Адовы

— Так удача уйдёт, — удивился сотрудник. — Чего ждать?

— А что, приходила? — решил полюбопытствовать хозяин мясной лавки.

— Ну сама удача форм не имеет, а с банка ко мне приходили, — объяснил торопливо оборотень, не желая терять ни минуты клёва. — Ну, с того, где я ипотеку брал.

— И что ж в этом удачного? — не совсем понял Лёня, не раз имеющий дело с кредитами.

Тут уж как котиком не прикидывайся, всё равно оберут как липку.

— Да как же, вот! — Михаэль вытащил из кармана ключи от обретенного автомобиля. — Машину мне подарили. Акция там у них была или вроде того.

— Бонусы за проживание в ветхом жилье? — прикинул котик-оборотень. — А есть такие?

— Не знаю, но денег тоже оставили прилично. Карточки там всякие на предъявителя ещё. Покупать по ним, правда, можно только мелочёвку. За раз кассовые аппараты много не отдают. Глупая техника — жадная, — посетовал медведь-оборотень. — А вот бумагу люди охотно меняют. С циферками. Это правильно. Что им с той бумаги? Ни пожарить, ни одежды сшить, как со шкур на обмен. Дикие люди, первобытные.

— Дикие, твоя правда, — рассмеялся хозяин лавки. — Это что ж за банк такой? Я бы тоже там что-нибудь взял, раз дают.

— Да кто их разберёт? Риелтор, говорят, чёрная была. Или грязная. На границе её где-то поймали. Наверное, отмывают, — пожал плечами простодушный оборотень. — Теперь не спросить. Даже у коллекторов. На связь не выходит.

— А коллекторы откуда взялись? — спросил наниматель. — Из банка того же?

— Да кто их разберёт? Для меня ведь все люди на одно лицо. Их младшенькая моя насквозь видит. Наложила проклятие шаурмы на парочку. Я даже поговорить с ними не успел. Копыт бы хоть отсыпал в благодарность, — Михаэль запустил пятерню в бороду. — Хотя у них и так копыта были. И рога.

— Проклятие шаурмы, говоришь? — прищурился котик. — Просил тут у меня один такой мясо испорченное. Чтоб дешевле было. От такой шаурмы и безо всякого проклятия скопытишься.

— А ты чего?

— А я не дал.

— А он чего? — поинтересовался оборотень.

— Ну… может с помойки забрал? — прикинул кот. — Не поставлю же я туда охрану. Кто этих людей разберёт, что им нужно? Я за ними не слежу.

— Твоя правда, — кивнул оборотень оборотню. — Так что? Едем? Я бы один сгонял, только вот места здешние пока не знаю. А машина умнее меня намного. Спрашиваю её, спрашиваю. А та молчит в ответ. Только подмигивает.

— Ха, — Леонид хлопнул Михаэля по плечу. — Так я тебе места сейчас такие покажу, закачаешься. Там рыба сама в руки прыгает, только и успевай садок подставлять.

— Тогда точно поехали!

Но поездка неожиданно отложилась по независящим от рыбаков причинами.

— Леонид Львович! — в подсобку вбежала испуганная продавщица. — Там человек пришёл.

— Какой человек? Дикий? — на всякий случай уточнил оборотень-кот.

— Который мясо на шаурму просил, — ухмыльнулась продавщица. — Вас требует срочно. Говорит, снесёт весь рынок, если не явитесь.

— Ох уж эта реновация, — вздохнул Лёня и направился в торговый зал. — Всё бы им посносить. Сначала бы построили что-нибудь на замену, а потом сносили.

Михаэль остался в подсобке, немного высунув голову в проход.

— Ну чего тебе ещё? — воскликнул Леонид, заметив чернявого покупателя. Тот стоял у прилавка с грозным видом, сложив руки на груди. Вспомнить бы ещё, как его зовут. — Не дам я тебе тухлого мяса со скидкой! И не проси больше.

— Мяса, говоришь?! Хватит нам твоего мяса! На вегетарианство такими темпами перейдём! — воскликнул тот в явном расстройстве духа. — Я тебе сюда таких проверок нашлю сейчас, закачаешься.

— Это с чего вдруг?

— Скажу, что мясо у тебя бешенством заражено!

— Сам ты бешенством заражён, вот и бесишься, — усмехнулся Лёня. — У меня все документы в порядке. Мясо всегда свежее.

— А чего тогда люди по всему району потравились?

— А чего ты просрочку с помойки достал? Я тебе ничего не продавал!

— Я достал? Я не доставал, — возразил «покупатель». — Я подсказал другим, где подешевле взять! По ценам ниже ворованных. А за советы спроса нет.

— Может, я его самого на мясо? — предложил Михаэль, высунув голову чуть подальше, и проведя большим пальцем по горлу. — В смысле… прогоню?

— Подожди пока, — остановил его Леонид, запихивая сотрудника обратно.

— Признавайся! — заверещал чернявый продавец шаурмы. — Ты зачем нам бизнес подпортил? Погром ещё этот на стройке. Брат говорит, уже место нам застолбил на первом этаже проходное. В будущем торговом центре. А теперь что? Снова в микроавтобус лезть?

— Зачем мне твой бизнес портить? — не понял Леонид, но поник. — Я бы с удовольствием тебе мясо продавал. Но свежее.

Чернявый в ответ принялся так быстро махать руками, что мельница в бурю. Видимо старался быть похожим на темпераментного итальянца.

— Брат теперь всё здесь снесёт! — заявил он, наконец. — Ему добро дали на расселение. И рынок этот снесёт, и лавку твою!

Михаэль устал прятаться и вышел вперёд, плечом загородив Леонида.

— Позвольте, так это вы наши дома снести хотите? — вежливо, но с явной угрозой в голосе поинтересовался Михаэль.

— Да! — гордо заявил мало того, что чернявый, так ещё смуглый и наглый. — И никакие диверсии наш бизнес не остановят!

— Шёл бы ты отсюда со своим бизнесом… к брату, — Михаэль сделал шаг вперёд.

И ещё один.

Безымянный, чернявый, загорелый и активно жестикулирующий персонаж вдруг инстинктивно отступил к двери, привалился к ней спиной. А потом резко развернулся, распахнул дверь и побежал с криком:

— Я ещё вернусь! И всем рыжим покажем!

— Надо же, какой быстрый, — удивился Михаэль. — Я ведь ничего не сделал ещё. Даже не зарычал. А он уже всем рыжим угрожает. Да я целые страны рыжих знаю. И немало кланов.

— Умеешь ты нагнать страху со своими связями, — похвалил Леонид.

Оборотень нетерпеливо потер ладони:

— Ну что, теперь на рыбалку?

— Подожди, он сейчас вернётся, — вздохнул Леонид. — Я его знаю. Не отступится.

— И что? Снова прогоним!

— Так вернётся не один, — заметно погрустнел хозяин мясной лавки. — Есть у него на этом рынке собратья по разуму обитают.

— Орден шаурмы? — прикинул оборотень-медведь.

— Клан «шампура и шашлыка» скорее, — вздохнул Леонид. — Надо бы полицию вызвать, а то могут и витрины побить.

— И поджечь, — прикинул Михаэль. — Эх, пожар я не люблю. Зови полицию.