Абьюз

Её мать сидела в гробу, прямая, словно проглотила каменный столб. Белое, восковое, ничего не выражающее лицо – никто не ошибётся в том, что это лицо мертвеца. В нём не было ни отсвета жизни.

– Какого?… – выругался Энджел.

– Наверное, сокращение мышц, – всё тем же тихим голосом заметил Артур.

– Ну да? А руки?!

Бескровные пальцы, до этого скрещенные на груди покойницы, действительно сжимали спинки гроба.

«Господи! – пронеслось в голове Сандры. – Неужели всё это правда?! И я на самом деле подняла тело покойника! Нет, не может быть. Артур прав, это просто сокращение мышц. Такое бывает от перепада температур».

Восставшие зомбаки, демоны, призраки – это детские страшилки. Даже если ты делаешь вид, что веришь, всё равно в глубине сердца живёт твёрдое знание о невозможности увидеть то, чего не существует.

– Ну хватит! – не выдержал Энджел. – Мы заигрались. Это уже слишком!

Он замолчал на полуслове – покойница внезапно открыла глаза.

Глава 23. Сандра

Виола напоминала огромную, неподвижную куклу из музея восковых фигур, что глядит перед собой широко открытыми глазами-стекляшками, но ничего не видит.

– Кошмар! – выдохнул Артур, пятясь. – Сандра! Давай сворачиваться!

Энджел решительно направился к гробу и, надавив на плечи покойницы, почти уложил её обратно на подушки, как вдруг Виола прыжком, рыча, словно дикий зверь, выскочила и, сбив с ног, вцепилась ему в горло.

Вернее, пыталась вцепиться. В последний момент он успел инстинктивно выставить между собой и ожившим трупом руку, в которую тот жадно вгрызся, словно в законную добычу. Всё было как во сне: гортанные горловые звуки, стук, с которым тела катались по полу, брызги крови.

От неожиданности на несколько коротких минут Сандра и Артур опешили, застыв на месте, но оцепенение было недолгим. Они оба ринулись к Энджелу на помощь.

Стоило приблизиться, тварь с лицом Виолы подняла голову и, обнажив окровавленные зубы, вновь зарычала, как собака над костью.

Потерявший терпение Энджел ударом кулака сшиб её с себя, опрокидывая на пол. Реакция у него всегда была отменная, он даже успел вскочить на ноги. Однако созданный Сандрой монстр не спешил отступать, на четвереньках рванувшись вперёд.

– Не подходи! – рявкнул Энджел сестре.

Однако, проигнорировав предупреждающий крик, она без колебаний вонзила нож в сердце Виолы, ударив ей в спину.

То, что произошло дальше, Сандра хотела бы забыть, забыть навсегда – только вот вряд ли когда получится.

Голова того, что совсем недавно было телом её матери медленно, с хрустом, как на шарнирах, повернулась на сто восемьдесят градусов. На секунду монстр ткнулся лицом себе в грудь, как любой нормальный человек со свёрнутой шеей, но потом, будто кто-то невидимый потянул за невидимые верёвочки и голова снова поднялась.

На Сандру глянули чёрные провалы вместо глаз.

Она могла поклясться – демон, глядевший с той стороны, не имел ничего общего с её матерью. Вииола, конечно, была не святой, но тут вообще ничего человеческого не оставалось, лишь запредельное зло, какого на земле вообразить невозможно – зло на грани полного разложения сознания.

Сандра с детства привыкла ничего не бояться. Она не верила ни в бога, ни в чёрта – ни во что, считаясь только с отцом, как с превосходящей силой противника. Только сейчас, глядя в глаза демону, она поняла, что такое страх на самом деле.

Провернув в плечевом суставе руки также, как до этого – голову, демон, словно кукла на шарнирах с гнущимися во всё стороны конечностями, спокойно вытащил длинный нож, отбрасывая его в сторону.

«Крови нет», – машинально отметила Сандра про себя.

Бескровные губы демона приподнялись, обнажая окровавленные зубы и в этот момент тишину разорвали оглушительные звуки пистолетных выстрелов – Артур, видя, что холодное оружие врага не берёт, решил воспользоваться огнестрельным. Благо, здесь его было как в оружейном арсенале.

И снова голова демона завертелась, как карусель, поворачиваясь в сторону нападающего. Тело дёргалось от пробивающих его пуль, как на электрическом стуле, но продолжало двигаться. И ни одной капли крови не пролилось из белеющих в мёртвой плоти отверстий, как если бы стреляли не в человека, а в робота или манекен.

– Дьявол! – прорычал в отчаянье Энджел.

Приволакивая раненную ногу, он постарался занять позицию между сестрой и монстром, справедливо рассудив, что Сандра здесь самое слабое звено.

Но мертвец направился к тому, кто в него стрелял.

Двигалось созданное ими чудовище совсем не как зомби в фильмах, а быстро и стремительно, оно обладало нечеловеческой силой. У Артура и Энджела никак не получалось с ним совладать.

Восставшему мертвецу удалось схватить Энджела – комната была вовсе не настолько больших размеров, чтобы четыре взрослых человека могли долго играть в ней в кошки-мышки.

Повалив его на пол, она (или уж скорее – оно?) голыми руками пробило ему грудь, и вгрызлась в исходящую кровью рану.

Сандра хотела броситься к близнецу, но Артур оттолкнул её.

– Не смей! Убирайся из комнаты вон!

– Я…

– Если тебя защищать не придётся, о себе нам будет позаботиться проще.

Сандра понимала, что Артур прав. Но чтобы бросить родного человека в такой ситуации, нужна нехилая сила воли. Она колебалась, а время шло.

– К двери! – рявкнул на неё Артур.

Он и так умел?

Нет, ори он сейчас, не ори, а дезертировать сейчас, когда драка завязалась сугубо по её вине, Сандра не могла.

Бросившись к одному из столов, она достала оттуда длинный бич и с нанесла удар таким образом, чтобы плеть обвилась вокруг тонкой шеи демона.

То, что раньше было Виолой, зарычало, хватаясь рукой за ремень, сдавливающий горло. Вскочив на ноги, она с инфернальной силой дёрнула за другой конец плети, вынуждая Сандру выпустить рукоять из рук – удержать её не получилось, а приближаться к монстру в её планы не входило.

С синих губ мертвеца летели клочья пены, словно у лошади, загнанной насмерть, намеренной пасть, но тварь, к сожалению, не пала, а, разорвала кручёную плеть в клочья.