119 дней до тебя

Трясущиеся руки до побелевших костяшек сжимают руль, а перед глазами пелена слёз… Голова начинает кружиться, подскакивает пульс — предобморочное состояние наступающей панической атаки. Он не видит, куда направляет машину, не знает куда несётся. Хочет лишь остановить это, чтобы всё прекратилось, закончилось… и не может контролировать. Давит на газ, не понимая, что делает. Мысли спутаны, в ушах плачь ребёнка и голос отца…

Он больше не может. Закричав, что есть мочи, чтобы заглушить, чтобы перекричать, Итан выворачивает руль и отпускает руки… Сил больше нет. Он закрывает глаза и перестаёт пытаться дышать. Он сдаётся.

Распахнув глаза, девушка села. От приснившегося тревожного сна дрожало внутри, но что именно её так напугало, она уже не помнила.

За окном вечерний сумрак, в комнате тихо и пусто. За дверью, в коридоре, слышался смех и говор. Быстро отыскав в одеяле телефон, она бегло просматривает оповещения — от Итана ни строчки.

Ощущение беспокойства одолевает с новой силой. Нура заходит в контакты и нажимает на вызов — «Любимый»…

Ещё не успев открыть глаза, он пытается поднять голову, но не может. Сначала совершенно не чувствует тела, потом ощущает нарастающую адскую боль в груди, голове, везде, от чего вновь теряет сознание.

Приходит в себя через мгновенье от гудения телефона в нагрудном кармане пальто… слышит, как сквозь разбитое лобовое стекло шипит двигатель и крики с улицы.

«Парень?»

«Эй, очнись…»

— Ты слышишь меня? — долбит кто-то в окно. — Можешь открыть дверь? Открой дверь!

Итан кое-как открывает глаза и поднимает голову… на порванную подушку безопасности, свисающую с руля, тут же начинают капать крупные капли бурой крови. Она попала в глаз и рот, струится по рукам, которыми он пытается прикрыться. Он вновь ощущает боль, не может дышать, начинает задыхаться…

— Давай же… Очнись!

Очередной удар о стекло приводит его в чувства, и он тянет ручку двери… Открыв, вываливается наружу, прямо в руки людей.

— Вызовите 911! Отойдите… помогите!

Прохожие оттаскивают его в сторону, подальше… и вдруг ахают и отскакивают, когда высокий покренившийся столб, на который буквально намотало ровер, издав ужасный звук, сгибается ещё ниже.

— Ты как, чёрт тебя дери? — возникает перед Итаном встревоженное, обросшее лицо какого-то мужика. — Можешь говорить?

Он пытается осмотреть парня, берёт за подбородок, но тот упрямо убирает от себя его шершавые руки, ощущая тошнотворный запах доносившегося перегара.

— Отвали, — огрызается Итан и упирается в ледяной мёрзлый асфальт. — Лучше дай закурить.

— Чего? — переспрашивает мужик.

— Дай закурить!

[1] Жан Дюбюффе (фр. Jean Philippe Arthur Dubuffet; 1901–1985) — французский художник и скульптор.

[2] Берлин (нем. Berlin [b'lin], произношение) — столица и крупнейший город Германии.

[3] Отель Mercure Berlin Wittenbergplatz — 4-звездочный отель, в самом сердце района Тиргартен в Берлине.

[4] Хайди Клум (нем. Heidi Klum) — немецкая супермодель, актриса и телеведущая.

[5] Лига плюща (англ. The Ivy League) — ассоциация восьми частных американских университетов, расположенных в семи штатах на северо-востоке США.

[6] «Harold Washington Library» — центральная библиотека в Чикаго, в штате Иллинойс, США.

[7] IP-телефон (VoIP-телефон) — телекоммуникационное устройство, обеспечивающее возможность голосового общения удаленных абонентов.

Глава 22. Часть 2.

24 ноября. Пятница, 17:50.

«Абонент не отвечает, или временно недоступен. Позвоните позднее…»

«Где ты?»

«Итан, я волнуюсь. Всё в порядке?»

Сообщения доставлены, но не прочитаны.

«Пожалуйста, это не смешно. Перезвони».

Нура не находит места, то стоит у окна, то забирается обратно на большую, пустую, кажущуюся холодной кровать. Снова оно, снова её душит это ужасное чувство бессилия и незнания. Он же обещал, он клялся ей, что больше так не будет…

Вновь и вновь она набирает номер… долгие гудки и, наконец, хоть чей-то голос:

— Да, слушаю, дорогая. Привет ещё раз.

— Оливия, — хрипло срывается с губ девушки. — Извини, если беспокою.

— Нет, что ты, я только приехала домой… телефон был в сумке. Всё хорошо? — спрашивает она, будто чувствует.

— Да. То есть… — теряется Нура и судорожно вдыхает порцию кислорода. — Я… Я не знаю.

— Что случилось?

— Итан пропал.

— Как это?

— Точнее, просто не отвечает, но это не похоже на него. С самого утра молчит, а сейчас не берёт трубку. Я подумала, может быть, он был с тобой, или у вас дома.

— Нет. — как-то тихо и сухо ответила женщина и замолчала.

— Понятно. — прошептала девушка и тоже затихла растеряно.

— Знаешь, — раздался голос Оливии. — Итан иногда… Он иногда может так поступать, но не обязательно в этом должна быть твоя вина. Вы же не ругались?

— Нет.

— Хорошо. Не волнуйся, я попробую найти его. Узнаю у Ричарда, возможно, они вместе.

— Вот, — встаёт на стойку перед парнем, круглая низкая чашка, — Поверь, это самое то, что тебе сейчас нужно. — улыбается, не молодых лет, бармен.

Итан, молча, долго смотрит на него, а потом вытаскивает сигарету изо рта и тушит прямо в кофе.

— И впрямь, самое ТО. Спасибо! — изображает дичайшую радость и, тут же, скалится. — А, теперь, жалкий червяк, налей мне уже своего дешёвого пойла, наконец, иначе я тебя кремирую! — и с силой отталкивает от себя несколько пустых стопок, которые терпеливый бармен ловко ловит у самого края и лишь сердито сводит брови.

Сидевший чуть поодаль там же, за стойкой, бородач в рыбацкой жилетке, возмущённо фыркает.

— Чего? — смотрит на него Итан, — Что-то не нравится? Мне вот, да! Тебе-т хоть наливают… Сервис здесь — отстой. Эй, — вновь обращается он к бармену. — Тебе не нужны деньги? Налей мне чёртового виски! Сколько тебе надо?..

Он начинает шарить по карманам в поисках бумажника… Вытаскивает, открывает его, раздражённо перебирает купюры…

— Вот, хватит? — протягивает ему сотню. — Давай лучше всю бутылку.

— Нет.

— В смысле «нет»?

— Я не стану продавать тебе выпивку.