10:34
Шрифт:
– Рафаэль – верный воин Света! – твердо ответил я.
– Да? – Отец Годфри пристально глянул на меня. – А вот наш магистр, похоже, сомневается в его преданности. Надеюсь, напрасно…
Я промолчал. Мне и без того тяжело было гнать от себя сомнения насчет Рафаэля. Мы пришли в Братство одновременно, когда нам было по двенадцать лет, и сразу стали не просто друзьями – братьями. Сближало нас еще и то, что мы оба пришли в Орден ради установления Высшей Справедливости. Правда, меня привело в Братство Света одно-единственное желание – возмездие. Я пришел сюда, чтобы поквитаться за твою смерть, Рита. Я ведь покаялся отомстить! Рафаэль мыслил более масштабно. Он вырос в очень религиозной семье и считал, что лишь верой в Христа спасется человечество. А потому нужно непременно
Когда я выбрался из микроавтобуса, уже смеркалось. Подойдя ко входу в общежитие, позвонил журналистке:
– На месте!
– Отлично! – ответила та. – Он еще не приходил, сижу на проходной, жду. Так что ты там, на улице, смотри в оба. Не проворонь! Я дам знать, когда он появится.
Я отошел в тень растущего неподалеку дерева и принялся рассматривать каждого, кто входит в общежитие. В основном это были компании припозднившихся студентов, навеселе возвращающихся домой. В общежитие вошел какой-то мужик в шляпе и сером пиджаке. «Вряд ли это информатор, – решил я. – Женя говорила о молодом человеке. Этому же на вид – лет сорок. Видимо, отец какого-нибудь студента…»
И вот, наконец, появился подходящий кандидат – одиноко бредущий парень в голубой джинсовой куртке и надвинутом на лицо капюшоне черного балахона. Наверняка это тот, кого я жду! Он быстро подошел ко входу, с подозрением посмотрел по сторонам и вошел в общежитие. Я приготовился. И, едва распахнулась дверь, схватил появившегося на пороге человека, оттащил в сторону, прижал к стене.
– Что вы себе позволяете? – взвизгнул тот.
Я же с удивлением обнаружил, что передо мной тот мужик – в сером пиджаке и шляпе.
– Прошу прощения, – нервно бросил я. – Иди своей дорогой!
Мужик хотел было снова возмутиться, но, перехватив мой свирепый взгляд, поспешно удалился, озираясь, придерживая шляпу и причитая что-то вроде: «Молодежь пошла…». Но мне было плевать: в руке у меня снова завибрировал телефон.
– Слава, ты там? – услышал я в трубке. – Похоже, он здесь! Уже уходит! – и подтвердила мою догадку: – На нем синяя джинсовка. Не пропусти…
Пока она говорила, я заметил, что названный персонаж уже покинул общежитие и теперь поспешно удаляется в сторону сквера. У меня машинально сжались кулаки, но я напомнил себе: «Ты обещал вести себя мирно!»
– Эй, парень! – Я поспешил за информатором. – Есть минутка?..
Обернувшись и увидев меня, тот рванул со всех ног.
В принципе, я ожидал такой реакции. Как еще должен повести себя человек, который уверен, что за ним охотятся маньяки, а тут вдруг его окликнул незнакомец? Но меня это не беспокоило. В том, что я его поймаю, не сомневался: у меня в школе был разряд по бегу.
Однако, к моему удивлению, этот на вид щуплый парнишка рванул от меня с такой скоростью, что сдал бы, наверное, на мастера спорта. Куда там с моими разрядами… Я бежал изо всех сил, но, несмотря на все потуги, только отставал. «Уйдет же, зараза! – билась в голове мысль. – Надо было схватить его сразу да треснуть пару раз о стену, а потом уже разбираться, что да как…»
К моему счастью, я сообразил, что информатор бежит к гаражному массиву, который начинался сразу за сквером. Эти гаражи я знал, как свой дом родной. Я вырос в районе неподалеку, и в детстве это было наше любимое место для игр. В гаражный массив был всего лишь один въезд, а дальше – сплошной тупик. Конечно, можно забраться на гараж или перелезть через забор, но на это потребуется время. Я же ему времени не дам!
Увидев, как информатор скрылся в гаражах, я не побежал за ним, а поспешил к железной тумбе, стоявшей неподалеку, по которой мы еще пацанами забирались на крышу. Но тут меня снова ждала неудача: мой длинный плащ зацепился за какую-то торчащую арматуру. Пока я выпутывался – потерял время и, оказавшись наверху, понял, что опоздал: информатор уже добежал до дальнего забора. Вот-вот перелезет, и тогда – только его и видели…
«Господи, молю тебя,
помоги!» – прошептал я. И Господь услышал мои молитвы! Информатор вдруг остановился, озираясь и прислушиваясь. Видимо, подумал, что ему удалось скрыться от погони. Более того, он решил не карабкаться через забор, а поплелся обратно к выходу из гаражей. Тут я, конечно же, не упустил такой шанс. Подкравшись по крыше поближе, я прыгнул с гаража прямо ему на голову и сбил с ног.Признаться, первым желанием было хорошенечко отделать этого бегуна. Я уже занес кулак, чтобы от души треснуть ему в ухо, да только снова вспомнил обещание – никакого рукоприкладства. А зря! Только я собрался начать мирный диалог, как информатор резко извернулся и со всей мочи зарядил мне локтем в пах. От мужика я мог ожидать всякого, но только не такого подлого удара. Я согнулся, однако негодяя из рук не выпустил. Наоборот, покрепче сжав джинсовую куртку, я вознамерился все-таки пару раз двинуть ему коленом по почкам. Но не успел. Этот подонок выскользнул из рукавов, после чего я увидел лишь, как он перемахивает через забор. Я же так и остался корчиться на земле посреди гаражей с его джинсовкой в руках.
«Чтобы я еще раз послушал девчонку!.. – сетовал я на свой провал, возвращаясь к общежитию. – Никогда не отступай от правила: сначала бей, а потом разговаривай!»
У общежития я увидел спешащую мне навстречу Женю. На ней были светлая футболка и такая коротенькая юбочка, что я в первое мгновение позабыл и о бегуне, и о своем провале. Но тут же опомнился, отвел взгляд и пристыдил себя за невольно возникшие грешные мысли.
– Привет! – прощебетала Женя, поправляя лямку болтающейся у нее на плече дамской сумочки. – Ну и как, поговорил с информатором?
– Поймать-то его поймал… – начал я и даже попытался оправдаться: – У меня в школе был разряд по бегу! Да и в гаражах этих я ориентируюсь отлично…
– Но что-то пошло не так, – тут же разочарованно догадалась журналистка.
– Удрал, гад! – с досадой признался я. – Дерется как девчонка!
– Хреново, – вздохнула Женя. – Думаю, теперь он сюда больше ни ногой. Ведь поймет же, что не без моей помощи на него вышли. И зачем только я согласилась!
– Извини, – промямлил я. Что тут скажешь? Облажался! Хотя тут же успокоил себя тем, что облажался по ее вине: нечего было убеждать меня обойтись без кулаков!
– Ладно. – Женя махнула рукой. – Что сделано, то сделано. Лица его ты, конечно, не разглядел?
– Какое там… В темноте, да и капюшон этот дурацкий…
– Как же мы его теперь найдем?
Какое-то время мы оба молчали.
– Что-то прохладно, – сказала она.
«Еще бы, как-никак начало мая!» – подумал я, снова глянув на ее голые коленки. И сразу отвернулся, пообещав себе: «Вернусь в храм – врежу себе сорок плетей, чтобы контролировал мысли и не пялился куда не следует!»
– Может, дашь мне накинуть это? – Журналистка кивнула на джинсовку информатора.
– О, конечно.
Я накинул куртку ей на плечи и сразу отдернул руки. Женя заметила это и окинула меня лукавым взглядом:
– Ах, ну да. Вам же нельзя к женщинам прикасаться.
– Прикасаться можно, – проворчал я. – Но не более того.
– А что, разве сейчас был намек на что-то большее?
Я почувствовал, как краснею, и возблагодарил Небеса, что уже стемнело. Признаться, у меня совсем нет опыта общения с девушками. И ни разу не было близости. Как ты помнишь, Рита, когда тебя не стало, мне было всего двенадцать. Магистр Ордена после твоей смерти взял сироту под свою опеку. Так я оказался в Братстве Света. Отец Пейн сразу же объяснил мне, что истинный воин Света должен быть избавлен от греховной связи с женским полом. И неспроста. Пример был перед глазами: некоторые из наших братьев – тех, кто основывал Орден, – были женаты, имели семьи. Это делало их слабыми. Порой возникали ситуации, когда воин Света начинал разрываться между верой и близкими. И далеко не всегда выбор был в пользу веры. Истинный воин Света должен быть свободен и независим от мирских сует. Потому, когда принимали новых членов в Братство, обет безбрачия стал одним из условий вступления.