгким смешком выдала я, - просто твоего брата следовало проучить.

– Подробнее, - настойчиво попросил Тим. Я повернулась к нему лицом и улыбнулась.

– Главное, чтобы ты мне доверял.

– Я тебе полностью доверяю. В этом можешь не сомневаться, - твёрдо ответил Тимофей, - когда я знаю, что ты искренне ко мне относишься, всё остальное не имеет значения, но только в рамках разумного разумеется.

– Даня после разрыва меня напрягал, Женя вмешался и немного спас меня, освобождая от работы с деспотичным боссом на час раньше. Мы скрылись в кафе под видом встречи с клиентом, - рассказывала я.

– Тут Женю можно похвалить.

– Ага, только потом магическим образом активизировалась его встроенная функция – соблазнить девушку. Я-то ещё не перешла в список «Отработанный материал», - я скривилась, - как мерзко прозвучало!

Тим тоже отреагировал также.

– И что ты решила предпринять? – с опаской спросил он, уже понимая, что я не выбираю простых путей. Хотя мне подобный способ отшивания Жени показался самым оптимальным.

– Мы поехали к нему домой. Там я притворилась, что готова исправить ту ошибку, что допустила ранее и позволила Жене приблизиться немного ближе.

– Насколько? – голос Тимофея стал звучать очень глухо. Я не знала, что это так заденет его. Мои губы предательски задрожали на пару мгновений, но я быстро взяла себя в руки.

– Поцелуй, - ответила я. Тим отвернулся. Я не хотела делать ему больно, но такие как Женя по-другому не понимали.

– И что потом?

– Я выдала речь, что он третий в списке, и наверное, это бьёт по самолюбию, но как-то с этим ведь можно жить, - мои щёки покраснели, хотя я до сих пор считаю, что этот ход был крутым.

Тим долго размышлял. Я боялась взять его за руку или попытаться оправдаться, ведь никакой проблемы не вижу в этой ситуации. Тем более, тогда мы с Тимофеем не были парой. Я как свободная девушка могла целоваться без обязательств.

– Тогда брат уже встречался с Машей, - задумчиво проговорил Тим, - поэтому он просит тебя молчать.

– Да, - подтвердила я, - и для меня это снова ужасная ситуация, ведь истинная любовь, как ты выразился, не может допускать подобные промахи.

– Эго брата – отдельный организм, - Тим продолжал хмуриться, а я начинала бояться, - но ты очень стратегически подошла к вопросу. Я не одобряю твой метод, - он повернулся ко мне, уже сдвиг, - но, если это подействовало, значит не зря.

Хороший вывод, но не хватает твёрдости в его голосе, будто Тим ещё сомневается.

– Женя тут же меня прогнал, - добавила я, как аргумент.

– Поэтому брат говорил, что ты хитрый стратег, но я чувствую твою искренность, - Тимофей сжал мою руку, - спасибо за честность, теперь я понимаю ситуацию лучше. Хуже, если бы ты попыталась скрыть правду.

– Зачем? – удивилась я, - ты будешь в курсе всех моментов, касающихся меня.

И на этом мы закончили этот непростой разговор, хотя в душе остался неприятный осадок. Я понимаю, что эго Жени огромное, но Тим также обладал мужским самолюбием, и оно сегодня было задето. Мысль, что мы целовались с его братом, с трудом сочеталась с нашими зарождающимися чувствами.

В кофейне нам упаковали небольшой тортик, и мы отправились к Жене. Хозяин дома встречал нас с широченной улыбкой. Какой странный персонаж! Ни капли совести! Я с трудом напустила спокойный вид, будто мы пару раз виделись. Маша тоже улыбалась очень неестественно.

Женя принёс чашки с чаем. Маша разрезала тортик. Какая у нас идиллия! Тим включил ненавязчивую музыку. Я не знаю, куда себя деть в этой компании. Пришлось идти к окну и просто рассматривать прохожих.

– Неловкая ситуация сложилась между нами, - осторожно начала Маша, - но стоит двигаться дальше.

Я повернулась к ним лицом.

– Двигаемся, - я не смогла спрятать колкость в голосе. Абсурд то, что мы тут пытаемся изобразить.

– У нас с Тимофеем непростая история, поэтому мы навсегда останемся близкими людьми, - последовало новое странное признание от Маши. Уж не знаю, как я смогу это терпеть, но время покажет.

Я вернулась к столу и заняла место на диване рядом с Тимофеем. Он с благодарностью на меня посмотрел.

– У вас с Женей тоже непростая история, - не унималась я.

– Зоя, я всё понимаю, - с нажимом говорила Маша, - тебе, возможно, не совсем комфортно, но стоит всем нам дать шанс.

Женя буравил меня взглядом. Ясно, что он надеялся на большую покладистость с моей стороны. Только с чего это вдруг?

– Ладно, ребята, - выдала я, - говорите реальную причину этой встречи.

В огромной комнате повисла тишина. Все смотрели на меня странными глазами. А что они хотели? Чтобы я играла в драматическом кружке?

– Для начала попьём чай с тортом, - вставил Женя.

Маша начала суетиться и подавать всем блюдца. Я из вежливости взяла свою порцию, хотя признаться честно уже собиралась уходить. Я не хочу дружить с этой парой. Мне это абсолютно не интересно.

Я поколупала свой кусочек торта ложкой, сделала для приличия пару глотков чая и всё поставила на столик. Тим помешивал сахар монотонно так, будто раздумывал над чем-то.

Внезапно взгляд Маши упал на блокнот с рисунками Жени, который он ещё недавно просто отложил, пытаясь захватить меня в свои объятия. Я в замедленной съемке наблюдала, как она перелистывает страницы. Возникло желание просто отобрать этот блокнот. Женя стоял ближе к Маше, но не придал значения этому простому с первого взгляда моменту. И тут Маша доходит до моего портрета.

– Женя, ты рисовал Зою? Очень похоже, - изумлённо говорила она. Тим тоже заинтересовался. Маша протянула ему блокнот, и они вместе высказались.

– У Зои красивое правильной формы лицо, - осторожно объяснял Женя, - у меня было вдохновение.

Но Маша на этом не остановилась. Она перелистнула дальше, и тут уж мерзкие мурашки заселили мою спину.

– Это автопортрет? – не осознавая того топила меня Маша. Тимофей бросил нахмуренный взгляд на подпись в углу рисунка, которую я так беспечно оставила сама.