...со вздохом на устах...

– Какой хитрый! Сегодня суббота, папа баню натопил. Пообедаем, потом в баню сходим, а потом - визит к бабушке Ане.

– Не пойдём же мы обедать потные? Надо сначала под душ. "Какое упругое, крепкое тело. И при этом такое нежное. У меня аж зубы скрипят..."

– Ты думаешь, я меньше твоего хочу? Идем же скорее!

За обеденным столом в доме Петровых, когда обед подходил к концу, и Ольга выставила на стол мороженное, чай и вкусный кекс с изюмом, я решил поговорить о том, о чём не хотел вчера говорить при Николаиче.

– Оля, Веня, теперь я, вроде бы, член вашей семьи. Дочка у вас неплохая, готовит вкусно и мне она почти нравится...

Бенц! Маленькая, но крепкая ладошка отвесила мне подзатыльник. Ваня фыркнул в свою кружку, разбрызгивая чай.

– Дерётся, правда, и щипаться научилась,- добавил, почувствовав, как тонкие, сильные пальцы ущипнули меня за бок.- Но при всей массе её достоинств, мелкие недостатки во внимание принимать не будем, хотя их очень много. Вот, ногами сучит за столом (Викина пятка пинала меня по голени). Опять же внешность у неё более-менее приличная...

Ольга улыбалась, Ваня похихикивал, и только Веня был озабоченно-серьезен. По-видимому, всё пытался уложить в свою голову мысль, что его маленькая дочь стала моей женой.

– Иванов, прекрати надо мной измываться,- плачущим голосом попросила Вика.

– Ладно,- поглаживая под столом её круглую коленку, согласился я,- хорошая она девочка, даже отличная, даже великолепная, даже замечательная, даже чудесная, даже сказочно-волшебная...

– А она у нас волшебница,- встрял Ваня,- когда я коленку расшиб до крови, она что-то пошептала и у меня всё сразу зажило.

– Ещё и волшебница, поэтому хочу заплатить за неё калым, как говорят у среднеазиатских народов, то есть, выкуп.

– Мы её не продадим,- хором сказали трое Петровых.

– Да я знаю, что она бесценна, столько денег ещё не напечатали, столько золота и алмазов на свете нет, чтобы её купить. Она мне в подарок от судьбы досталась.

Вика улыбалась (сытая кошка возле блюдца со сметаной).

– Если оставить в стороне расшаркивания и комплименты и перейти на деловой тон, то я хотел бы положить в банк на Ванино имя десять миллионов. Как раньше - на Вику. К его совершеннолетию проценты набегут, и будет он человеком обеспеченным. На образование и жильё ему хватит. Вы, Оля и Веня, тоже получаете десять миллионов. Можете прикупить пару соседних участков, можете расширить этот дом, можете построить новый.

– Так у тебя же всего было...- начал Веня, но я не дал ему закончить

– Нам с Викой остаётся сорок два миллиона. Я бы хотел, если это возможно, купить здесь же, в вашем городке, одноэтажный, но большой дом. Шести-восьмикомнатный и хорошо бы - с большим участком.

– Есть такой, есть!- радостно воскликнул Веня,- только просят очень дорого, вот и не могут никак продать.

– Если дом хороший, добротный, то за ценой я не постою. Не двадцать же миллионов за него хотят?

– Просят пять, но там, действительно, и дом роскошный, и участок огромный. Хорошо огорожен, сад, огород и даже бассейн есть. Вода там своя, из артезианской скважины, чистейшая. Ветрогенератор есть, электричество тоже своё. Гараж, баня, сарайчик добротный, из бруса. А дом бревенчатый, брёвна с пропиткой, стоять будет вечно. Цена-то по нашим меркам велика, местным не потянуть, а богатеи в нашу глушь не очень-то и стремятся. Хотя, есть трое-четверо, так у тех кирпичные замки в три этажа.

– Нет, не хочу лазить по лестницам вверх-вниз. Сходим, посмотрим тот дом, если понравится - купим.

– Ты где это так разбогател?- голос у Вики строгий и требовательный, лицо суровое, брови нахмурены. Но, тут же, не выдержала и прыснула смехом в ладошку.

– Видишь, отец, дочку-то как удачно пристроили,- Ольга тоже иногда могла поёрничать.

– Гараж поставим и машину купим,- сказал довольный Веня,- будем Ванюшку в Новгород, в музыкальную школу возить.

– Музыкантом он у нас хочет стать,- пояснила Ольга,- а мы с отцом и не против. Ванюша прилежный, тихий, хлопот с ним никаких, Не то, что с эьой,- кивнула на Вику,- то с мальчишками подерётся, то к своей бабке убежит на целый день, то, видите ли, приспичило ей верхом научиться ездить. Так каждое утро шесть километров до конефермы бежит. Николаич её выучил и трактор, и машину водить на ручном управлении, без автопилота...

– Мама, это мне всё для экзаменов надо было...

– Может, теперь и ну его, этот десант. Сиди дома, расти детишек, веди хозяйство.

– Ага. Жди, пока Серёжа вернётся? Нет уж, я с ним рядом хочу быть. Вот, лет в двадцать рожу первенца, тогда и залезу в домашние хлопоты. А пока, я - сержант Иванова Виктория.

– Екатерина,- добавил Ваня.

– Нет, теперь просто Виктория. Катей мы нашу дочку назовём. Всё. Кто первый в баню пойдёт?

– Сначала мужики, пока пар крепкий,- объявил Веня,- Серега, пивка-то тебе можно после бани?

– Пивка ему можно, но лучше не нужно, мы ещё в гости сегодня пойдём,- категорично решила Вика,- всё, папа, бери Ванятку и идите парьтесь. И запарь мне, пожалуйста, кроме берёзового, ещё дубовый и можжевеловый веники. Хочу отхлестать Серёжку, как следует.

– А ты не с матерью разве пойдешь?- удивился Веня,- я думал, что, как обычно: сначала мужчины, потом женщины.

– Нетушки, я с Серёжей пойду в баню. Вы же с Мамой ходили, пока Ванюшки не было. Парились там вволю, а уж потом мама меня вела мыться. Так что, сначала папа и Ваня, потом семья Ивановых, потом - мама, ей сильный пар вреден, да я ей ещё травки на каменку плесну.

– Только такой, как в прошлые два раза, мне уж очень понравилось.

– Ну, да, это успокоительный сбор, он расслабляет.

– Вот-вот, его и плесни.

– Хорошо, мамочка.

Перед походом в баню, Вика сходила, как она выразилась, "в свою заветную кладовочку". Принесла оттуда пучки трав и заварила их в разных банках. Запах сушеной травы сразу напомнил мне Ядвигу и то, что я ещё не отдал ореховый ларчик, подаренный старой колдуньей, моей жене. "Ладно, вечером",- решил про себя.