52 Гц

Бран тяжело вздохнул еще раз и кивнул.

— Ладно. Только ты с ней… аккуратно.

— Я сама деликатность, — уверенно сказал Майкл. — Жди.

Глава 22

Дакота, надувшаяся и обиженная, нашлась у стола с десертами. Она стояла, яростно тыкая вилочкой в пирожное, будто хотела убить его дважды или трижды, для верности. Майкл аккуратно цапнул ее под локоть (зная, что на грубость Дакота может пырнуть его этой вилочкой в глаз, а что более вероятно — врежет по яйцам, а Майкл не собирался проводить всю свадьбу в полусогнутом положении).

— Ты че творишь, мать?.. — шепотом спросил он, приобнимая ее за пояс и увлекая за собой подальше от гостей. Дворец Сары он помнил смутно, но как-то вырулил к маленькому закутку, откуда открывался запасной выход в сад — для прислуги. Тут лежали какие-то свернутые шланги, стояли грабли и лопаты, коллекция резиновых сапог и мешки для удобрений.

— Что, он тебе уже нажаловался?.. — с досадой спросила Дакота, запихивая в рот кусок пирожного.

— Не он мне нажаловался, а я его спросил, — поправил Майкл. — Серьезно, ты что, рехнулась?..

— Ты тоже считаешь, что мне следует молчать?.. — с вызовом спросила она.

— Да, я считаю, что тебе нужно молчать! — негромко воскликнул Майкл. — Ты понимаешь, как это выглядит?..

— Я тебе скажу, что я понимаю, — Дакота подступила к нему, угрожающе покачивая десертной вилочкой, вымазанной в сливочном креме. — Я навскидку назову тебе двадцать, тридцать мужиков и баб из здешних гостей, которые пользуются услугами таких, как я. Но они все будут корчить рожи и отворачиваться, если я скажу, чем занимаюсь. Почему это?.. — она изобразила удивление. — Значит, трахаться со мной можно, а вслух про это говорить нельзя?

— Слушай, не все люди готовы принять твою откровенность, — сказал Майкл. — Даже больше: они и не обязаны ее принимать.

— Правда?.. — с издевкой спросила она. — Значит, не обязаны?.. Значит, можно снять шлюху, а потом сделать вид, что ее не существует?

— Тебе мало, что у тебя есть друзья, которые принимаю тебя такой, какая ты есть?.. Ты мой друг, а Бран тебя любит. Тебе надо, чтобы весь остальной мир тебя принял?

— Было бы неплохо, — едко сказала Дакота. — Или ты против?..

— Я не против идеи, ты знаешь, — сказал Майкл. — Я никого не сужу. У тебя не самая уважаемая профессия, но я уважаю и ее, и тебя. Я против только потому, что ты выбрала неподходящий день. Это свадьба лучшего друга Брана, а ты превращаешь ее в акт протеста против стигматизации работников секс-услуг. Ты заставляешь людей чувствовать себя неловко. Они пришли сюда не за этим. Они пришли порадоваться тому, что два любящих человека нашли друг друга. Это не твой день, Дакота, — с нажимом сказал он. — Не тяни одеяло на себя.

— Хочешь, чтобы я врала о себе?.. Чтобы всем этим, — она качнула головой, — было удобно?..

— Врать не обязательно. Ты прекрасно знаешь, что твои функции не ограничиваются сексом, — сказал Майкл. — Я, знаешь, иногда изображаю на камеру, что трахаюсь с другими — но это не делает меня порно-актером. Выбери любой термин, который тебя устроит, но который не будет шокировать людей. Скажи, что ты фрилансер, что ты занимаешься организацией досуга — все будет правдой. Но не тычь людям в глаза свою гражданскую позицию. Большинству из них плевать на твою профессию, они спрашивают из вежливости. Паталогоанатом тебе не скажет, что он зарабатывает на жизнь, расчленяя людей. Он скажет, что он просто врач.

Дакота смотрела на него, упрямо надув губы. Обиженная теперь уже и на него.

— Иди к нему и извинись, — потребовал Майкл.

— А если я не хочу?

— Что, смелость кончилась? — спросил Майкл. — Выставлять его идиотом тебе нравится, а последствия принимать не хочешь?

— Я вообще не хотела с ним ничего начинать!

— Но ты начала. Я тебе говорил — отшей его, ему будет легче. А ты что сделала? Решила поиграть в отношения?

Она молчала, мрачно надувая щеки, так похожая сейчас на обиженную девчонку, а не на взрослую женщину.

— Ну ты еще полезь покопаться в наших отношениях, — буркнула она. — Что он тебе сказал?

— Что там между вами происходит — это ваше дело, а не мое, — сказал Майкл. — В это я не полезу. Но делать из него идиота я не дам.

— Мужская солидарность носителей члена? — привычно-едко спросила она.

— Дружба, дура, — мягко сказал Майкл. — Такая же, как у меня с тобой. Только с той разницей, что с Браном мы в один горшок ссали. Я знаю его всю жизнь и обижать его никому не дам. Будь на твоем месте мужик, я бы то же самое сказал. Иди, нахрен, и извинись.

Она шумно выдохнула, отвела запястьем волосы со лба. Поникла.

— Я знала, что все испорчу, — как-то обреченно сказала она. — Надо было тебя послушать.

— Ты еще не видела, как я все порчу, — самоуверенно отозвался Майкл. — Тебе до меня, знаешь… Как до звезды.

Дакота поставила блюдечко с растерзанным пирожным на бухту зеленого садового шланга, мрачно уперлась рукой в бок.

— Я хочу, чтобы он был счастлив, — сказал Майкл. — Если он любит тебя — значит, любит. Не издевайся над ним.

— Я не просила его в меня влюбляться! — с досадой бросила она. — Он сам виноват, что выбрал такую!

— Какую — такую? Охеренно красивую умную бабу с заебами? Ну, может, и виноват. Ты теперь ему будешь за это мстить? За то, что он принимает тебя такой, какая ты есть? Ну молодец, — с сарказмом сказал Майкл. — Давай еще мне помсти за то же самое.

Она недовольно фыркнула. Потом перестала нервно улыбаться, стянула губы в точку, заморгала, будто боролась с подступающими слезами.

— Я не могу дать ему то, что он хочет, — сказала она. — И не хочу! Ни замуж, ни трахаться с ним не хочу.

— Так, знаешь, что — это все не ко мне, — сказал Майкл, подступив ближе и взяв ее за плечо. — Это к нему. Разбирайся с ним — чего ты хочешь, чего не хочешь. Решила дружить — ну вот иди и дружи. Он вроде не против. Дружит он первосортно, отвечаю.

— Господи, я знала, что мне нельзя было в это ввязываться, — она вздохнула, провела пальцами по волосам. — Вы, мужики, стоите друг за друга, как Берлинская стена. Чего я ждала!..

— Понятия не имею, чего ты ждала. Если ты думаешь, я так только с мужиками умею — посмотри в зеркало, может, там тоже что-то увидишь. Или спроси Сару, — добавил Майкл. — Она дохера расскажет.