Аквамарин
Шрифт:
Джесс вдруг улыбнулась и вытерла слезы.
— Ты права, сестричка. Я люблю создать проблему там, где ее нет и просто… позавидовала, что он так легко общается с тобой и ему это нравится. Но он прав. Тебе, а не мне, нужна поддержка. Ты всю жизнь была одна… Ты не знала горькой правды о маме… Тебя хотят выдать замуж за прославленного сексуального маньяка… Так что…
— Мне не нужна помощь, Джесси. — спокойно и уверенно заявила Лив. — Я привыкла справляться сама со всем идиотизмом, который случается в моей жизни. Я была одна — и привыкла к этому, я узнала правду о маме… Что ж, наконец-то мне открыли
Джесси рассмеялась и глубоко вздохнула. Лив увидела, как в ее глазах мелькнуло облегчение и даже радость, и выдохнула.
— Малышка Лив, прости, что подозревала вас, я такая глупая! — воскликнула она. — Можно я тебя обниму?
Лив ухмыльнулась и, сложив руки на груди, отодвинулась:
— Ни за что на свете! Ты знаешь правила.
— Ну Лив…
— Нет, все, перестань! Позвони своему жениху и обними лучше его, а я… — Лив вдруг подумала, что совершенно не хочет спать. А я поеду в «Аквамарин». Не буду мешать вам мириться! — бодро заявила она и умчалась переодеваться в свою комнату.
Через полчаса ее волосы, наконец, были причесаны и пышными локонами падали ей на спину и грудь, на лице красовался вечерний макияж, а маленькую, стройную фигурку украшал удлиненный, закрывающий попу, свободный топ, завязывающийся на шее, и обтягивающие ее стройные ноги декоративно драные джинсы. Завершали образ черные замшевые туфли на высоком каблуке.
Выйдя из комнаты, Лив увидела Джесси, сидящую в той же, что и полчаса назад, позе на кровати и отчаянно и даже как-то обреченно смотрящую на свой мобильник.
— Джесс? — спросила с удивлением Лив.
— Не могу до него дозвониться… С ним же ничего не случилось?.. Или он просто не хочет со мной говорить…
Лив выдохнула.
— Ты опять? Прекрати или я тебе врежу, честное слово! Не паникуй, если через пару часов не объявится, позвони папаше, он ради тебя шею себе свернет. — проговорила она жестким, непререкаемым тоном и добавила:
— Хочешь поехать со мной?
— Нет, Оливка… Только возьми охрану, хорошо? — рассеяно проговорила Джесси, и когда Лив выходила, то слышала, как она снова набирает его номер.
Через 15 минут «Кадиллак» с неизменными Бобби и Ларри подъехал на многолюдную стоянку перед баром. Народу, как всегда, было много, и Лив, в сопровождении жутко раздражающей охраны, зашла внутрь.
От удивления ее глаза расширились: этот чокнутый брюнетик Джонни уже спокойно носился за барной стойкой в своей традиционной одежде бармена и как ни в чем не бывало окружал своим невероятным обаянием и огнем кучкующихся девушек, прилипших к стойке, как лента скотча.
Вспыхнув от ярости, Лив уверенно прошагала на высоченных каблуках к стойке и, грубо спихнув какую-то млеющую от милой улыбки красавчика бармена брюнетку, воскликнула, потихоньку ощущая, как уровень гнева в ней растет:
— Черт бы меня побрал, Джонни, я надеюсь, у меня галлюцинации, и ты не стоишь здесь прямо передо мной весь такой напыщенный, как бирюзовый индюк, в своей барменской одежде, потому что в противном случае я перелезу через эту стойку, воткну
свой невообразимо высокий каблук в твою пятую точку и лично вытащу тебя за шкирку из этого заведения, отправив домой к свихнувшейся от осознания отсутствия тебя Джесси!!!Пока Лив толкала свою речь, Джонни постепенно справился с удивлением, охватившим его, когда он увидел Лив в баре, и теперь огненно улыбался, оглядывая девушку страстным взглядом с головы до ног, сияя ярче рождественской гирлянды.
— Я бы с удовольствием позволил тебе, Оливка, сделать со мой все это, но, к сожалению, я останусь здесь до утра, потому что Тони, другой бармен, уже ушел и, наверное, видит десятый сон… А что ты здесь делаешь? Насколько я помню, на тебе была такая сексуальная голубая пижамка, когда я уходил… — он снова огненно прошелся по телу Лив ласкающим взглядом, явно представляя ту самую пижамку, и Лив, снова почувствовав жуткое неудобство, быстро проговорила:
— Вот поэтому Джесс злится на тебя, кретин! Ты что, не можешь без этого, да?
Джонни ухмыльнулся и, наклонившись к Лив и обдав ее ароматом своего потрясающего одеколона, горячо шепнул ей так, будто она не понимала очевидного:
— Ну конечно не могу, малышка Лив! Ты же такая сладкая, я не могу устоять перед тобой…
Лив разозлилась так, что шкала в ее гневомометре прыгнула далеко за отметку 12 баллов. Она бросилась животом на стойку, схватив хохочущего Джонни за руку и гневно проговорив:
— Беги, Джонни, ох как я тебе сейчас отвешаю…
Джонни смеялся невероятно весело и, перехватив Лив поперек туловища, он легко, словно какую-то пушинку, посадил ее обратно на стул со словами:
— Я пошутил, Оливка, не сердись! Ой, какая ты грозная… — протянул он, заглянув в глаза девушки своими игривыми зелеными глазами. Лив действительно разрывало от желания убить его, а он мило и виновато улыбался. — Ну прости! Смотри, что у меня есть…
Он порылся в кармане и достал горсть клубничных леденцов, высыпав их на стойку перед удивленной и мгновенно остывшей Лив.
— Одними конфетками не отделаешься, придурок. Налей мне бурбон и оставь бутылку.
Джонни весело улыбался.
— Для тебя все, что угодно, малышка Лив!
Он поставил перед ней большой бокал на короткой, тонкой ножке и, налив в него напиток, оставил рядом бутылку. Лив глотнула и, сморщившись, тут же сунула в рот конфетку. Так оказалось вкуснее.
— Ты хоть понимаешь, что Джесси думает, будто тебя расчленили и бросили гнить в канаве? Ответь ей немедленно! — жестко приказала Лив властным голосом, и Джонни игриво улыбнулся:
— Она в самом деле так думает? Ладно, напишу ей смс.
Он достал телефон и, набирая текст, нахмурился. Лив догадалась, о чем он думает.
— Я обещала ей не общаться с тобой, а теперь она узнает, что мы оба в «Аквамарине»! Accidenti! Abbiamo appena le cose si avviano… («Черт! У нас только стало все налаживаться…» — с итал.)
Джонни, против обыкновения, не обратил внимания на ее итальянский, а нахмурено и возмущенно воскликнул:
— Что ты ей пообещала??? Оливка, это наши отношения, и я их улажу, она не имеет права требовать от тебя каких-то жертв!
— Это не она, а я так решила. — отпивая из бокала, заявила Лив. Джонни закатил глаза.