Звезда по имени...

Худая, худая, как жердь. Женственности ноль. Единственный плюс — талия, на ее фоне откуда то вылезли бедра, а небольшая грудь смотрится чуть больше.

Поправив в последний раз платье, отошла от зеркала на пару шагов.

В целом образ неплох. Уверенная в себе молодая аристократка. Хотя все же высокомерное выражение на чуть детском лице смотрится странно, а в купе с глазами, в которых напрочь отсутствует подростковый максимализм и оптимизм, вообще жутковато. Но… неплохо. Эдакая голубовато-серебристая статуэтка, далекая и недосягаемая. То что нужно, особенно для встречи с тетушкой.

Ах, тетушка!

Мысленно потерев ладони, взглянула на новенький браслет. Ровно тридцать минут. И где же Рауш? Где он опять пропадает!?

В последнее время события наскакивали друг на друга как бешеные зайцы, и у меня просто не было свободного времени, чтобы спокойно поговорить со своей нянькой и решить накопившиеся вопросы, коих набралось очень и очень много. Я конечно понимала, что он занят не только службой безопасности, но и курирует часть финансовых потоков, а это действительно большой объем работ, и у него элементарно не хватает времени на мои капризы и мое сопровождение. Исключением был оборот, когда я только входила в курс дела, когда я тонула в новой для себя информации, и даже память Катраэлы была для меня слабым подспорьем. Тогда Рауш сопровождал меня круглосуточно. Я засыпала под его дыхание и просыпалась под его бубнеж. Я привыкла к нему, и как бы это не двусмысленно звучало, сейчас мне этого очень не хватало.

В последние дни он постоянно занят, его нет, и потому мне казалось, что он элементарно меня избегает. Эта тенденция началась после помолвки. Вот, был Рауш, в любом виде, в шаговой доступности или в информационной, а вот его нет. Ни так, ни эдак. Возможно я чего-то не понимаю, и не знаю элементарных вещей, возможно это какие-то местные традиции, раз появился жених, то часть "ответственности" перекладывается на него, а возможно что-то другое. Но я так привыкла, когда моя нянька рядом. Всего каких-то пятьдесят два дня и он стал для меня жизненно необходим.

Браслет запиликал. Не задумываясь, нажала кнопку приема. Рауш.

— Светлейшая? К сожалению не смогу Вас провести на завтрак, — заметив мои поджавшиеся в недовольстве губы, Рауш заговорил быстрее, — Светлейшая Касмина. Она уже минут пятнадцать пытается связаться с неопознанным номером. Это может быть важно.

Я медленно кивнула. Все верно, это может быть важно, а может и не очень, но лучше перестраховаться. Зная ее амбиции и совершенно не зная мыслей, на своей территории эту даму лучше держать под колпаком.

— Надеюсь ты будешь присутствовать на завтраке?

— Да. Прошу прощения, светлейшая.

Я кивнула, и Рауш отключился.

С телохранителем все более-менее понятно, а вот где прохлаждается жених?

Я бросила мимолетный взгляд на окно. Темень и периодически бьющиеся о стекло ветки, с силой прижимаемые к прозрачной поверхности. Мерзопакостная погода. Ветер не стихает второй день, а судя по тому, что мне удалось вспомнить, сезон ветров продлится еще дней двадцать, а может и чуть больше. Сейчас планета находилась на минимальной точке удаленности от двух оранжевых светил. Все три солнца действовали на планету разрушающе, создавая сильнейшие ветра и меняя давление. Раньше, раз в двадцать пять оборотов, погода полностью сносила таурианские поселения, пока не были придуманы сверхпрочные материалы, готовые выдержать и ветер, и все остальное.

Таурия интересный мир, суровый. Человек с проблемным здоровьем тут бы точно не выжил, особенно гипертоники и гипотоники. Остальные же худо-бедно могли бы находиться тут в спокойные 24 цикла, а в двадцать пятый, когда планета приближается к близнецам и удаляется от них, это было бы смерти подобно. Кровотечения из глаз и ушей были бы первыми признаками приближающейся тяжелой смерти.

Перед глазами внезапно возник джати. Здоровяк Лои, умерший именно так. Как будто мой визг вошел в диссонанс с его организмом, и тот не выдержав, начал… взрываться?

Не знаю.

Я поежилась и качнула головой.

Пока готовилась к завтраку, просмотрела отчет о вскрытии тела. Там действительно были микро взрывы. По какой-то странной прихоти, разорвались некоторые внутренние органы, последним не выдержало сердце. Сухие данные, разбавляемые красочными голограммами, на которые я старалась особо не смотреть, и вывод в конце. Забавный, особенно для меня. "Применено неизвестное оружие, действующее на высоких частотах".

Вот так Лил. Ты теперь "неизвестное оружие". Была оперной певицей, была аристократкой, стала оружием. И почему то я более чем уверена, что для кое-кого "неизвестное" таковым уже не является. Странно, конечно, что они до сих пор молчат.

— Светлейшая?

Один из охраны придерживал дверь, пока я в задумчивости разглядывала стену напротив. Ровно окрашенная светло-фиолетовым, без барельефов и изысков, казалось бы, что там смотреть? Но я отвлеклась, перебирая в уме последние данные, а охранник, видимо уставший стоять в неудобной позе, решил напомнить. Зря.

Приподняв бровь, медленно осмотрела военного, начиная с кончиков массивных ботинок, заканчивая кончиками коротких волос, не забыв уделить внимание нашивкам на рукаве и выражению лица. Не мой. Мои за почти два оборота привыкли ко всему, а потому молчали, пока не спросят или пока не случится что-нибудь сверхважное, и держали лицо. Наверное даже лучше чем я. У этого же едва заметно проскальзывало нетерпение, что недопустимо для охраны.

Уставившись в глаза подчиненного Дариуса, чуть наклонила голову, побуждая того действовать. Мужчина кинул взгляд поверх моей головы на второго охранника и подобрался.

— Прошу прощения, светлейшая. Вас ожидают.

Ожидают? Пусть. все равно без меня завтрак не начнут, а тетушка не такая важная персона, чтобы торопиться к ней на встречу. Да и Рауш, мне почему-то показалось, что ему нужно дать время, чтобы узнать, с кем именно хотела пообщаться моя дражайшая родственница.

Снова смерив охранника взглядом, отвернулась и направилась к лифтам. Давно я не завтракала в столовой. В последнее дни времени катастрофически не хватало, и тратить его на никому не нужный ритуал не хотелось.

Лифт, коридор, лестница. А вот и лиловые двери. Уже гостеприимно распахнутые и ожидающие только меня. Хотя нет. Не только. Дариуса на горизонте тоже не наблюдалось.

Улыбнувшись присутствующим, ринулась в бой.

— Тетушка, хорошего дня!

— Хорошего? — женщина недовольно осмотрела меня, кинула на сидевшего напротив Рауша презрительный взгляд и, поправив прядь волос в и без того идеальной прическе, резюмировала, — Не думаю. Элинария это крайне не вежливо с твоей стороны опаздывать на завтрак, когда у тебя в доме гости.

— Вы думаете? А если гостей не звали, тогда можно? — легкой походкой пройдя оставшиеся метры, аккуратно присела на краешек кресла.

— Нет! Не знаю, как воспитывала тебя ушедшая Катраэла, но по всей видимости вопросу этикета она уделила недостаточно внимания.

Усмехнувшись, переглянулась с Раушем. Тот расслаблено сидел, откинувшись на спинку кресла и закинув ногу на колено, выбивая носком ботинка что-то явно бравурное.

— О-о-о, понятно. Это твой так называемый опекун.

— А что с ним не так? — не переставая улыбаться, потянулась за бокалом. Первое желание — высказать все, что я думаю о старой интриганке прошло. Глупое желание и недальновидное. Ну выскажу я все, и что дальше? Доказательств то нет. Ну потреплем мы друг другу нервы, ну узнает она о себе много нового и интересного, а что дальше? Нет. Я лучше подожду, поиграю в гостеприимность, пусть она расслабится и сделает новый шаг. А она расслабится. И вот тогда.